Избранное. Компиляция. Книги 1-11 (СИ)

— Я думал, что он проводит кампанию против медведей, — возразил Ли. — Я думал, что его кампания базировалась именно на этом.
— Он хочет, чтобы простые люди так и думали.
— О, — понял Ли. — Простые люди, да. Как же я поддался на эту уловку.
— До сих пор он делал все возможное, чтобы не выходить за пределы закона, но попытавшись лишить капитана Ван Бреда его груза, он зашел слишком далеко. Тот, кто нанял тех бандитов, конечно же, тоже совершил преступление, но я не сомневаюсь, что доказать любую связь с Поляковым будет невозможно. Я даже уверен, что его адвокатам удастся переубедить суд и оправдать свои действия относительно груза. Короче говоря, мистер Скорсби, мы благодарны вам за то, что  вы взялись за эту неприятную проблему. Ваши действия были еще более благородны потому, что у вас не было никакого личного интереса.
— Ну, это было делом чести, — смущенно ответил Ли.
— В любом случае, как я уже говорил, мы премного благодарны. Вы найдете воздушный шар полностью готовым, да еще и подоспел хороший восточный ветер.
Ли посмотрел вперед через забрызганное окно каюты. Они быстро приближались к молу, защищающему базу, и Ли увидел свой воздушный шар, как молодой человек и обещал, он был уже надут и покачивался на ветру. Это было что-то вроде «Большое спасибо, счастливого пути, и не возвращайтесь», — подумал Ли.
Поскольку катер обогнул мол и замедлился в спокойной воде, Ли снова начал ощущать под пальто страшную боль в плече. Оно чертовски ныло, но, насколько он мог судить, никакого серьёзного повреждения не было. Что касается уха, то оно также болело; там было что-то вроде укуса — сформированный промежуток, размером с палец, и он все еще кровоточил.
— Прежде, чем вы поместите меня в воздушный шар, отпустите веревку и помашете на прощание, — сказал Ли, — я могу где-нибудь подлечиться? Я полагаю, что вы не будете  возражать, если я залатаю отверстия, которые, кажется, приобрел?
— Никаких возражений, — сухо ответил Хоглэнд.
Офицер за штурвалом убавил газ и аккуратно притормозил около деревянного причала. Мгновение спустя катер остановился, и Ли встал, чтобы проследовать за офицерами таможни на берег.
Там, вокруг базы компании, скопилось достаточно много невысоких зданий, и первым делом мужчины повели Ли расписаться за возврат воздушного шара. Клерк, видимо, ждал его, потому что совершенно не удивился.
— Значит, вы все-таки нашли, с кем подраться, — весело подмигнул он.
Ли заметил, что плата за хранение уже была внесена, более того, счет за газ был также оплачен. Он без единого слова поставил подпись внизу бумаги; он просто не мог ни о чем сейчас думать.
— Сюда, мистер Скорсби, — сказал лейтенант.
Он привел Ли к уборной, где аэронавт, преодолевая боль, разделся до пояса, как мог привел себя в порядок и с помощью Эстер исследовал повреждение. Он был рад видеть, что пуля МакКонвилла прошла его мускулистое плечо насквозь; конечно, она могла бы задеть кость по пути, но, по крайней мере, ему не нужно доставать проклятую пулю. Что касается уха, то с ним дела обстояли гораздо хуже. Но он все еще слышал им.
— Как бы то ни было, все это не слишком привлекательно, — сказала Эстер.
— О, это самое привлекательное приключение, которое у меня когда-либо было, — возразил Ли.
Офицер постучал в дверь: 
— Мистер Скорсби, — позвал он, — тут есть медик, который хочет взглянуть на вас.
Ли открыл дверь, ощутил приятное дуновение свежего ветра и увидел улыбающегося лейтенанта Хоглэнда, стоящего на пепельной дорожке рядом с Йореком Бирнисоном.
У медведя во рту был какой-то темно-зеленый пучок, который он передал в руки офицера.
— Кровяной мох, — пояснил он. — Позвольте мне взглянуть на раны.
— Поистине замечательная вещь, — сказал офицер в то время, как Ли направился показать медведю свое плечо. — Его антисептические и болеутоляющие свойства превосходят все препараты в наших больницах.
Йорек взял несколько пучков мха и медленно их разжевал. Образовавшуюся кашицу он опустил в правую руку Ли.
 
— Приложите это к ране и перевяжите, — сказал он. — Она быстро заживет.
