Звездочка миллиардера. Это моя дочь! (СИ)

— Логично, — усмехаюсь, засунув макароны в рот.
— Ого, — удивлённо смотрит на меня. — Боги Олимпа употребляют еду обычных смертных?
— За бога тебе плюс, — спокойно говорю и салютую ей вилкой. — За макароны и котлеты тоже. Есть можно.
Хмыкает, скрещивает руки на груди и проходит к холодильнику.
И я, не удержавшись, спрашиваю:
— Почему длинная шея? Она среднестатистической длины.
— А вы линейкой замеряли?
— Линейкой обычно не шею меряют.
На секунду она теряется от моих слов. О чём опять подумала, извращенка?
— Потому что вы жираф, — бурчит, отворачиваясь. — Самомнение такое же, как и жирафья шея. И долетают до вас слова не сразу, будто долго-долго летят.
Усмехаюсь от её слов.
Ну, конечно. Как иначе?
— Как первый день в доме? — игнорирую её колкость.
— Учитывая, что вас не было целый день — чудесно, — улыбаясь, открывает холодильник и наклоняется к нижним ящикам, где до этого я нашёл фрукты.
И мне открывается прелестный вид — обтянутая тканью халата задница. Её я уже видел и голой, на пляже, но здесь совсем другой ракурс. С виду мягкая, не накачанная, как у тех девиц, что крутятся обычно вокруг меня.
От ощущений в ладонях, касающихся мягкой попы, в брюках тут же становится тесно.
И я удивлённо хлопаю глазами, когда у меня… встаёт на Нежную?
Сжимаю кулаки, и наваждение пропадает.
Бред какой-то. Минутная слабость.
Секса около месяца не было, вот и в подвешенном состоянии. Не могла меня возбудить Люба.
Утыкаюсь носом в тарелку и замечаю, как девчонка выпрямляется, хлопает дверцей, держа в руках банан.
Млять!
Вздыхаю, откладываю вилку.
Там что, других фруктов не было?
Зло встаю, хватаю тарелку и отправляю недоеденное в холодильник.
— Так плохо? — вдруг спрашивает, явно оскорбленная моим поступком.
Поступить так с едой женщины — вырыть себе могилу, мне кажется.
— Вкусно, — выпаливаю в гневе и прохожу мимо неё, снова цепляясь взглядом за банан, который Любовь подносит к губам. Млять-млять-млять!
Моментально взрываюсь.
— Приятного аппетита! — гаркаю и оставляю девчонку в недоумении. И быстрее спешу в свою комнату, под холодный душ.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
ГЛАВА 31
Любовь
— Странный какой-то, — кидаю мужчине вслед, когда он уже не слышит меня.
Кусаю ещё разочек банан, вытаскиваю его из кожуры и выхожу из кухни, надеясь, что Астра без меня не проснулась.
Но на меня и правда напал аппетит, и я, не выдержав, спустилась вниз и встретила жирафа.
А теперь возвращаюсь обратно, ложусь на нашу новую двуспальную мягкую кровать, где поместятся ещё несколько человек. И повернувшись к доченьке, умиляюсь, как она спит, пуская слюнки.
Она всегда засыпает с трудом на новом месте. И сегодняшний день — не исключение. Кое-как убаюкала её и надеюсь, что Пожарский не разбудит её своими шагами.
Пока переживаю об этом — сама не замечаю, как начинаю зевать.
И пока не забыла, тихонько шепчу себе под нос уже традиционную фразу:
— На новом месте приснись жених невесте, — улыбаюсь своим же словам. Взрослая уже, а верю в это.
Прикрыв глаза, не замечаю, как проваливаюсь в сон.
Утром просыпаюсь разбитая. Мне снился кошмар. В главной роли — Пожарский, который решил сделать первые шаги к дочери.
И чтобы сон не стал явью, сегодня решаю начать сближение этих двоих. А то не хочется, чтобы сон стал вещим…
Умывшись и переодевшись, мы вдвоём направляемся на кухню.
— Кашку сейчас приготовим, — говорю с дочкой, но мысленно прикидываю, как не умереть с голоду, пока она будет вариться. Обычно я ставлю кашу в мультиварке, а затем мы только занимаемся водными процедурами, переодеваемся и прогуливаемся минут пятнадцать на улице.
А потом приходим и едим.
А тут и гулять негде! Тишь да гладь!
У меня ребёнок совсем не отвлечётся на других людей!
