Восстание демонов (ЛП)

— Харпер! — молодой парень ворвался в туннель, широко раскрыв глаза и тяжело дыша.
— Дилан? — Харпер вскочила на ноги, разбросав повсюду черный песок. — Это Джуэл?
Он сделал пару глубоких вдохов и кивнул.
— Боль вернулась.
Губы Харпер сжались. Кивнув, она направилась через пещеру и жестом пригласила меня следовать за ней.
— Идем, Калеа. Мне понадобится твоя помощь.
  
Глава 23
 
Ненависть
 
Прохладный, мягкий песок под моими босыми ногами заглушал звук наших торопливых шагов. Мы заскочили в лазарет, чтобы Харпер взяла корзину с припасами, и сейчас направлялись на окраину деревни к хижине-ракушке, в которой я провела свою первую ночь.
— Меня не волнует, что она связана с принцем. Мне не по себе от того, что с нами идет дочь Лилит. — Дилан бросил на меня острый взгляд и откинул длинные пряди черных волос со своего потного смуглого лица.
Харпер не замедлилась, продолжая вести нас между хижинами.
— Ты хочешь, чтобы я осмотрела твою жену?
Лицо Дилана скривилось.
— Да…
— Тогда ты позволишь ей сопровождать меня.
Его темные глаза сузились, но беспокойство за жену, должно быть, взяло верх над недовольством от моего присутствия, потому что он не стал спорить, просто отвернулся, сжав челюсть. Она тоже была рождена демоном. Почему он так сильно меня ненавидел?
Мы прошли под аркой из деревьев и вошли в центр деревни. Нервы скрутило в животе. Голоса эхом разносились по огромному пространству, создавая неповторимый гул. Жители деревни занимались своими делами, неторопливо и непринужденно. Некоторые несли корзины, такие же, как у Харпер, у других на груди были привязаны младенцы, а толпы детей постарше бегали вокруг, смеясь и играя, не обращая внимания на окружающих. Держась поближе к Харпер, я затаила дыхание, но оживленная деятельность продолжалась. Лишь несколько прохожих обратили внимания на торопливую процессию, проходящую мимо них. Некоторые прищуренное на меня посмотрели, другие же просто с любопытством, хотя мы не останавливались, и они ничего не комментировали.
Когда мы наконец пересекли открытую площадь и достигли окраины деревни, мои плечи опустились. Дилан торопливо шел впереди, а голая, покрытая татуировками грудь, блестела от пота, когда он направился к самой дальней хижине на берегу. Дилан отбросил в сторону ракушки, заставив их звенеть, когда вошел внутрь. Этот звук был бы похож на что-то музыкальное, если бы не сопровождался стоном, полным боли, который был слышен только изнутри.
Я вздрогнула, готовясь к тому, что могу увидеть по ту сторону, но Харпер заколебалась, и я остановилась рядом с ней.
— С чем бы мы ни столкнулись за этой дверью, ты не должна показывать своих эмоций. Никакой тревоги, страха или беспокойства, — пробормотала она, ее лицо было бесстрастным.
Я тяжело сглотнула. Чему, она думала, я стану свидетелем?
— Как далеко она продвинулась на этот раз?
— Шесть месяцев. Если ребенок родится сейчас, он вряд ли выживет. Ты сможешь это сделать?
Смогу ли я?
— Я постараюсь сделать все возможное.
Харпер кивнула и отодвинула ракушки в сторону. С колотящимся сердцем я последовала за ней. Бусинки с тихим шелестом вернулись на место позади меня, и я напряглась, борясь со своим телом, чтобы не прикрыть рот. Мерзкая вонь от рвоты пропитала воздух, глаза заслезились, но я заставила себя не реагировать. Свет лился из отверстия в центре потолка, закрытого тонкой прозрачной пленкой. Кто-то… вероятно, Дилан… привел комнату в порядок, заменив сломанную мебель и изорванный ковер на новые.
Харпер напряглась, и ее тело снова перешло в форму демона, после чего она направилась в конец комнаты. Я не замечала этого раньше, но тьма внутри меня определенно зашевелилась, хотя и не настолько сильно, чтобы я не могла с ней справиться. Совладав с собой, я быстро вдохнула через рот, чтобы отфильтровать запах, и последовала за Харпер.
Когда мы приблизились к теням на другой стороне комнаты, запах только усилился. Послышалось неровное дыхание, и я вгляделась в темноту. В углу стоял большой поддон, покрытый мехом. Дилан опустился на колени рядом с ним, схватив за руку обитательницу кровати. Тонкое одеяло скрывало большую часть ее тела, поднимаясь и опускаясь при каждом затрудненном дыхании.
  
