За спиной
Открылась входная дверь, и вошел Бенджамин. Нахмурившись, он бросил взгляд на беспомощное лицо Джеммы, а затем перевел взгляд на взвизгивающего Лукаса, который скорчился на полу, словно зверек, – лицо у него уже приобрело темно-красный оттенок.
– Ладно, парень, пойдем-ка со мной, – сказал Бенджамин веселым, но властным голосом.
Не дожидаясь ответа, он одной рукой подхватил Лукаса с пола и понес его вверх по лестнице. Через несколько секунд дверь захлопнулась, и жуткие вопли, к счастью, немного приглушились. Джемма подняла взгляд – ей был слышен спокойный голос Бенджамина, каким-то непостижимым образом по-прежнему различимый, несмотря на крики, – и позволила себе прерывисто вдохнуть. Вытащила телефон и удалила из него приложение «Кэнди Крэш». Навсегда. С концами.
Через полминуты крики перешли в плач, затем в отдельные всхлипывания, и наконец наступила тишина. Джемма на цыпочках поднялась наверх и прислушалась у двери, услышав бормотание Бенджамина. Похоже, он читал Лукасу сказку на ночь. Мальчик не почистил зубы, но Джемма не собиралась вмешиваться и указывать на это вопиющее отступление от правил. Она просто надеялась, что Бенджамин все-таки напомнил их сыну переодеться в пижаму перед сном.
Джемма пошла в их спальню и приняла душ, пытаясь смыть с себя воспоминания о прошедшем дне. Пока горячая вода каскадом лилась на нее, она готовила свою защиту в предстоящем споре с мужем. Да, она и в самом деле позволила их сыну несколько минут поиграть в телефоне, потому что ей надо было найти в интернете торт на день рождения матери Бенджамина и требовалось сосредоточиться. Конечно, не особо убедительное оправдание, но выглядело все так, будто отчасти в происшедшем была виновата мать Бенджамина – довольно элегантный способ выкрутиться из положения. Вдобавок придется пойти на некоторые уступки касательно принципа «никаких телефонов для Лукаса». Теперь он будет звучать так: «никаких телефонов, за исключением особых обстоятельств». А это склон настолько скользкий, что скорее походит на водяную горку – как поедешь по нему, так и не остановишься. Пожалуй, будет неплохо указать на то, как бурно Лукас отреагировал, когда она забрала у него телефон. Это лишний раз доказывает, какую нездоровую зависимость способны вызвать подобные вещи.
Выйдя из душа, Джемма и сама переоделась в свою собственную удобную пижаму, изначально синюю, а теперь ставшую серовато-голубой из-за многолетних стирок. – вроде бы мелочь, но позволившая ощутить себя немного поуютней. Это ей сейчас ох как требовалось…
Бенджамин сидел на кухне, пил пиво. Присев к нему, Джемма налила себе бокал вина, не сказав ни слова. Пусть сам начинает.
– По-моему, Айрис разрешает Лукасу играть на ее телефоне, – нарушил молчание Бенджамин.
– Я… Что?!
– Он сказал, что хочет поиграть на телефоне в ту игру, которая с конфетами. Думаю, это Айрис ему разрешила. – Бенджамин нахмурился и отхлебнул пива. – Надо бы мне с ней поговорить.
– Нет… Я сама с ней поговорю.
– В смысле? Мы же просили ее не давать ему телефон, помнишь?
– Да. Вот именно. Я поговорю с ней, чтобы больше такого не повторялось.
– Хорошо, – кивнул Бенджамин. Вид у него был усталый и раздраженный.
Джемма пригубила вина, уже сожалея о своих словах и чувствуя себя ребенком, которого поймали с поличным и который пытается немедленно спихнуть вину на кого-нибудь другого. Надо сказать мужу прямо сейчас, пока еще не поздно. Если она прямо сейчас скажет: «Вообще-то это я давала ему телефон», тогда упоминание об Айрис не будет ложью. А просто обмолвкой. Недоразумением, которое быстро уладится.
– Я рада, что тебе удалось его успокоить, – сказала она вместо этого. – Я просто уже не знала, что и делать.
– Думаю, он просто устал.
– Ну да, – согласилась Джемма. Настал момент признаться. Прямо сейчас. – Я тут думала насчет торта на день рождения твоей мамы… Даже не знаю, какой купить.
