Восстание демонов (ЛП)
Она выдохнула, словно собираясь с духом.
— Да. Я никогда не понимала, что наша сущность по-разному проявляется на земле. Хоть и могу соединиться с ней, но я не вижу ее глазами, как ты, но, видимо, божественность внутри каждого из нас проявляется именно так. Из-за его королевской крови, если бы Райкер получил доступ к своей божественности, тебе, вероятно, было бы так же трудно смотреть на него, как и на драконов.
— Его божественности?
Ее лицо стало суровым.
— Ты видела руны, вытатуированные у него на спине?
Я кивнула. Он говорил, что они напоминают о его ошибках.
— Это печати, которые удерживают его от земной божественности и его собственной.
— Кто на земле мог запечатать его силы?
— Его дед, который в то время был королем, — сказала Харпер, сжимая кулаки. — Это была цена, которую он заплатил за то, что бросил ему вызов и подверг опасности свой народ.
— Зачем нужно было запечатывать его силу? Как кто-то может быть таким жестоким? — во мне поднялся гнев, и на лице Харпер отразилась печаль.
— Отец Рейнора, Орион, был жестоким человеком, и Райкер был не первой его жертвой.
— Я не понимаю. — были ли это действительно те виды наказаний, которые Чужеземцы применяли друг к другу? И по какой причине?
Харпер кивнула и начала чертить различные узоры на песке.
— Мне было восемь лет, когда я сбежала из Святилища. Прошло немного времени, как патруль Чужеземцев обнаружил меня. Меня привели к королю Ориону. Он хотел, чтобы меня немедленно убили, а мою голову отправили императрице, поскольку я была одной из ее «особых дочерей». Но я исцелила нескольких стражников на обратном пути после нападения минотавров, и они вступились за меня, предложив королю использовать меня в своих целях. С неохотой он согласился, и я стала ученицей деревенского целителя.
— Я наслаждалась каждой минутой. Я никогда раньше не покидала дом, и как только узнала, что не умру, испытала восторг. Все было таким новым и чужим для меня. — мягкая улыбка тронула ее губы. — Вскоре после приезда я встретила Рейнора и сразу же заинтересовалась им. — ее улыбка померкла. — Если бы я только знала тогда то, что знаю сейчас… я бы держала дистанцию.
Я вздрогнула от боли, прозвучавшей в ее голосе.
— Сначала мной движило любопытство, но чем больше я узнавала его, его доброту и мягкость, тем больше поводов находила, чтобы с ним увидеться. Даже после того, как узнала, что он помолвлен с принцессой из племени Матан, я не смогла убедить себя остаться в стороне. По словам моего наставника, нынешнего целителя, он даже не встречался со своей невестой, которая была на несколько лет старше его, и, как эгоистичная дура, я позволила себе надеяться.
— Вначале мое присутствие казалось ему забавным, но с годами его чувства стали сильнее. Он проводил со мной каждую свободную минуту. Другие члены племени пытались предостеречь меня от него и от гнева его отца, но я не слушала. Я была влюблена и счастлива, как никогда в жизни. Рейнор тоже был счастлив. Но, будучи молодыми и глупыми, мы не были осторожны. Вскоре после того, как я закончила обучение и стала признанной целительницей, я обнаружила, что жду ребенка… — взгляд Харпер стал отстраненным, черты лица ожесточились.
— Я до сих пор помню тот день, как будто это было вчера. Вне себя от радости, я обнаружила, что Рейнор ждет меня после работы. Выражение его лица… — она покачала головой, словно пытаясь стереть воспоминания из памяти. — Он выглядел таким разбитым. Прежде чем я успела поделиться радостной новостью, он сообщил мне, что его невеста, Зилит, прибыла ранее тем утром. Они должны были пожениться в течение недели, и он больше не сможет меня видеть.
