Демон-император
– Ты – галопом к императрице, у нее есть переводчица, ты – к железным братьям, ты – к подземникам.
Вступила в действие вторая фаза его плана. Кузнец не сомневался, что среди примкнувшего сброда имеется немало предателей и откровенных шпионов. Благодаря их доносам правительство сосредоточило главные силы на юге, напротив порта. Генералы не сомневались, что бунтовщики именно там сделают попытку прорыва. Тем более что именно туда желтые братья подтянули пушки и танки.
К счастью, все прошло по плану. Крысиной императрице хватило авторитета, чтобы убедить соратников. Получив странные по содержанию записки, командиры повернули полки на запад. Со стороны это выглядело так, словно повстанцы бросили позиции и направилась навстречу наступающему пожарищу. Некоторое время в штабах врага царила сумятица. Передовые разведчики докладывали, что бунтовщики покинули линию баррикад и откатились к центру города. Но вскоре радость сменилась недоумением. Воздушные дозорные прислали весть, что танковые колонны желтых вовсе не отступают, а ринулись туда, куда человек в здравом рассудке и козу не выпустит пастись – к черным холмам. На танках и самоходках гроздьями висели подземники, в прицепах тряслись инженеры с обученными детьми, по сторонам грозной волной катилось крысиное войско. Взламывая тротуары, безнаказанно рос бешеный лес.
Когда сегуны сообразили, что случилось, было уже поздно. На западе разгорелось зеленое сияние. Вечное Пожарище отсекло большую часть императорских войск и прижало их к морю. Префекты пытались спасти на лодках ценное имущество, но море стало врагом. Из мрачных волн на берег полетели дротики и гарпуны, это навалились портовые. Вспомогательные транспорты императора, шедшие на помощь из Йокогамы, были потоплены. В тыл южной армии ударили вооруженные монахи Соко Гаккай, от которых никто не ожидал нападения. Никто вообще не ожидал, что они покинут свои деревни в центре пожарища. Монахи сражались отчаянно, отступать им было некуда.
Тем временем авангард повстанцев достиг того места, где Артур разбил первый шприц. Сестры-падальщицы высадили несколько гектаров леса на голой дымящейся земле и соорудили живой коридор. В три ночи армия Проснувшегося Демона покинула Токио. К четырем часам танковые части желтых открыли шквальный огонь по врагу со стороны незащищенного фланга. Смотрители тишины трижды перевели время, что позволило Ай выпустить в лагерь врага несколько тысяч ядовитых палочников. Кузнецу доложили, что кольцо замкнулось. Тысячи императорских солдат кидались в воду, безуспешно пытаясь спастись вплавь. Были захвачены обозы, больше сотни воздушных шаров с бомбами, батарея гаубиц и…толпа беспомощных уродов, лишившихся командования. Захваченные двухметровые уроды в боевой шипованной броне больше всего потрясли повстанцев. Теперь Проснувшемуся Демону поверили даже те, кто прежде сомневался. Все наглядно убедились, что колдуны Асахи играют на два лагеря. Ночной бой возле океана стал походить на избиение. Отчаянно сопротивлялись потрошители – элитные части, снаряженные аристократией.
К счастью, не подвел наставник мышиного братства. В нужный момент, по сигналу Кузнеца, с неба обрушились тучи маленьких вампиров. На помощь южной армии пытались прорваться силы с запада. Когда к утру разрозненным полкам удалось обогнуть кипящее пожарище, помогать уже было некому. Колонны бунтовщиков ушли вглубь острова.
А южная армия перестала существовать.
38
Звездный фестиваль
В положенный час император Солнце появился на верхней веранде дворца, чтобы начертать стихи вака на листьях дерева кадзи. Император преподнес лучшие стихи Принцу Альтаиру и Принцессе Веге. Согласно легенде, влюбленные звезды могли встретиться только раз в году, именно в эту ночь.
Император находился в дурном настроении, но даже не помышлял отменить Звездную церемонию. Перед ним на церемониальном подносе были разложены листья кадзи, рисовые сладости, лапша и писчие принадлежности. Слуги смешали чернила с росой, император аккуратным почерком написал стихи на каждом из семи листьев. Приближенные шепотом выразили свое восхищение. Император улыбнулся каждому и приказал готовить носилки.
