Затишье перед ударом (ЛП)
Что-то не так. Я что-то сделала не так? Почему он такой раздражённый сегодня? Его поведение напоминает мне того Райана, которого я встретила в начале семестра. Того, кто не пускал меня в свою жизнь и закрывал от всех. Теперь я понимаю, что это была лишь маска. Я не хочу, чтобы он снова становился таким, но боюсь, что он уходит от меня. Это из-за стресса, вызванного состоянием его мамы? Или что-то ещё?
***
Вайолет, 13:00: Ты в порядке?
Вайолет, 17:00: Я начинаю волноваться.
Райан, 17:30: Всё в порядке. Скоро буду дома.
Райан вернулся домой поздно после обеда. Сел на своё место на кровати и уставился в пустоту. Я не могу не раздражаться, что ему не пришло в голову ответить на мои сообщения или сообщить, куда он уходит. Мы почти не разговаривали, а его мама так и не вышла из своей комнаты сегодня.
Пока его не было, я просмотрела программы своих новых курсов и собрала вещи, чтобы уехать утром. Я продолжала молчать и пошла в ванную, чтобы принять душ на ночь, проведя в горячей воде больше времени, чем обычно. После душа я неспешно провела свою процедуру ухода за кожей, не спеша возвращаться к своему хмурому парню. Он не имеет права так со мной обращаться, даже если он зол. Я не могу это контролировать.
На ночь я выбрала футболку Райана. Хотя я бы с радостью сжала бы ему шею, мне нравится, как его вещи пахнут махагонией и мужественностью. Это помогает мне заснуть. Тихо выходя из ванной, я скатываюсь в кровать рядом с мужчиной, которого я безумно люблю, но не могу понять. Он встает, чтобы выключить свет. Кровать прогибается, когда он возвращается. Внезапно он тянет меня к себе на обнажённую грудь и шепчет:
— Ви, прости меня, пожалуйста. За всё. Я люблю тебя.
Я поднимаю себя на локтях. В темной комнате я не вижу его выражение, но всё же говорю, что думаю:
— Так не закрывайся от меня. Я думала, что мы уже прошли этот этап.
Я умоляю его продолжать впускать меня в свою жизнь, но он молчит. Его руки находят мой живот под его огромной футболкой, и он начинает нежно тереть по моей коже, заставляя мысли путаться.
— Почему ты извинился? — спрашиваю я.
— Потому что мне нужно было.
Его ответы всё так же уклончивы. Это не тот ответ, который мне нужен.
— Ты можешь мне рассказать, что тебя беспокоит. Мы разберемся вместе.
— Всё в порядке, Ви. Просто пообещай мне кое-что.
— Что угодно.
— Не бросай меня. Пожалуйста, независимо от того, как я буду ошибаться, не уходи. Я… Я нуждаюсь в тебе, — боль отчаянно слышится в его голосе, который трещит.
Его сердце хочет дать мне информацию, в которой я так отчаянно нуждаюсь, но разум ему мешает. Этот мужчина не может найти собственного пути. Я меняю тактику, потому что слова не помогут сегодня. Я даю ему время, надеясь, что он откроется. Вместо того чтобы продолжать искать ответы, я прижимаюсь к его груди и целую его нежно, уткнувшись в его шею, чтобы уснуть. Я не буду продолжать настаивать, но что-то тревожное происходит. Я надеюсь и молюсь, чтобы любви было достаточно для нас, потому что я не могу представить свою жизнь без Райана Шейна теперь, когда он есть в ней.
ГЛАВА 22
РАЙАН
Я хотел ей сказать, но не мог. Она посмотрела бы на меня с жалостью. Я не смог бы выдержать, увидев разбитое отражение в её глазах. Она бы сказала, что есть другой способ исправить всё это. Возможно, для кого-то другого есть другой путь, но для меня, в этой жизни, его нет.
Когда я оставил её за столом на кухне, мне хотелось пробить стену кулаком и разрушить всё, что попадалось под руку. Я знал, что причиняю ей боль, закрываясь так, как я это сделал, но не видел другого выхода, кроме как лгать. На её лице было написано полное недоумение. Забота, глубоко прописавшаяся на её лбу. Мне нужно было выйти и привести мысли в порядок. В голове всё время вертелся один и тот же разговор, как заезженная пластинка с самой ужасной песней.
