Дайсё-ян. Книга первая (СИ)

- Ваша честь, на моего клиента было совершено нападение. Абсолютно ничем не обоснованное, кроме немотивированной агрессии нападавшей. Мой клиент - господин Декстер, честный и порядочный гражданин, и ответственный налогоплательщик. Примерный семьянин, и любящий отец, желающий своей дочери самого лучшего. Не удивительно, что на призыв о помощи, последней, он, не задумываясь, ринулся в опасное место. Сделал так, как поступил бы каждый, на его месте. В результате чего и пострадал. ЮнМи несовершеннолетняя, но данный факт не делает её проступок менее значимым. Наоборот, говорит о серьёзных проблемах в её воспитании. Мне кажется, стоит обратить внимание на состоятельность пребывания данной особы в обществе. Я закончил.
  
«Вот так вот. Живёшь себе, живёшь. Умираешь иногда. Но только на суде, на котором тебя собираются оклеветать, узнаёшь, что оказывается, мальчика плохо воспитали»
Тяжко вздыхаю, как совсем недавно, в машине, и, чуть было не закидываю ноги на соседнее - свободное - кресло. Вовремя спохватываюсь, и пытаюсь изобразить пай-девочку, садясь прямо, и складывая руки перед собой на столе. Как на уроке. На моём лице читается задумчивость вперемешку с заинтересованностью. Ещё немного и подниму руку, просясь в туалет. Или, к доске.
Судья, заинтересованный моими телодвижениями, ненадолго зависает, а когда пауза затягивается, и секретарь начинает вежливо покашливать, наконец, подаёт голос:
- Кхм. Спасибо. Сторона ответчика вам слово.
«Что ж, послушаем, на что способен адвокат, за миллион баксов» - поворачиваю я голову к Кевину, превращаясь в слух.
- Моя подзащитная, мисс Пак ЮнМи - не виновна. Она, оказалась заложницей ситуации, в которой, ей пришлось обороняться от внезапной угрозы. И я намереваюсь представить уважаемому суду тому доказательства. Спасибо.
«И это всё?» - открываю я рот от удивления. Не, я знаю что краткость - сестра таланта, но, на фоне речи Винсента, его заход звучит как-то бледно. Между тем, судья гонит вперёд.
- Если сторонам больше нечего добавить, переходим к предъявлению доказательств. Слово предоставляется пострадавшей стороне.
Снова поднимается вражеский адвокат.
- Ваша честь, доказательствами виновности Пак ЮнМи выступают её слова о самообороне, подтверждающие факт нападения и справка из больницы, в которую был госпитализирован мой клиент, мистер Декстер, фиксирующая полученные им травмы. Прошу суд приобщить её к материалам дела.
Он берёт со стола одну из разложенных на нём бумажек, и демонстрирует её судье.
- Принимается, - судья, требовательно протягивает руку, и Винсенту ничего не остаётся, как самостоятельно отдать тому ценный документ.
- Считаю, этого более чем достаточно, для вынесения обвинительного приговора, - продолжает адвокат, вернувшись на своё место. - У меня всё.
Судья, пробежав глазами по справке, откладывает её в сторону, и возвращается к насущному.
- Суд учёл предъявленные доказательства пострадавшей стороны. Слово предоставляется стороне ответчика.
Кевин не заставляет себя ждать и заходит с неожиданной стороны.
- Ваша честь, вы, когда-нибудь, подвергались насилию?
- Протестую! - это Винсент.
«Видимо, было?» - сочувственно хмыкаю я, сдерживая ухмылку.
- Отклоняется. Продолжайте. И ответ на ваш вопрос - нет, - быстро реагирует судья на провокационный вопрос.
- А моя подзащитная чуть было не подверглась, - продолжает Кевин свой монолог, а меня передёргивает от нахлынувших воспоминаний. - Причём, замечу, была попытка группового изнасилования. У меня на руках полицейский рапорт датируемый прошедшим вторником. А так же, показания свидетеля, присутствующего здесь. Прошу суд ознакомиться с документами по существу.
- Протестую, ваша честь! Это не относится к делу! - снова подаёт голос защитник Декстера.
- Отклоняется.