Харпер поставила корзину и достала гладкий белый камень. Она пробормотала несколько неразборчивых слов, и из камня полился свет, заполнив все уголки тесного помещения. Я вздрогнула и прищурилась от света.
— Вот, теперь я смогу хорошо видеть. — Харпер протянул мне камень. Я взяла его и забилась в угол, надеясь, что ничего не испорчу. Почему Харпер решила, что это хорошая идея — взять меня с собой?
— Дилан, мне нужно, чтобы ты отошел. — Харпер отодвинула его от кровати, и он попятился назад, как побитая собака.
— Пожалуйста, помоги ей.
— Я сделаю все, что смогу. — Харпер на мгновение прикоснулась к его руке, но ее жест, казалось, мало его успокоил. Глаза парня продолжали метаться туда-сюда, а руки дрожали, и мое сердце сжалось от жалости к нему. Я знала, каково это — быть беспомощным, не в силах помочь тем, кого любишь.
— Сходи за водой, пожалуйста. — Харпер отвернулась от него, и он двинулся к двери. Она опустилась на колени рядом с кроватью и откинула одеяло, открыв хрупкую женщину, которую я встретила две ночи назад. Ее неестественно бледная кожа обтягивала кости, блестя в свете камня от пота. Спутанные белые волосы разметались по меху вокруг ее головы, наполовину скрывая рога, а губы сжались от боли. Ее крылья были подмяты под себя, и я вздрогнула, когда увидела ее слегка вздувшийся живот.
— Джуэл? — сказала Харпер.
Глаза женщины открылись, они были кроваво-красные, перебегая с Харпер на меня, а затем снова закрылись, когда она резко вдохнула.
— Боль постоянная или ослабевает? — спросила Харпер, ее голос был сильным и ровным, когда она проверяла пульс женщины. Джуэл снова застонала, но сквозь стиснутые зубы не вырвалось ни слова.
Харпер откинула назад волосы, прилипшие к лицу женщины.
— Джуэл, я не смогу помочь тебе, если ты не поговоришь со мной. Как думаешь, ребенок готов родиться?
Лицо Джуэл исказилось, прерывистый всхлип сотряс ее тело.
Харпер прошипела сквозь зубы.
— Калеа, иди сюда.
Я напряглась, страх взял верх над моими чувствами. Я не хотела быть здесь. Не хотела видеть это, быть свидетелем боли этой женщины. Я не могла не видеть на ее месте свою сестру. Испытывала ли Кэсси нечто подобное? Я понятия не имела, когда должен был родиться ее ребенок, и страх охватил меня при мысли о том, что моя сестра может испытать такую же боль. А может ли она ее испытывать? Могла ли она еще что-то чувствовать, пока Лилит владела ее телом?
— Калеа. — резкий голос Харпер прорвался сквозь мою панику, и я заставила себя пройти вперед и встать на колени рядом с ней. Она положила одну руку на лоб Джуэл, а другой сжала дрожащую руку женщины. — Скажи мне, что ты чувствуешь.
Изо всех сил стараясь не позволить страхам и темноте взять верх, я положила пальцы на ее руку. Громкий грохот сзади заставил меня подпрыгнуть, и я обернулась.
— Не трогай ее, — прорычал Дилан, его лицо исказилось от ярости. Таз с водой покатился к его ногам, вода залила ковер.
Я отпрянула, и Харпер прищурилась.
— Дилан…
— Наследница демона не прикоснется к моей жене!
— Она не навредит…
— Это не обсуждается, она может еще больше развратить ее…
— Дилан, прекрати. Ты делаешь только хуже. — Харпер указала на его дрожащую жену, чье затрудненное дыхание стало хриплым.
Челюсть Дилана сжалась.
— Она может держать твой чертов камень и помогать тебе любым другим способом, но я запрещаю ей прикасаться к Джуэл. Она не может сделать для моей жены ничего такого, чего не можешь сделать ты.
Харпер выдохнула, но через мгновение кивнула.
— Ладно. — она указала головой в сторону своей корзины в центре комнаты. — Калеа.