Хозяйка забытой усадьбы (СИ)

– Да что же от меня сегодня все шарахаются! – в сердцах высказался он.
В отличие от лорда-герцога меня не удивляло желание жителей убраться с его пути. Однако вместо того, чтобы промолчать, я неожиданно для себя выпалила:
– И если встретите скачущего коня – уступите ему дорогу!
Уже было направившийся в сторону стражницкой «конь» резко обернулся ко мне.
– Что? – широкий шаг в мою сторону, и я оказалась почти зажата между оградой и телом Сангриено. – Так я и думал. Рыжая.
Я чуть не застонала от отчаяния. Ну надо же было так вляпаться? Ведь не видел до этого бывший жених моего лица, вуаль удачно его скрыла при прошлой нашей встрече, а теперь я подставилась по полной.
Хуже того, я опять не стерпела.
Сам облик Сангриено вызывал во мне то, что пожилые тетушки называли разлитием желчи.
– Это прекрасно, что вы умеете думать, – ляпнула я. Жаль только, что голос мой прозвучал не так уверенно, как я бы того хотела. Недопустимая в приличном обществе близость мужского тела волновала меня и заставляла робеть.
– Вот завтра и посмотрим, как с задачей «думать» справляетесь вы, – Сангриено и не собирался отстраняться. Встал словно вкопанный, почти не оставив между нами расстояния. – С пуговицами вы это ловко придумали.
Я даже не сразу сообразила, о чем он.
И лишь, когда почувствовала холодок на ключах от магии наместника, которой он убрал прядь волос мне за спину, вспомнила, что сегодня я в платье, вообще не имеющим пуговиц. Скромный треугольный вырез не доходил даже до ложбинки груди. Кто бы мог подумать, что бывший жених и это сочтет неприемлемым.
Он еще и зануда!
В Королевстве, где я проучилась два года, нравы, несомненно, были свободнее, чем в Хвиссинии, однако кто-то перегибал палку. Удивительным образом, позволяя себе слишком многое. Камзол распахнут, а в вороте рубашки видно слишком много загорелой кожи. А еще Сангриено, не стесняясь, плетями своей магии перебирал мои волосы! И то, что они рыжие, его ни капли не смущало.
Я почувствовала легкое покалывание на губах, когда на них опустился взгляд цвета лазури.
– Надеюсь, мы вас не разочаруем, – прошипела я.
– Мы? – нахмурился лорд-герцог, поднимая на меня глаза. – Разве вы не вдова?
– Я и моя горничная. Правило ведь для всех?
– О да! – вдруг улыбнулся наместник и поразил меня ямочкой на правой щеке. За секунду лицо его преобразилось, и сердечко мое против воли затрепыхалось. Пришлось напомнить себе, что это маска двуличного мерзавца. – Жду не дождусь, Каприфолис.
Не успела я возмутиться, что я никакой не цветочек, как лорд-герцог покинул меня. Мгновение, и вот он уже шагал к стражницкой, у ворот которой был привязан тот самый злющий жеребец. Видимо, Сангриено с ним сладил.
Они друг друга стоили.
Наместник лихо вскочил в седло и был таков, а я, обессилев, прислонилась к ограде.
Да что же это такое? Воздух, что ли, в Северной провинции неправильный?
Или это только рядом с бывшим женихом я забываю о правилах приличия?
Каприфолис… Надо же. Это вроде бы со старохвиссинского «жимолость».
Наглец.
Кажется, на языке цветов означает великодушие и щедрость.
Или его светлость так же плох в этом языке, как и его секретарь, или это издевка.
Хотя, конечно, пахнет жимолость упоительно, но вряд ли Сангриено сподобился на комплимент.
Решив, что окончательно нагулялась, я поспешила домой. Мало ли кого еще я встречу. Особенно не хотелось наткнуться на Кальдерру.
Дома же выяснилось, что Сангриено выбыл меня из колеи значительно сильнее, чем я предполагала. Я то и дело замирала, вспомнив, как он склонился ко мне, как не руками, но не менее интимно, касался шеи и волос. И злилась на себя.
Надо месть планировать, а я вздыхала непонятно из-за чего.
Так что я даже обрадовалась, когда на нашем пороге с запиской от Фабио возник коренастый мужичок с загорелым дочерна лицом.
Оказалось, я успела пожаловаться секретарю на необходимость сменить замки, и он благородно прислал ко мне знакомого мастера.
Тот и впрямь быстро решил проблему, за исключением двери в погребе. Может, он и мог бы взломать замок, но что-то мне подсказывало, что не стоит распространяться о находке. Никаких особых причин у меня для этого не было, однако интуиция настойчиво предлагала помалкивать. А как сказала одна знакомая леди в пансионе: «Если ты не можешь доверять своей интуиции, то кому тогда вообще можно верить?».
  
