Учительница в школе для маленьких магов (СИ)

— Разве нет? Разве ты не ощущаешь этого взаимного притяжения?
— Нет, — выдохнула я, понимая, что моё равнодушие граничит с истеричностью.
Жар усиливался. Огонь разъедал меня изнутри, но я вместо того, чтобы потянуться к Максу, выпустила свою магию на свободу. Дверь за спиной вспыхнула и осыпалась пеплом, а потом я бросилась прочь, едва не потеряв от чар рассудок.
В себя я пришла только на другом этаже — и обнаружила, что стою у двери, что вела в комнату Алессандро.
Я не знала, на месте он или нет, но решительно дернула дверную ручку, намереваясь скрыться в этой комнате. Оказалось, было открыто, и я проскользнула внутрь, заперлась изнутри и только тогда осмотрелась.
Алессандро явно готовился ко сну. Он стоял в одних брюках, рубашка валялась на кровати. И мой растрепанный вид, кажется, его поразил.
— Марианна?
— Я была на «романтическом ужине» с Максимом, и он чем-то меня опоил, — выдохнула я. — И теперь нет никаких сомнений, что он — тот, о ком ты говорил. Тот самый маг, что сбежал из этого мира и зачем-то вернулся.
— Проклятье! И ты полезла туда сама?
— Ага, — кивнула я. — Полезла туда сама. И теперь у меня такое впечатление, что у меня внутри пожар. Ты можешь это убрать?
Алессандро протянул руки, и я послушно скользнула к нему в объятия, не зная толком, каким образом собираюсь избавляться от влияния неведомого средства, что буквально поедало меня изнутри.
Оказалось, магически. Алессандро провел по моим плечам, и я почувствовала, как по его ладоням течет сила, наполняет меня изнутри и постепенно убирает терзающий дискомфорт. Дышать стало легче, я больше не чувствовала этого поедающего на своем пути всё, включая здравый смысл, жара, и наконец-то меня перестало тошнить.
Несколько минут ушло на то, чтобы прийти в норму, а потом я, забыв обо всяких приличиях, прижалась к Алессандро. Запоздало догонял страх. Прежде, когда касательно Макса у меня были только подозрения, я могла отмахиваться от них и повторять про себя, что мой жених — просто ещё не освоился, вот и ведет себя в какой-то мере подозрительно. Теперь же — пора это признать! — становилось очевидным, что он замешан в треклятом злодействе, и что делать — я попросту не знала. Нет, никакой сентиментальности или старых чувств, и без того навеянных магией, не было, но было горькое чувство досады и понимание, что с ним надо что-то делать.
— Можно я у тебя останусь? — глухо попросила я Ренци. — Потому что Анне я не доверяю совершенно. И не знаю, кто запер дверь. Может быть, и она.
— Считаешь, она подельница Макса?
— Считаю, что она могла поверить его сказкам, — покачала головой я. — И поступить так, как он просит, потому что это якобы для меня лучше. Но нам ещё надо решить, как с ним бороться и на чём подловить, чтобы предъявить обвинения…
— Мы обязательно что-то придумаем, — пообещал мне Алессандро. — А сейчас тебе стоит либо отодвинуться от меня, либо не удивляться, что я сойду с ума безо всякого зелья.
Я вспомнила отвращение, накатывающее на меня от прикосновений Макса, и подумала, что магия не всё способна исправить.
— А если я не хочу от тебя отодвигаться? — всё же поинтересовалась я.
— Тогда ты забыла о чувстве самосохранения и хочешь остаться со мной, — отметил Алессандро. — Но, помнится, ты рассказывала мне, что этому никогда не бывать, правда?
— Рассказывала, — пришлось согласиться, — но, стало быть, я ошибалась.
И как бы мне ни хотелось продемонстрировать целый спектр своего упрямства, вместо того я потянулась к губам мужчины и поцеловала его. Будь что будет…
Но он изменился, а значит, и я своим заверениям изменить могу.
27
Это было неожиданно тёплое и приятное утро, даром, что за окном продолжал лить дождь, а кровать у Алессандро для двоих оказалась узковата. И мне подумалось, что примерно такие утра должны быть у девушки, которая наслаждается отношениями со своим женихом. Просыпаться в его объятиях, думать о счастливом будущем и подставлять своё лицо поцелуям, а не чувствовать жгучую сладость неведомого вещества, отравляющего сознание и тело.
 
— Доброе утро, — прошептала я.
