Демон-император

Рев двигателя стал ближе. Подпрыгивая на кучах строительного мусора, показался автомобиль с открытым верхом, оснащенный огромными тракторными колесами. Стальные дуги обвивали мотор и кабину. Вместо багажника торчала высокая железная клетка. Из выхлопной трубы чудовища валил дым. На переднем сиденье подпрыгивали трое мужчин, их лица скрывали разрисованные тигриные маски. Завидев детишек, они радостно заулюлюкали. Водитель газанул, крайний пассажир привстал и схватил длинный багор с крюком на конце. Второй разматывал сеть. Машина проехала вплотную к дверям кинотеатра. Артура и Камико скрывала перекошенная витринная рама.
– Артур, смотри – сзади, там!
В багажной клетке у ловцов уже корчились двое детишек со связанными руками. На заднем сиденье чудо-трактора Кузнец заметил арбалет и портупею с револьверной кобурой.
Мальчик и девочка у трещины заметили опасность и бросились к боковому входу в кинотеатр. Шофер в маске ударил по тормозам, лысые траки заскрипели в метре от провала. Пассажир ужом соскочил вниз, в одной руке у него остался багор, в другом – оказался поводок. На длинном поводке нетерпеливо крутилась средних размеров псина бойцовой породы.
Хрустя по стеклу, дети вбежали в темный холл. И застыли, наткнувшись на взрослых.
– Успокой их, – попросил Артур. – Я задержу тех гадов.
Камико сделала шаг вперед и ласково заговорила. Девочка заплакала. Мальчик что-то хрипло ответил. Первый человек-тигр ввалился в холл через выбитое окно. При виде его собаки у девчонки началась истерика. Однако страшная собака никого не укусила. Умильно виляя обрубком хвоста, она подползла к ногам Кузнеца. Артур нагнулся, почесал собаку за ухом.
– Хорошая девочка, умная, – похвалил Артур и, упреждая быстрое движение «охотника», с левой руки метнул нож.
Человек в маске замер, нацелив на детей свой хватательный инструмент. Второй оказался умнее, сразу отшвырнул сеть и взялся за револьвер. Оружие он держал в кобуре под рубахой. Шофер что-то вопросительно прокричал с улицы.
Клинок воткнулся охотнику в горло, прямо под край деревянной маски. Так и не нажав курок, мужчина выпустил оружие. Револьвер ударился об пол и выстрелил. Собака подпрыгнула на месте, почуяла кровь, на секунду вышла из-под контроля.
Первый «тигр» затоптался, неловко полез за стволом, так и не выпустив из рук трехметровый багор. Девочка закричала, спряталась за Камико. Мальчишка заорал в голос, он увидел водителя с арбалетом. Пока Артур доставал из пояса второй клинок и разворачивался ко входу, Камико произвела несколько быстрых перемещений. Она поймала детей за плечи, отшвырнула их за спину. Выпустила себе в ладонь из левого рукава две тонкие стальные шпильки. В правой ее кисти с мягким шуршанием развернулся хэссэн.
Охотник не ожидал нападения со стороны нежной девушки. Он неловко прикрылся локтем, ткань его куртки мигом превратилась в лохмотья, из длинных порезов потекла кровь. Охотник хотел ударить Камико своей дубиной, сделал замах, но багор свободно просвистел в воздухе и врезался в дряхлую барную стойку. Девушка присела, ударила снизу двумя спицами и мгновенно откатилась назад.
Водитель трактора замер на полпути между солнцем и темнотой холла. Свою пушку и арбалет он забыл в машине, взял лишь багор и моток веревки. Наверняка «на охоте» он не привык к серьезному сопротивлению. Длинным прыжком Кузнец преодолел турникет. Он догнал охотника в ту секунду, когда мужик уже разворачивался со взведенным арбалетом. Кузнец не стал его убивать. Стукнул пару раз башкой о дверцу машины и привязал к багажнику.
Дети, как зачарованные, смотрели на умиравшего «тигра». Человек с двумя спицами в горле дергался, пока Артур не свернул ему шею.
– Красиво у тебя получилось, я загляделся, – восхищенно похвалил Артур. – Не хотел бы я с тобой поругаться!
– Оборона чести входит в мой гири, – Камико тщательно вытерла спицы и веер.
– Отверни детей, не давай им смотреть! – укоризненно заметил Кузнец.
– Это брат и сестра, – Камико вывела малышей на улицу. – Они не послушались маму. Они пошли за травой днем. Днем ходить нельзя.
 