Так что я решила прислушаться к предчувствию.
Однако дверь в погребе не давала мне покоя и только укрепляла меня в решимости отправиться к старику Горганзу, а для этого нужно было приготовить круассаны. Вот завтра, после экзамена и попробую напроситься к нему в гости.
А значит, пора было закатывать рукава.
Отмерив ингредиенты, я поочередно стала добавлять в большую миску молоко, разбавленное водой, четверть муки, сахар, соль, еще четверть муки, желтки, немного растопленного сливочного масла. Досыпала остатки муки и влила чуточку пивных дрожжей.
– Госпожа Манон, а почему не всю муку сразу? – пристала любопытная Марсия.
– Нам нужно отделить дрожжи от воды и соли, – пробубнила я, начиная замес.
Месить пришлось долго.
Можно было, конечно, ускорить все заклинанием, но почему-то из моего опыта выходило, что именно тесто нужно делать по старинке. Королевский повар, видимо, не зря частенько повторял, что тесто любит человеческие руки и не терпит халтуры.
Поэтому я терпеливо замешивала целых полчаса, пока у меня в руке не остался гладкий ком. Обмяв, я накрыла его льняной салфеткой и оставила на столе подбродить.
– Марсия, – позвала я горничную, которой надоело следить за однообразным процессом и убежавшей куда-то, – ты купила еще сливочного масла, как я просила? Марсия?
Хлопая дверцами шкафчиков в поисках пергамента, я не заметила, как она появилась на кухне.
– Купила. На ледник отнесла. А вам вот передали… – в голосе ее звучал некий вопрос.
Удивленная, я обернулась к ней и заметила в руках Марсии солидный кулек.
– Мне? Кто?
– Рамиро забегал и сказал, что его попросили передать это «лисе с цветочной улицы».
Хм. Очень странные посылки.
Не справившись с любопытством, я заглянула в кулек.
В толстой шершавой бумаге обнаружились ягоды жимолости.
В глубокой задумчивости я отправила одну ягодку в рот. Кисло-сладкая мякоть брызнула на язык освежающим соком.
Однако. А я расту. От курицы до лисы.
  
Глава 21. Много странных знакомств 
 
И как это расценивать?
Лично я бы предпочла увидеть в этом извинения, хотя кульком жимолости Сангриено свою вину передо мной не искупить.
Я поймала себя на том, что стремительно подъедаю ягоду. Спохватившись, предложила Марсии присоединиться. В конце концов, она тоже пострадала по вине наместника и вынуждена сдавать этот нелепый экзамен, который, несмотря на милую посылку, никто не отменил.
Кстати, начинку для круассанов можно приготовить и из жимолости. Будем надеяться, старик Горганз любит именно сладкую выпечку. Сама я предпочитала сытную, например, на южный манер с сыром, но подозревала, что рунист, скорее всего, уважал классический вариант.
Две пригоршни ягод отправились дожидаться своего часа, чтобы попасть в джем, а остальное мы с Марсией приговорили без зазрения совести.
Пока горничная лазила в погреб за маслом, я, расположив подошедшее тесто между двумя листами пергамента, раскатала его слоем толщиной в полдюйма и прямо так, обернув поверх пергамента полотенцем, отправила на ледник. Вот здесь я уже решила позволить себе маленькую вольность. Небольшое заклинание, защищающее тесто от заветривания и высыхания, на мой взгляд, не могло повредить.
Солидному бруску масла же пришлось немного полежать на доске, чтобы стать чуть мягче, иначе я не смогла бы его раскатать, а я тем временем занялась джемом. Слава Покровителю приготовить его было просто. Значительно сложнее было не слопать его сразу. Перетирая сладкую массу в пюре, я мучительно жаждала хотя бы облизать палец, поэтому, после того как масло тоже превратилось в тонкий эластичный пласт, в погреб я отправила вместе с ним и джем. От греха подальше.