— Сбитая с ног, я умоляла его не бросать меня и рассказала ему о Сете. — ее голос надломился, но через мгновение она откашлялась и продолжила. — Он пытался поступить благородно. Пошел к своему отцу и объяснил ситуацию, но король был против этого. Кровь принцессы Зилит была чистой, как у Рейнора, а я была демонорожденной. Король никогда не принял бы нашего ребенка в качестве наследника. Он был зачат вне брака и, как таковой, не имел права претендовать на трон. Вопреки желанию короля Рейнор попытался забрать меня, но нас обнаружили и вернули обратно.
Грудь Харпер тяжело вздымалась от эмоций, и я положила свою руку на ее, желая облегчить мучения, написанные на ее лице.
— Тогда я все испортила. Я случайно поглотила энергию одного из стражников, посланных забрать нас, но это не имело значения. Если мы злоупотребляем божественностью хоть раз, рождается демон. — она посмотрела на свои сжатые кулаки, словно это они были виноваты.
— Как и ты, я смогла сдержать демона. После этого некоторое время не видела Рейнора, но, когда мы встретились, он уже не был прежним. Его мягкая уверенность и счастливое поведение сменились холодной сталью. Только позже я узнала, что за грехи его лишили силы, отрезали крылья… То, что сделал с ним его отец, опустошило его и сломало.
— Меня не было на их с Зилит свадебной церемонии, но не прошло и месяца, как новость об их наследнике распространилась как лесной пожар. Сейчас я жалею об этом, но тогда я возмущалась принцессой и ее нерожденным ребенком. Ребенок, которого я носила, должен был стать первенцем Рейнора, но его права на трон уже были утеряны только потому, что божественность в моей крови не того рода. — Харпер вздохнула, но в ее голосе не было злобы. — Она была не единственной, я также ненавидела Рейнора. Если он действительно любил меня, как мог так быстро уйти? Только позже мой наставник рассказал, что король Орион угрожал убить меня и Сета, если Рейнор откажется жениться на Зилит и дать народу Орихан истинного наследника. Я не хотела ему верить, но, очевидно, у принцессы Зилит тоже был бывший любовник и ребенок, и ее отец убил его, хотя и пощадил ее ребенка… Пему.
— Не прошло и месяца после рождения Сета, как у принцессы начались роды, и возникли осложнения. Король вызвал меня и моего наставника, но даже несмотря на то, что мы оба старались изо всех сил, не смогли ее спасти. Есть вещи, которые не может исцелить даже божественность земли. — Харпер сделала паузу. — Это был первый и последний раз, когда я видела Зилит.
Она печально покачала головой.
— К счастью, Райкер выжил, и я, как новоиспеченная мать, лучше всего подходила для его воспитания, по крайней мере, до тех пор, пока его не отучили от груди. Но к тому времени, когда его уже не нужно было кормить грудью, я уже считала его… и Пему… своими. Рейнор позволил мне растить его сыновей, но никогда не впускал обратно в свое сердце. Он никогда никому этого не позволял.
Меня переполняло сочувствие. Ей не нужно было говорить этого, все в ней говорило о правде. Она все еще его любила.
— Орион считал смерть Зилит наказанием Великих Творцов за грехи Райнора. Он считал Райкера слабым и никогда не заботился о мальчике. Чтобы защитить его от пристального внимания отца, Рейнор отправил меня с двумя мальчиками жить сюда, на Драконьи Острова… но этого оказалось недостаточно. Когда Райкер вернулся полуживой из рабства, но без своей сводной сестры и Ланы. Король использовал руны, чтобы запечатать его божественность в качестве наказания. Вот почему Райкер почти умер до того, как ты пришла сюда. Когда он пытается использовать свою божественность, он берет от себя, как и ты, вместо того, чтобы соединиться с землей. После создания портала и исцеления тебя у него почти не осталось сил, и это подтолкнуло его к крайности.
Я склонила голову, наконец-то поняв, что произошло и почему он не может использовать свою божественность: это его убьет.
— Есть ли способ снять печати? Будут ли у него крылья, как у Сета, если печати будут сняты? — мое сердце бешено заколотилось при мысли о том, как бы выглядели его крылья.
Харпер улыбнулась.
— Да, у него есть крылья. Только у него и Сета, поскольку они последние из родословной Уриэля. — ее взгляд стал усталым. — Что касается снятия его печатей, есть способы…