– Спроси их, кто эти ребята? Это тоже потрошители?
– Юки говорит, что это плохие люди. Они забирают непослушных детей, чтобы те служили обезьянам. Юки спросил – мы тоже заберем их к обезьянам?
– Мы не заберем, – Кузнец взломал клетку, вынул оттуда связанных детишек.
Те двое моментально попытались бежать, но Камико их сгребла в кучу. Артур в который раз удивился разносторонним способностям своей напарницы. В отчаянные моменты она собиралась, вовсе не паниковала, а вела себя крайне деловито. Артур стянул со стонущего пленника маску. Как он и предполагал, под маской охотник носил на лбу красную повязку.
– Красные… паршивые Сумитомо. Камико, посмотри там в салоне. Там не вода?
Первым делом девушка напоила детей. У ловцов нашлась пластмассовая канистра с водой. Наплевав на все потенциальные вирусы, Артур влил в себя литра полтора теплой жидкости. Подумал и плеснул в рожу связанному красному. Стоило охотнику открыть глаза, дети попятились.
– Камико, спроси, кто его послал?
В ответ на вежливый вопрос японец прошипел ругательство. Незаметно от детишек Артур схватил пленника между ног.
– Еще раз спроси.
– Он говорит, что Его превосходительство Юкихару велел подбирать бедных бездомных детишек. У нас им гораздо лучше живется, чем в колониях.
Самый старший мальчик, извлеченный Артуром из клетки, стал возмущенно протестовать.
– Артур, дети говорят, что это неправда. В их секте нынче большой сюкудзицу… праздник. В праздник нужно много вкусной травы для благовоний, она растет на черной земле. Эти злые люди караулят детей перед праздниками. Их забирают навсегда. Их сажают в клетки, выкалывают глаза и заставляют служить обезьянам.
– Камико, нам пора. Вечереет.
– Артур, разве мы бросим их здесь?
– А разве они не местные? – в глубине души он уже примирился с мыслью, что придется возвращать заблудших малявок родителям.
Дети уже не пытались сбежать. Они сбились в кучу, держась за Камико, как за маму. Но когда Кузнец полез в машину, все тревожно загалдели.
– Артур, мы можем отвести их в секту.
– В секту?
– Да… я не знаю, как перевести точнее. Они боятся идти одни, тут ездят другие охотники. Но на этой машине они тоже не поедут.
– Хорошо, пойдем пешком, – Кузнец с сожалением покинул железного коня. Ему вдруг показалось, что в прошлом он водил, и водил неплохо. – Только куда идти? Здесь яма.
– Дети говорят, что этой трещины вчера не было. Поэтому они попались охотникам. Там под землей ползут корни падальщиков.
Артур бочком подобрался к краю асфальта, осторожно заглянул вниз. На глубине двух метров пересекались вязанки ветхих проводов, еще ниже бурчала вода в коллекторе, а на дне, раздвигая землю и камни, шевелились жирные корни.
– Камико, спроси их, почему они лысые?
Приглядевшись к детишкам более внимательно, Кузнец отметил несколько явных странностей. Помимо перчаток, нелепых в теплую погоду, на ногах они носили одинаковые плотные носки и что-то типа кожаных лаптей. От их рюкзачков резко и дурманно пахло травой. А лысые головы… никто не стриг наголо. Создавалось впечатление, что у детишек волосы не росли от рождения.
– Артур, они говорят, что в Соко Гаккай все такие. Всегда.
– У меня впечатление, что с нашей добротой мы никогда не доберемся до цели, – проворчал Артур, подгоняя портупею по фигуре. Револьверы оказались чудовищно древними, длинноствольными музейными экспонатами. А патроны – новые, самодельные.
Старший из спасенных мальчишек что-то тихонько сказал. Дети заулыбались.
– Артур, он сказал, что путь всегда длиннее, если ты слишком много рассуждаешь о нем. Так любит повторять его дедушка.
 
27
Соко Гаккай
Они свернули за угол очередного здания и угодили на цветочный рынок. На Артура словно обрушилось пестрое ароматное цунами. Сотни людей держали в руках цветы. Среди покалеченных офисных зданий на площади пунцовым пятном выделялась яркая храмовая пагода. Крыши и колонны храма сияли на солнце, у входа разевали пасти искусно вырезанные драконы. Среди палаток и навесов зеленым пятном выделялся бронеавтомобиль. На броне сидели трое в форме, отдаленно напоминавшей армейскую. Вся площадь разом уставилась на единственного европейца. Лысый парень с винтовкой спрыгнул и направился к незваным гостям. Торговцы стали оборачиваться. Дети, всю дорогу оживленно болтавшие с Камико, рванули к своим родителям.