Учительница в школе для маленьких магов (СИ)

— Ты говорил что-то о притяжении магий, — отметила я, — потому, кажется, я не удивлюсь, только отмечу, что нормальные люди ухаживают несколько иначе. Ты не пробовал делать комплименты, дарить цветы, что-то ещё в этом роде?
— Нет, не пробовал, но у нас вроде как всё получилось, — промолвил Алессандро. — Я не сомневаюсь, что ты сейчас не скажешь мне, что наши чувства взаимны, даже если это сто раз так, потому давай договоримся. Если я тебе не надо, то ты меня просто не целуешь.
— Паразит и сволочь, — вздохнула я.
И поцеловала, разумеется.
В свой директорский кабинет я добралась позже, чем следовало, и на столе меня уже ждала знатная стопка документов. А ещё в кабинете сидела моя сестренка, и я не могла сказать, что прям страшно рада её видеть, тем более, с таким недовольным выражением лица.
— Ты не ночевала в нашей спальне, — заявила она, — а утром Макс рассказал мне, что ты от него убежала, просто со свидания!
Истеричный тон сестры был, пожалуй, самым неуместным, что я только слышала в своей жизни. Однако я понимала: и безо всяких черных нитей, которые заставляют её манипулировать мной на пользу посторонних магов, она привыкла дергать меня за ниточки и направлять туда, куда ей хочется.
Но сейчас я была в слишком хорошем настроении. Потому отметила:
— Мне кажется, прежде ты была не слишком рада моим отношениям с Максом, а теперь пытаешься всячески нас свести, разве нет? Да, я ушла от него утром.
— У вас не ладится?
— Сильно не ладится, — подтвердила я. — И не думаю, что способно заладиться. Потому я буду безумно тебе благодарна, если ты не станешь как-либо вмешиваться и пытаться ему помочь, Анна.
Если честно, я не знала, сработают ли эти слова так, как надо, или моя сестра привычно сделает всё наоборот, но этим утром хотелось быть честной — и я себе это позволила. Сказала то, что думала, и спокойно воззрилась на сестренку, стараясь не задумываться о том, чем для меня закончится сей неприятный разговор.
— Но почему? — только и спросила Анна.
— Потому что я поняла, что этих чувств не было и вовсе, — ответила я. — И что в общем-то моя жизнь в нашем родном мире была не совсем тем, что мне нравится. И… Теперь я понимаю, что не хочу туда возвращаться.
— Как так? — ахнула сестра.
— Ну… Вот так, — я пожала плечами. — Мне нравится магия, нравится этот мир, нравится моя работа и люди, которых я здесь повстречала. Там… У меня была неплохая профессия, но явно не дело мечты. Жених — но он непонятно каким образом переместился сюда, а я поняла, что большой любви у нас не было, нет и, полагаю, не будет. Что ещё?.. Родители. Но ты им ценнее, и пора мне уже это признать. Друзья, но вряд ли они станут по мне слишком сильно плакать.
— А здесь?
— А здесь я кому-то нужна.
Этот ответ сорвался с моего языка так просто и так быстро, что я едва им не подавилась. Это было… Внезапно. В какую-то секунду у меня сердце заколотилось в груди, как бешеное, и я подумала — не сказала ли я лишнего, не отрекаюсь ли от того, что мне на самом деле дорого?
А потом пришла к внезапному пониманию: нет. Потому что я очень многое обрела в этом мире, моя жизнь стала одновременно и сложнее, и понятнее, а возвращаться назад — это вновь уползать в чужую сеть и оказываться жертвой манипуляций, с которыми я ничего общего иметь не желала. Тот же Макс! Он же не любил меня никогда, так о чем вообще может идти речь?
Анна вздохнула.
— Значит, ты передумала возвращаться?
— Да. Но, думаю, для тебя-то мы ход назад найдем.
— А если я не хочу?
Я серьезно посмотрела сестре в глаза.
— Но ты ведь хочешь.
Анна немного смутилась. Она посмотрела на меня, как будто пытаясь понять, всё ту же сестру видит перед собой или какую-то другую девушку, а потом с усмешкой промолвила:
— Ты так просто за нас двоих всё решила…
— Да, — кивнула я. — Потому что раньше за нас двоих всегда решала ты, и меня это в целом устраивало. Я думала, что это нормально. Мне казалось, что мы — любящие сестры и всегда уступим друг другу в ту секунду, когда одной из нас это понадобится, а потом я совершенно случайно обнаружила, что ты в общем-то никогда и никому не намерена уступать. И мне было больно, Анна, а ты продолжала в том же духе.