— Доброе, — Алессандро перевернулся на бок и в самом деле осторожно поцеловал меня в губы, словно боясь спугнуть. — Как спалось?
— Замечательно, но места мало, — улыбнулась я. — А главное, безопасно.
— Да? Помнится, поначалу ты считала меня коварным злодеем…
— Не могу сказать, что я была неправа.
— Тебя к мне тянуло.
— Магией.
— А сейчас?
— А сейчас просто тянет, — легко признала я. — Но ты сильно изменился после того, как побывал в тюрьме, лорд Ренци, так что….
— Леди Марианна, тюрьма умеет сбить спесь, — усмехнулся Алессандро. — Но ты права, я действительно вел себя, как заносчивый козел. И меня следовало посылать куда подальше, вне всяких сомнений. Ты правильно делала.
Я усмехнулась.
Сейчас трудно было сказать, что именно заставило меня переменить своё отношение к Алессандро. Может, дело в том, что он изменился и стал вести себя иначе, может, в том, что он взял на себя вину, даже не задумываясь о кошмарных последствиях, и был готов отвечать за всё, что мы, по сути, наделали вместе… А может, я просто поняла, сколько он на себя брал, занимаясь школой.
Назвать это внезапным чувством, свалившимся мне на голову, нельзя было никак. Да, я влюбилась в этого мужчину, что уж отрицать, но любовь эта казалась мне гораздо более осознанной, чем все предыдущие чувства, что я испытывала прежде.
Ну, и самое главное, Алессандро меня не разочаровывал. Да, наше знакомство началось откровенно плохо, а дальше было всё лучше и лучше. Что касается Анны и Макса… Ну, сестра вела себя как обычно, а о бывшем женихе и заговаривать не стоит. Противно.
— Нам надо решить, что мы будем делать дальше, — подала я голос, велев себе меньше мечтать о светлом будущем и наших отношениях, а больше сконцентрироваться на поточных делах.
— Полагаю, я, как порядочный человек, обязан на тебе жениться, но ты сейчас, разумеется, не дашь согласия, — отметил Алессандро. — Потому перейдем для начала к делу. Я попытаюсь выплести магическую сеть для этого… Макса. Пока он не натворил лишних дел. Раз уж мы его раскрыли… Обращусь к Теодоро и Луиджи и расскажу всю эту историю с самого начала, а потом — потом мы его поймаем.
— А доказательства?
— Разберемся на месте. Ему не к кому взывать, потому может на надеяться на вселенскую справедливость. Если ты уверена в том, что это он, всё рассудит магия… Знаки и сети, сплетенные одновременно Светом и Тьмой, работают, только когда обвинение подлинно.
— Я уверена в том, что говорю, — твердо заявила я. — Это действительно он. Во-первых, он про приют вспомнил, хотя не должен знать о том, что раньше здесь была не школа. А во-вторых… Мне показалось, я в какую-то секунду увидела его настоящее лицо.
Алессандро кивнул.
— Я тебя понял. Всё сделаю. И ещё, боюсь, мне уже пора вставать и идти на занятие, иначе одна очень строгая директриса меня уволит.
— Ну, не уволю, но пропускать занятия нехорошо, — усмехнулась я. — Ты прав, нам пора расходиться по делам, пока дела не нашли нас просто в твоей постели.
Если честно, вот так просто разговаривать и думать о том, как сейчас приступим к работе, было для меня… Отчасти странным. Нет, я понимала, что это в общем-то нормальное поведение людей, которые вознамерились построить определенные отношения. Но…
Это «но» так и повисло между нами в воздухе. Потому что никаких подробностей касательно наших отношений я не знала.
— Марианна, — позвал меня Алессандро, когда я уже почти выбралась из кровати и собиралась одеваться. — Позволишь мне ещё на минуту тебя отвлечь?
— Ну, попробуй.
— Пожалуй, мне стоит признаться тебе в любви.
Я едва не закашлялась от такой формулировки.
— Ты уверен, что признания так начинают? — осторожно уточнила я.
— Нет. Точнее, я уверен, что их начинают не так, — Алессандро обезоруживающе улыбнулся и сжал мою руку. — Но мне в целом никому и ни в чем таком прежде не доводилось сознаваться, потому я искренне надеюсь, что ты простишь мне мою неуклюжесть. Пожалуй, ты крайне удивишься, если я скажу, что ты запала мне в душу с первого взгляда?..