"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Счастлив познакомиться. — Цеска протянул руку, и Тенака крепко пожал ее, глядя в его темные глаза.
— Уйдем наконец из-под этого проклятого дождя, — буркнул Оррин. Седобородый князь поднял ребенка на свои широкие плечи и зашагал к далекому замку. Тенака, взяв под уздцы своего конька, двинулся следом. Цеска шел рядом с ним.
— Пусть такой прием не огорчает вас, княжич, — сказал Цеска. — Он стар, и его уже не переделать. Но по-своему он замечательный человек. Надеюсь, вам будет хорошо у дренаев. Если я смогу быть чем-нибудь вам полезен, непременно скажите мне об этом.
— Почему? — спросил Тенака.
— Вы мне нравитесь. — Цеска хлопнул его по плечу. — Да и кто знает — быть может, однажды князем станете вы.
— Навряд ли.
— Это верно, мой друг. Однако удача в последнее время изменила Бронзовому Дому. Как уже сказал Оррин, все его дети умерли. Остался один Арван.
— Но он, похоже, крепкий парнишка.
— Это так. Только внешность порой бывает обманчива. Тенака не был уверен, насколько правильно он понял Цеску, — но почувствовал за его словами какой-то темный смысл и промолчал.
Тенака молча выслушал рассказ Валтайи о том, как Ананаис спас ее, и как они подкупили ночного стражника, чтобы он выпустил их через северные городские ворота. Ананаис притащил с собой целую гору еды, а еще два лука и восемьдесят стрел в колчанах оленьей кожи. Валтайя несла одеяла и небольшую туго свернутую палатку.
Когда все поели, Тенака увел Ананаиса в лес. Они нашли укромное место и опустились на камни, смахнув с них снег.
— В Скодии бунт, — сказал Ананаис. — Легионеры Цески разграбили там две деревни, а местный житель по имени Райван собрал людей и перебил конников. Говорят, недовольные так и валят к нему, но не думаю, чтобы он долго продержался. Он простой крестьянин.
— Не голубых, значит, кровей? — сухо осведомился Тенака.
— Я ничего не имею против простолюдинов — просто недостаток выучки помешает ему провести кампанию как следует.
— Что еще ты слышал?
— Два восстания на западе беспощадно подавлены. Все мужчины распяты, поля засыпаны солью. Ты ведь знаешь, каков закон.
— А что на юге?
— Трудно сказать. Сведения очень скудны. Но Цеска пребывает там, и не думаю, что восстание возможно. Говорят, что есть тайное общество, действующее против Цески, но это скорее всего только разговоры.
— Ну и что ты предлагаешь?
— Пойдем в Дренан, убьем Цеску и на этом успокоимся.
— Вот так просто?
— Самые лучшие планы всегда просты, Тани.
— А как быть с женщинами?
— Что с ними поделаешь? — пожал плечами Ананаис. — Ты говорил, что Рения хочет идти с тобой, — так пусть идет. Мы можем оставить ее у друзей в Дренане. Я еще знаю там пару человек, на которых можно положиться.
— Ну а Валтайя?
— Она с нами не пойдет — ей это ни к чему. Оставим ее в ближайшем городе.
— Ни к чему, говоришь? — поднял бровь Тенака.
— Да, теперь ни к чему, — отвел взгляд Ананаис. — Случись это раньше — кто знает.
— Ладно. Отправимся в Дренан, но сделаем крюк к западу. Скодия, должно быть, прекрасна в это время года.
Они вернулись в лагерь, где их уже ждали трое незнакомцев.
— Сходи на разведку, Ани, — тихо сказал Тенака. — Глянь, нет ли поблизости еще каких неожиданностей. — Сам он вышел навстречу гостям. Двое из них оказались воинами такого же примерно возраста, как и Тенака. Третий — слепой старец в синем рубище провидца.
Воины, чернобородые, с суровыми лицами, походили друг на друга как две капли воды, только один был чуть повыше другого. Первым заговорил тот, что пониже:
— Я Галанд, а это мой брат Парсаль. Мы пришли к вам, генерал.
— Для чего?
— Чтобы свергнуть Цеску, для чего же еще ?
— Мне не нужны помощники, Галанд.
— Не знаю, что за игру вы ведете, генерал, — но Золотой Воин побывал в Сузе и сказал людям, что «Дракон» вернулся. Если это так, то и я возвращаюсь. Вы не узнаете меня?
— Признаться, нет.
— Тогда у меня еще не было бороды. Я бар Галанд — служил в третьем крыле под началом у Элиаса. Я был мастером фехтования и однажды побил вас на турнире.