Просто замечательно, Джемма… Отвратительная мать, лживая жена… И раз уж об этом зашла речь, то что там с размером твоего бокала для вина? Ты планируешь добавить в список своих привлекательных черт еще и алкоголизм?
– А разве не Хлоя покупает торт? – рассеянно спросил Бенджамин.
– Нет, забыл, что ли? Я сказала, что мы принесем торт и фруктовый салат. И картошку. Хлоя сказала, что приготовит мясо.
– Не пойму, почему Хлоя готовит только мясо… Она даже и не сама-то его готовит, а ее муженек.
Джемма вздохнула. Причина была в том, что она хотела заработать очки у матери Бенджамина – женщины, которая, как она чувствовала, всегда втайне критиковала ее. Большой праздничный торт заметно поднял бы ее в глазах у свекрови.
– Ладно, я не против. У Хлои и без того дел по горло.
– У нее даже нет работы! – Бенджамин опять приложился к пиву.
– Но у нее трое детей. – Каким-то образом Джемма давно уже стала адвокатом младшей сестры Бенджамина, которая на самом-то деле была довольно склочной личностью.
Бенджамин фыркнул.
– Как скажешь. Так какие варианты насчет торта?
– Твоей маме нравится шоколадный, но в кондитерской рядом с «Примадонной» есть очень красивый клубничный торт, а еще…
– Купи ей шоколадный. – Он пожал плечами. – Вполне сойдет.
– Ладно. – Джемма нахмурилась. – Прямо завтра и закажу.
– О, кстати… Папа неважно себя чувствует и не сможет завтра присмотреть за Лукасом, когда тот отправится в свой первый в жизни поход за конфетами. Так что придется тебе взять это на себя.
Укол паники.
– А твоя мама не может пойти с ним?
– Вообще-то нет – она должна оставаться дома и раздавать конфеты тем, кто явится их выпрашивать.
– Ты же знаешь мое отношение к Хэллоуину, Бенджамин. Мы это уже обсуждали, так что…
– Прости, Джемма, но что ты хочешь, чтобы я сделал? – В его голосе не было ни капли сожаления.
– А ты сможешь это сделать?
– Я очень постараюсь вернуться домой с работы к шести, но наверняка у меня не получится. Как только я приеду, мы можем поменяться. Однако тебе придется приготовить его и начать без меня.
Фрагмент воспоминания, доселе притаившийся где-то в самой глубине головы, угрожал всплыть на поверхность. Мужчина в маске, рычащий на нее, причиняющий ей боль… Джемма закрыла глаза.
– Я… А что, если я соберу Лукаса, а ты просто заберешь его, как только появишься?
Бенджамин закатил глаза.
– Не понимаю, в чем тут проблема.
Он никогда не спрашивал, почему она и слышать не желает про Хэллоуин. Вообще-то у нее уже давно была заготовлена легенда на этот счет. Можно было бы сказать, что в этот день у нее умерла мама. Что в некотором смысле соответствовало бы истине. Это ведь был день, когда маму, которую она знала, сменила совсем другая женщина. Та, у которой она вызывала разочарование и отвращение.
Джемма подумала, не сказать ли ему об этом прямо сейчас – что ее мать умерла на Хэллоуин. Но это вылилось бы в целый клубок лжи, а ей этого совсем не хотелось. Только не в данный момент. Хотя, может, все будет не так уж и плохо. На свежем воздухе, с сыном… Он будет в полном восторге – все-таки идет на Хэллоуин за конфетами первый раз в жизни. Будет что потом вспомнить им обоим. И это то, что можно будет потом использовать, чтобы прикрыть совсем другое воспоминании о Хэллоуине…
– Ладно. – Она стиснула зубы. – Я сама провожу Лукаса.
Бенджамин фыркнул, но ничего не сказал. Он казался каким-то необычайно резким и раздраженным. Понял ли он, что это не Айрис дала их сыну свой телефон? Хотя нет, погоди… Дело явно не в ней.
– Как прошел разговор с Винсентом?
– Руководство отделом мне не светит.
Бенджамин уже несколько месяцев говорил об этом повышении – насчет руководства отделом, отвечающим за продажи программного обеспечения в Европе. Ее муж был убежден, что получит эту должность. Он идеально подходил для нее. Это стало для него огромным ударом.
Джемма поставила свой бокал с вином на кухонную стойку.
– Твой босс – тупой мудак.