- Гаптофобия - страх прикосновений любых людей, - начинает вдаваться в детали Кевин, а я узнаю, - «Надо запомнить!» - название своей болячки. - Моя подзащитная, пережив попытку изнасилования, приобрела эту фобию. Господин Декстер утверждает, что ЮнМи напала на него. А теперь подумайте, зачем ей это делать? Она, впервые находилась в том помещении, и никакого мотива выгонять его у неё не было. Зато, у неё был мотив защищаться. От реального, или возможного нападения. Я составил схему расположения всех присутствующих в момент инцидента. Так вот, у моей подзащитной не было никакой возможности уклониться от столкновения с господином Декстером. ЮнМи действовала под влиянием недавно пережитого кошмара, испугавшись за себя. То есть, в состоянии аффекта. Прошу суд учесть данное обстоятельство.
- У вас имеются доказательства, что ваша подзащитная имеет эту гаптофобию?
- В полицейском отчёте, составленном при задержании моей подзащитной, имеется упоминание о данном факте. К сожалению, медицинское обследование ЮнМи пройти не успела. Но, это поправимо, если вы, Ваша честь, назначите его, для подтверждения моих слов.
Отмечаю, как легко Кевин ведёт судью к нужному ему решению. Всё в точности, как он и описывал.
- Протестую! - встревает адвокат Декстера.
- Отклоняется. Обстоятельство, упомянутое господином Ларнаком, является существенным и подлежит принятию во внимание. Госпожа Пак, - обращается ко мне судья, - по окончанию слушания, по его итогам, вам будет назначена судебно-медицинская экспертиза, для подтверждения диагноза.
Киваю в знак согласия. Вижу, как Кевин повторяет мой жест, только, адресуя его мне - подбадривая.
- Суд учёл изложенные сторонами доказательства, - продолжает вести процесс по накатанным рельсам судья. - Переходим к допросу свидетелей. Начинает пострадавшая сторона.
Винсент не заставляет себя долго ждать.
- Для допроса вызывается мисс Пак ЮнМи.
«Чё сразу ЮнМи?!» - безмолвно возмущаюсь я повышенным интересом к собственной персоне, поднимаясь со скамейки и проходя к трибуне. Ко мне обращается судья со стандартной фразой, призывающей заверить собравшихся в искренности моих слов.
- Мисс Пак, поднимите правую руку. Суд уведомляет вас, что за дачу ложных показаний вы несёте уголовную ответственность. Вы клянётесь говорить только правду и ничего кроме правды?
- Клянусь, - подняв указанную конечность, отвечаю судье.
А дальше, начинается какой-то трэш и сатания. Винсент, имевший преимущество почти в день, видимо хорошо потрудился, успев нарыть на ЮнМи всю грязь, оставленную за границей.
- ЮнМи, каков твой статус пребывания на территории Соединённых Штатов Америки? - кидает он пробный шар. Для затравки.
«Какого чёрта?!»
- Протестую, Ваша честь! Данный вопрос не имеет отношения к делу! - пытается остановить оппонента Кевин, тоже почуяв неладное.
- Отклоняется. Свидетель, ответьте на вопрос.
- Я нахожусь в статусе просительницы политического убежища в США.
- Поясни, пожалуйста, на каком основании ты просишь политическое убежище?
- На основании преследования за свои политические взгляды, и пытки, которые применялись ко мне на прежней родине. Вам пояснить по каждому пункту в отдельности?
- Нет нужды. ЮнМи, скажи, пожалуйста, на своей прежней родине ты подвергалась уголовному преследованию?
«Интересно, а такой поворот Кевин учёл, при составлении линии защиты? Или, он думает что помои, которые сейчас на меня выльет Винсент, никак не повлияют на решение судьи? Гаптофобия - гаптофобией, но мои судимости никто не отменял. Ладно, будь что будет!»
  
- Подвергалась, - отвечаю я настырному адвокату, после затянувшейся паузы.
- Можешь перечислить, каким именно?
- Дезертирство.
- Это все случаи?
- Я не помню.
- А побег из мест заключения?
«Побег? Точно! В Корее, наверняка повесили на меня статью за побег. Только, уведомить некого, кроме мамы ЮнМи»