 
— Теперь вспомнил. Прием полумесяца! В настоящем бою ты бы перерезал мне горло — и наградил-таки меня здоровенным синяком.
— Мой брат дерется не хуже меня. Мы хотим поступить к вам на службу.
— Какая там служба, приятель. Я собираюсь прикончить Цеску — это дело для наемного убийцы, а не для армии.
— Тогда мы будем рядом, пока вы не исполните задуманного. Я лежал в лихорадке, когда «Дракон» был созван вновь, и с тех пор не могу оправиться от горя. Сколько славных ребят попалось в ловушку! Несправедливо это.
— Как ты нас нашел?
— Слепец показал нам дорогу. Странно, правда?
Тенака подошел к костру и сел напротив провидца. Тот поднял голову.
— Я ищу Факелоносца, — еле слышно прошелестел он.
— Кто он? — спросил Тенака.
— Темный Дух укрыл эту землю своей тенью. Я ищу Факелоносца, который рассеет мрак.
— Но кто он — тот, кого ты ищешь? — настаивал Тенака.
— Не знаю. Может, и ты.
— Сомневаюсь. Хочешь поесть с нами?
— Сны говорили мне, что Факелоносец накормит меня. Это ты?
— Нет.
— Их трое. Золото, Лед и Тень. Один из них — Факелоносец. Но который? Я должен ему кое-что передать.
Муха присел рядом со слепцом и сказал:
— Я ищу истину.
— Я скажу тебе истину. — Пророк протянул руку, и Муха положил в его ладонь серебряную монетку. — Ты родился от Бронзы — гонимый страхом и людьми, ты выходишь на тропу своих отцов. Сродни Тени, ты никогда не знаешь покоя и никогда не умолкаешь. Темные копья занесены над тобой, темные крылья осеняют тебя. Ты устоишь, когда другие побегут. Это у тебя в крови.
— Что это значит? — спросил Тенака. Муха пожал плечами и отвел глаза.
— Смерть зовет меня, и я должен откликнуться, — прошептал провидец. — А Факелоносца здесь нет.
— Скажи мне, что должен сказать, старик. Я обещаю передать это ему.
— Черные Храмовники выступили против Князя Теней. Ему не укрыться от них, ибо факел ярко светит в ночи. Но мысль быстрее стрел, и истина острее клинка. Зверей можно победить, но лишь Царю Каменных Врат это под силу.
— Это все? — спросил Тенака.
— Факелоносец — ты. Теперь я вижу это ясно. Ты избран Истоком.
— Я — Князь Теней, но я не поклоняюсь ни Истоку, ни иным богам. Я в них не верю.
— Зато Исток в тебя верит. А теперь мне пора. Пришло время отдохнуть.
Старик заковылял прочь, ступая по снегу посиневшими босыми ногами.
— Что он тебе сказал? — спросил Муха.
— Я не понял.
— Повтори мне его слова, — сказал Муха. Тенака повторил, и Муха кивнул. — Кое-что нетрудно разгадать. Например, про Черных Храмовников. Слышал ты о Тридцати?
— Да. Это монахи-воители, которые после безупречно прожитой жизни отправлялись на войну, чтобы погибнуть там. Но их Орден давно уже не существует.
— Черные Храмовники — кощунственное подобие Тридцати. Они поклоняются Духу Хаоса, и Тьма дает им великую силу. Они предаются всем мыслимым порокам и при этом превосходные воины.
— И Цеска натравил их на меня?
— Похоже на то. Их возглавляет человек по имени Падакс. В каждом их храме по шестьдесят шесть воинов, а всего храмов десять. Их сила превосходит возможности обыкновенного человека.
— Она им понадобится, — угрюмо молвил Тенака. — Но как понять остальные слова пророка?
— Мысль быстрее стрел? Это означает, что ты должен перехитрить своих врагов. Царь Каменных Врат пока остается загадкой — но ты разрешишь ее.
— Каким образом?
— Слова предназначались тебе — стало быть, ты должен знать.
— А что означали слова, предназначенные тебе?
— Они означали, что я должен пойти с тобой, хотя и не желаю этого.
— Не понимаю. Ты волен идти, куда захочешь.
— Наверное, — улыбнулся Муха. — Но мне приспело время избрать свой путь. Помнишь, что сказал старец? «Ты родился от Бронзы». Регнак Скиталец — и мой предок. «Сродни Тени» — значит сродни тебе. «Темные копья» — это Храмовники. Моя кровь? Кровь Бронзового Князя. Слишком долго я был в бегах.