— Мистер Шейн, да, стоимость лечения вашей матери значительно возросла. После того как мы проверили страховку, мы рассчитываем примерно на пятьсот долларов за визит.
Я позвонил в кабинет врача, как только вышел из комнаты матери. Разговор закончился, прежде чем Вайолет смогла подойти ко мне на кухне. Я уже принял решение, что, несмотря на стоимость, я достану деньги.
Законным способом? Нет. Способом, который может изменить ход моей жизни навсегда? Да. Ну и что. Это нужно сделать. У меня нет будущего, если я её потеряю.
— Когда нужно оплатить? Я могу платить по месяцу. Скажите, это поможет вернуть её в график?
— Да, мы можем так сделать, мистер Шейн.
Дальше вы знаете. Но вот что вы не знаете: когда я выбежал из кухни и не вернулся до темноты, я позвонил старому другу, Логану Джонсу. Другом его назвать трудно. Он не заботится обо мне и не следит за моими интересами, как хороший друг должен.
С дрожащими руками я сажусь в машину, чтобы минимизировать риск, что кто-то из соседей услышит мой разговор. Я разблокирую телефон и смотрю на контакт того человека, которого, как я думал, убрал из своей жизни навсегда. Я думал, что оставил ту часть своей жизни давно. Университет дал мне новый смысл. Если бы я продолжал показывать такие результаты в футболе, меня бы точно выбрали в первом или втором раунде драфта. Я думал, что у меня есть будущее с той застенчивой девушкой, которая перевернула мою жизнь. Это будущее могло включать в себя хороший дом, жену, детей и белый забор. Мечты о лучшей жизни исчезли, когда Логан ответил на звонок после двух коротких гудков.
— Шейн. Давно не виделись. Как ты, брат? Скучаешь по старой игре? — он смеётся в трубку, как будто я не собираюсь разрушать свою жизнь этим звонком. Логану — двадцать пять. Когда я встретил его в старшей школе, он уже бросил учёбу.
— Хватит болтать, Логан. Ты всё ещё в деле?
— Да. Я не бросал. Деньги слишком хорошие. Чего хочешь?
На этот раз всё будет по-другому. Я знаю свои ошибки в прошлый раз и не позволю себе попасться снова. Я не могу себе этого позволить.
— Ставки на колледж по футболу. Отправь мне прогнозы на ближайшие недели. Мне нужны деньги.
— Вот это мой парень. Подожди, я думал, ты теперь звезда колледж-футбола? Знаешь, это не прокатит, если NCAA об этом узнает? — спрашивает он с фальшивым беспокойством. Логан не переживает, если это разрушит мою карьеру в колледже или уничтожит шансы попасть в профессионалы. Всё, что его интересует, это следующий чек.
— Ты что, думаешь, я тупой, Логан? Делай своё дело и отправь мне коэффициенты как можно быстрее.
— Ладно, Шейн, я понял.
Я кладу трубку, стучу кулаком по рулю до крови и рыдаю, пока не наступит поздний вечер.
Быть уклончивым с девушкой сегодня было точно не в моих планах на праздники, но вот мы здесь. Я знаю, что мне стоит расстаться с ней. Она не заслуживает той сложной жизни рядом со мной, полной лжи и сомнительных решений. Я знаю, что поступаю неправильно по отношению к ней, и она никогда мне не простит, когда узнает, что я сделал. Это был мой план, но когда я открыл дверь в свою спальню и увидел те кристально-голубые глаза, которые каким-то образом изменили мою химию мозга за последние месяцы, я не могу. Назовите меня эгоистом, но если нашим отношениям суждено закончиться, я хочу встречать каждое её пробуждение и поклоняться земле, по которой она ходит.
***
Мы попрощались с мамой рано утром. Она всегда была драматичной и расплакалась, когда мы выезжали с подъездной дорожки. Я знаю, что поступаю правильно, давая ей все шансы сосредоточиться на своём здоровье, но почему это правильно ощущается, как если бы я умирал изнутри?
Я не говорит много с Вайолет, и она приняла это как сигнал подключить телефон к моему Bluetooth. Она включила «All Too Well» Тейлор Свифт, и если бы я был игроком на ставках — ты же он и есть, идиот — я бы сказал, что эта песня предсказывает наше будущее. Вместо того чтобы быть честным с Вайолет или расстаться с ней, чтобы она нашла кого-то с более стабильным будущим, я беру её за руку и рисую круги на её гладкой коже. Я настоящий мазохист.