— Спасибо, очень любезно с твоей стороны, Йорк Бирнисон, — пробормотал Ли. — Я ценю это.
Он плотно прижал сырой мох. Лейтенант оторвал полосу клейкой ленты и обвязал рану, после чего Ли начал натягивать рубашку.
В то время, как его голова все еще скрывалась под ней, аэронавт услышал быстрые шаги и голоса других людей: один из них он узнал. Ли на секунду застыл в раздумьях, но затем быстро натянул рубашку и увидел фигуру в темном костюме, поэта и журналиста Оскара Сигурдссона с блокнотом в руке, он нетерпеливо говорил с лейтенантом.
— ... и мне пришло в голову, что - Ах! Герой собственной персоной! Мистер Скорсби, я поздравляю вас с этим чудесным спасением! Для вас не было бы затруднительным дать мне интервью насчет этого замечательного эпизода?
Ли осмотрелся. Причал был всего в нескольких ярдах отсюда.
Он ответил:
— Да, конечно же, мистер Сигурдссон, но я думаю, что нам нужно сделать это наедине. Идите за мной.
Он двинулся вперёд, а за ним нетерпеливо побежал Сигурдссон. Когда они достигли конца причала, Ли указал на море.
— Вы видите то пятно на горизонте? Это может быть кораблём?
Сигурдссон внимательно присмотрелся.
— Я думаю да… — начал он, но не успел закончить, потому что Ли ступил позади него и сильно ударил поэта по опорной ноге. С тревожным криками Сигурдссон рванулся вперёд и, размахивая руками, упал в море.
Ли вернулся к уборной и сообщил:
— Мистер Сигурдссон, кажется, упал в воду. Возможно, ему необходимо подать руку. Я сам помог бы ему, но, к сожалению, не здоров.
— Я думаю, вам очень повезло, что вы улетаете, мистер Скорсби, — с улыбкой сказал Хоглэнд. — Петерсен! Вытащите поэта на берег и приведите в чувство, пожалуйста.
Другой мужчина подбежал к краю причала со спасательным кругом, но прежде, чем Ли увидел спасенного Сигурдссона, раздались звуки новых шагов, на сей раз куда-то торопившихся; и пока Ли надевал пальто, из-за угла здания прибыл другой его знакомый.
— Мистер Васильев! — обрадовался Ли. — Вы пришли попрощаться?
Экономист запыхался, а его глаза беспокойно расширились.
— Они идут сюда — люди Ларсен — и у них есть распоряжения убить вас и медведя — Поляков разъярен…
Йорек Бирнисон зарычал и повернулся к морю, но Васильев продолжал:
— У них также есть военный катер. Вам не спастись.
— Есть только один выход, — сказал Ли. — Ты когда-нибудь летал на воздушном шаре, Йорк Бирнисон?
— Йорек, — прорычал медведь. — Нет, мистер Скарсби, не летал.
— Йорек. Понял. А я — Скорсби. Но можно просто Ли. Ну, самое время, Йорек. Мистер Васильев, большое спасибо и хорошего дня.
Он обменялся рукопожатием с экономистом, и офицер сопроводил Ли и медведя к воздушному шару, который дрожал, с нетерпением ожидая освобождения от привязи и взлета к небу. Ли проверил детали:  все было в хорошем состоянии.
— Пора, — сказал Хоглэнд, и пожал аэронавту руку. — О, возьмите вашу винтовку.
Он вручил Ли винчестер, а тот принял его с нескрываемым удовольствием; казалось, что это оружие сделано специально для него. Он обернул её в клеенку прежде, чем тщательно спрятать в гондоле.
— Ты готов, Йорек? — спросил он.
— Все это очень странно для меня, — ответил медведь. — Но я доверяю вам. Вы — человек Арктики.
— Я? Как это?
— Ваш деймон — арктический заяц.
— Какой? — ошеломленно спросила Эстер. — Я думала, что я чертов кролик!
— Арктический заяц, — отрезал Йорек, и Хоглэнд кивнул.
Ли был столь же поражен, как и его деймон, но времени на обсуждение этого вопроса не было. Йорек перевалился через край, в просторную гондолу, в то же время удостоверившись в её прочности, а затем и Ли присоединился к нему.
— Лейтенант Хоглэнд, я обязан вам, сэр, — сказал он. — Но до сих пор не понимаю, как вы узнали, кто я, и где остановился.