 
— Но твоя жизнь складывалась лучше, чем моя! — возмутилась сестра. — Ты первая нашла себе этого… Жениха, будь он проклят. Теперь он тебе даже не нужен, а тогда ты счастливая такая ходила, что аж тошно! Мне, может, тоже хотелось, но у меня никого не было. Только проходящие кавалеры. А родители вечно тыкали, что вот ты больше стараешься…
— Потому что я правда больше старалась, — я грустно вздохнула. — Потому что я хотела отличиться перед ними и показать, что я — лучше тебя, значит, меня тоже надо любить. Да, они нас двоих любят, просто тебя капельку больше, чем меня. Так вышло. И, я думаю, ты сможешь им всё объяснить. И мне сможешь всё объяснить — зачем подставила тогда, зачем…
— Я в неприятности влипла, — прошептала Анна. — И задолжала много. А потом появился этот Алессандро, но я не хотела ни в какой параллельный мир. И я решила, что туда можешь уйти ты, и ничего страшного не случится. Эта мысль у меня в голове, как заноза та засела. Я даже не помню, как именно эти долги получила, честно!..
Я понимала, как. Под манипуляциями. Наверное, заставить мою сестру влезть во всё это было проще, чем меня?
— Вот я и подстроила это… Не знаю, как оно мне в голову пришло, — прошептала Анна. — Как-то… Само собой. Ну и… А потом уже просто плыла по течению, вот и всё. А теперь мы обе мертвы в том мире.
— Но ты ещё можешь вернуться. И, уверена, никаких долгов не будет, — заверила её я, не сомневаясь, что то было проказами одного отвратительного мага. — Станешь нормально жить… Прости, сейчас мне надо разобраться с документами.
Анна кивнула, но не уходила. Мне оставалось только схватить нужную папку и самой выскочить из комнаты, чтобы не продолжать этот тяжелый разговор.
Только вот убежала я недалеко. Только и успела, что спуститься по ступенькам на этаж ниже, а потом перед глазами вдруг всё поплыло.
И мир померк.
Я пришла в себя не сразу. Когда я только оказалась в этом мире, у меня вообще была дурная привычка терять сознание и приходить в себя рядом с язвительным Алессандро — вот только существовала одна проблема, ни язвительного Алессандро, ни какого-либо ещё рядом не наблюдалось. Было только темно и холодно, а ещё ладони уперлись во что-то ледяное, стоило мне только немного сдвинуть руки.
Глаза не сразу привыкли к темноте, но, когда я наконец-то рассмотрела знакомый потолок, знакомое «ложе» и не менее знакомые стены, меня охватил ужас.
Я лежала в гробу.
Нет, не закрытом, к счастью, потому мне пока не грозило умереть от удушья. Собственно, это было то самое стеклянное вместилище в подвале, которое столько времени занимала леди Бельтейн. Но после заседания суда её тело было отдано брату, чтобы тот мог достойно похоронить свою несчастную сестру, а убийцу искать попросту перестали — то ли решили записать это на Алессандро, то ли поняли, что просто не найдут.
Скорее второе, учитывая довольно мягкий приговор Ренци.
Гроб остался, его даже помыли и продезинфицировали магией, убирая всякие лишние следы. Но оттого он не стал мене холодным и менее предназначенным для мертвых, а я была живая.
Поначалу мне казалось, что моё тело сковывает страх. А как ещё это охарактеризовать? Липкий ужас, растекающийся по жилам… Ещё минуту назад я разговаривала с сестрой, а теперь тут, совершенно беспомощная, лежу и смотрю в потолок, понятия не имею, что мне делать и куда деваться.
Зато догадываюсь, кто меня сюда запихнул.
— Наконец-то мы остались наедине, — неприятный голос не заставил себя долго ждать. — Ты так упорно бегала от меня, что мне пришлось прибегнуть к крайним мерам.
Это был Максим, и его внешность оставалась такой же, как я знала, чужие черты не спешили пробиваться сквозь знакомое мне лицо. Однако теперь от него отчетливо веяло холодом и злостью, а я, оцепеневшая, только и могла, что анализировать информацию.