Звездный фестиваль широко праздновали в древней столице. Двор ежегодно отпускал все более значительные суммы из казны, чтобы в народе укоренилось почтение к традициям. Киото был расцвечен фонариками, дома украшены именно так, как это делалось пятьсот лет назад, в эпоху Эдо. Повсюду на ветру трепетали листочки бумаги со стихами. Император посетил нарядно одетых девочек, осмотрел их успехи в домашнем рукоделии, особо похвалил за искусное шитье. До обеда он побывал в трех школах каллиграфии и наградил трех лучших мальчиков, занявших первые места.
Все происходило как обычно. Нарядные аристократы, сытые крестьяне, счастливые лица. Масляные фонари, богато украшенные повозки, быки и лошади в лентах и бубенцах. Никаких моторов, электрических ламп и радио. В дни Звездного фестиваля все вредные новшества в Киото были запрещены.
Но едва носилки внесли во внешние ворота дворца, как император Солнце стер с лица улыбку. Не дожидаясь помощи, он спрыгнул с носилок, нетерпеливо отстранил слугу с опахалом, оттолкнул слугу с зонтиком и почти бегом вошел во дворец. В полутемной комнате его ждали двое мужчин с закрытыми лицами. Оба упали на колени, император позволил им сесть.
– Что вы узнали? Говори ты первый.
– Этот человек называет себя Ваном. Но так зовут каждого третьего китайца. Мы не выяснили, как он проник в Токио. Он назвался рядовым послушником. Но на самом деле он один из боевых наставников храма Девяти Сердец. Прежде его звали мастер Цзы. И возможно, он не один…
– Вот как? – императору вдруг стало зябко. – Вы точно уверены, что он не посланец Гоминьдана?
– Этого человека опознали двое. Сомнений быть не может. Его видели раньше в Китае. В запретном городе он притворялся дурачком либо уличным бойцом. Мастер Цзы совершил лишь одну ошибку – убил на арене четырех железных обезьян. После этого за ним стали следить.
– Как я понимаю, убить его можно только издалека, а захватить в плен невозможно?
– Мы попытались его достать. Но он находится под защитой «Асахи кэмикл».
– Вот как? – император Солнце задумался. – И что же? Он проник в Токио, чтобы искалечить несколько игрушек?
– Он сбежал из тюрьмы вместе с тем, кого мы ждем. Вместе с царем русских варваров.
– Зачем?
– Наши воздушные наблюдатели уверяют, что их видели вместе в логове падальщиц.
– Эта мерзкая тварь Ай, она дала им пристанище?
– Вряд ли мастер Цзы нуждался в пристанище. Скорее всего, крысиная императрица знала, кто он такой. Мой господин, это очевидно – он прибыл в Японию специально, чтобы оберегать своего послушника.
– Послушника? Что ты такое говоришь? Как может царь варваров быть послушником китайского храма?
– Ваше величество, это правда, – склонился второй осведомитель. – Нам точно известно, что русский по имени Артур Кузнец принимал обет послушания в храме Девяти Сердец. Как известно вашему величеству, у каждого послушника, живущего в миру, есть два тайных наставника.
– Нет, я не знал об этом.
– Нам тоже известно немногое. Послушник не знает своих тайных наставников в лицо. Наставники охраняют его, если чувствуют, что послушник в опасности и смерть его угрожает храму. Если послушник нарушает законы храма, его могут убить.
– И каковы же эти законы? – император невольно поежился.
– Храм их не разглашает. Но наши осведомители уверены, что послушников воспитывают в духе любви к Китаю.
– Даже так? – хозяин дворца отодвинул ширму, выглянул в коридор. – Значит, вы уверены, что русский царь – наш враг? Тогда почему он до сих пор жив?
Не оборачиваясь, император слышал их сдавленное дыхание.
– Простите, ваше величество, – пролепетал второй шпион. – Мы недооценили его силу…
– Какая сила может быть у одного человека? Ведь он один?