Да тут социопатом можно вырасти и интровертом! А Звёздочка у меня девочка общительная. Со всеми людьми, кстати. Кроме Пожарского.
Но он заслужил.
Оказавшись в гостиной, слышу звук открываемой двери. Кажется, он доносится со второго этажа.
  
Инстинктивно поднимаю взгляд вверх, заметив шагающую по коридору спортивную фигуру.
Глеб, зевая, с голым торсом идёт вдоль перил. Эй, он, надеюсь, хоть штаны надел, а то я не вижу?
И это мы так рано встали или он поздно?
Звёздочка тут же крепче хватается за мою ладонь, завидев отца. Он ещё ничего сделать не успел, а она уже напрягается.
А стоило всего лишь пару раз оступиться!
— Доброе утро, — говорю первая, привлекая к себе внимание. Хотя вообще могу этого не делать. По вчерашнему вечеру я поняла, что Пожарский много работает, и мы редко будем видеться в стенах этого дома.
Не так уж и тяжело получится жить вместе, если так и будет продолжаться.
Но если вспомнить, что мы в давящей для нас глуши… Жуть.
Пожарский открывает глаза, смотрит на нас сверху вниз и сворачивает на лестницу, спускается. И я тут же прикрываю Астре глазки. Машинально.
— Чёрт, — слышится от него. — Забыл, что теперь живу не один.
Это хорошо, что он понял, но почему продолжает идти?!
— А может, вы оденетесь? — смущённо и в то же время настойчиво спрашиваю.
— Нежная, я не голый, чтобы так реагировать. На мне полотенце. Открой ребёнку глаза.
Да, я видела! И боюсь, если он сделает одно лишнее движение — полотенце может задраться!
— Нет уж!
От моих слов он моментально начинает злиться. Выпускает из носа пар, проходит мимо нас. Астра жмётся к моей ноге и смотрит вслед уходящему отцу. Он идёт не на кухню — уже радует. Насладимся тишиной без него.
Подхватываю её на руки и быстрее спешу готовить завтрак.
Отвлекаю Звёздочку малинкой, она надевает ягодки на свои пальчики и демонстрирует мне.
— Ня, — тянется ко мне ладошкой. И я игриво ем малинку прямо с её пальчика. Она весело смеётся и довольная надевает на пустующий палец ягодку, подкармливая меня.
— Это тебе, сама кушай, — не могу спрятать улыбки. — Каша скоро будет готова.
— Отлично, может, я успею, — вдруг раздаются слова Глеба, вошедшего на кухню. Выпрямившись, упираю руки в бока. Оглядываю его с головы до ног. Плюсик ему в карму — он всё же оделся.
— Вам же не нравится моя еда, — недовольно напоминаю ему.
— Может, каша будет повкуснее, — не смотря на меня, подходит к ящикам с посудой и достаёт кружку.
Боже, он вообще умеет быть нормальным, или ему обязательно показать свой поганый характер?!
— Вам бы подобрее стать.
— Добрее меня никого на свете нет.
— И кто из нас тут сказочник?..
— Не болтай, у тебя сейчас каша подгорит.
Спохватившись, бегу к плите. Убавляю мощность, пробую — приготовилась или нет.
— Сейчас настоится, и можно кушать, — сообщаю всем. Но больше успокаиваю голодную малышку.
Достаю масло, сахар и думаю, как начать сближение дочери с отцом. А то пока Астра бетонная настолько, что даже не шевелится на стуле, когда Пожарский садится напротив неё, ожидая сваренного кофемашиной напитка.
Прожигают друг друга взглядами, будто сойдясь в битве.
Ну, хотя бы смотрит на него — это уже радует. А не плачет, только завидев.
От частых встреч начала привыкать?
Уголки губ Глеба неожиданно поднимаются, и он аккуратно тянет свою руку по столу к пиале с малинкой.
— Можно одну взять? — спрашивает у неё разрешения, так и не дотянувшись до тарелки.
Звёздочка, всё ещё не шевелясь, явно думает, что ему надо. И враждебно ли он настроен по отношению к ней.
Мышка хоть и теряется, но толкает ему пиалу с ягодками. Всё ещё сидит с малинками на кончиках пальцев и не торопится их есть, изучая мужчину.
Глеб берёт одну, закидывает в рот.
— М-м-м, как вкусно, — впервые в жизни вижу его таким спокойным и… нормальным, что ли? И тон такой, что Астра не пугается, а неожиданно протягивает ему ладонь, выставляя пальчики вперёд.