"Зарубежная фантастика 2024-9". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

— Estos niňos te veneran, — сказал он по-испански. — Эти дети обожествляют тебя. Не удивительно, что они так хранят твой покой.
Он задумался: что лучше — поступить на службу Мэри Хайтауэр или преподнести Восточную Ведьму в подарок его превосходительству? Джикса наверняка наградят за такой подвиг; может даже статься, король запомнит, как его зовут...
— Сфотографировал бы, что ли — на память, — раздался голос Джил. 
Джикс развернулся и зарычал, по привычке поджавшись, словно ягуар перед прыжком. 
Джил вышла из тени... Стоп, как ей вообще удалось спрятаться в тени?! Послесветы испускают сияние, а, значит, во тьме им не скрыться. Вот и сейчас послесвечение Джил заполнило весь кабус, как и его собственное. Как же это так получилось, что он её не увидел? 
— Что ты здесь делаешь? — Джиксу хотелось, чтобы это прозвучало как рёв, а вышло больше похоже на слабое мяуканье. 
— Тебя жду. — Она указала на люк в потолке. — Видела, как ты лез на крышу. — Тут она достала из кармана навесной замок с цифровым кодом. — Милос думает, что он один знает код. 
— Значит, ты за мной следила...
— Может быть, ты не настолько хорошо умеешь красться, как тебе кажется. 
Джикс овладел собой. С Оторвой Джил надо держать ухо востро — хитрая и коварная. Опасная — он это понял ещё в тот вечер, когда увидел их «жатву». При мысли, каким грозным противником может стать эта девица, Джикс вдруг почувствовал что-то похожее на электрический разряд. 
— Ты пряталась в тени. Как тебе это удалось? — спросил он. 
— Притушила послесвечение.
— Как?
— Ты не в том положении, чтобы задавать вопросы, — отрезала она. — Сейчас пойду к Милосу и расскажу, что ты пролез к Мэри.
— Я? Да что ты! Замок-то у тебя! Я скажу ему, что это я тебя застукал. 
— Думаешь, он этому поверит?
— Конечно, поверит. Потому что тебе он доверяет ещё меньше, чем мне. 
Надменная улыбка сползла с лица Оторвы Джил. Девица сделала угрожающий шаг вперёд. Если она бросится в атаку, это будет интересный поединок. Что она будет делать: царапаться, кусаться, лупить его кулаками? Или подойдёт поближе, и они сцепятся, как борцы? Джикс частенько вызывался на потешный бой ради развлечения его превосходительства, и был искусен в борьбе. Какой бы приёмчик применить к Джил, а? Пригвоздить её к полу или перекинуть через голову? И снова при мысли об этом он почувствовал, как по его телу прошла волна возбуждения. 
— Зачем ты сюда припёрся? — спросила она.
— Любопытство одолело. 
— Любопытство сгубило кошку, — выпалила она — именно этой реплики он и ожидал. А это значило, что контроль за их разговором принадлежит ему, причём противница об этом даже не догадывается.
Она бросила взгляд на гроб.
— Ну, вот ты её и увидел. И как она тебе? 
Джикс передёрнул плечами.
— Всего лишь спящая девушка. ¿Verdad [104]?
— И тем не менее она и спящая обладает большей властью, чем большинство нас бодрствующих. 
Джил посмотрела на него, и он на всякий случай напряг мышцы брюшного пресса. 
— Никак не могу тебя раскусить, — продолжала она. — Зачем ты вообще притащился к нашему поезду? Уж конечно не затем, чтобы стать покорным слугой Мэри. Ты индивидуалист, наверняка служишь только самому себе. 
— Как и ты, — ввернул Джикс. 
— Я здесь, потому что это весело. Обожаю любоваться, как наш драгоценный Милос изворачивается изо всех сил, изображая «папочку» для Мэриных сопляков. Но тебе здесь нечего делать. И ты ничего про себя не рассказываешь. Как по мне — так это чертовски подозрительно. 
Джикс улыбнулся и подарил ей взгляд, которому позавидовала бы любая кошка. Джил, однако, осталась невозмутима. Что же в ней так интригует его? Ведь и особо привлекательной не назовёшь, а вот поди ж ты — ему доставляет удовольствие смотреть на неё! Эта девушка источала что-то такое, чему Джикс и определения не мог бы дать. Нечто похожее на аромат — резкий, грубоватый, однако не неприятный. У него даже нос задёргался. Когда он впервые встретил Джил, он проникся к ней неприязнью. Но между ненавистью и... некоторыми другими эмоциями лишь один шаг. 
 
— Ты собираешься на жатву сегодня? — спросил Джикс.
— М-м-может быть, — промурлыкала она. — Если Милос разрешит. 
«Как странно, — подумал Джикс. — Она не ставит Милоса ни в грош, однако соблюдает установленные им правила. Это так... по-кошачьи». 
— Ты объята жаждой охоты и убийства, — сказал он вслух. — Будь ты человеком — быть бы тебе преступницей. А вот если бы ты была кошкой — это значило бы лишь, что ты следуешь своим инстинктам. 
Она презрительно скривила губы.
— Я не занимаюсь фурджекингом [105], — процедила Джил. — Хочешь знать, что я об этом думаю? Извращение для фриков — вот что я об этом думаю!
— Ты говоришь так, потому что никогда не пробовала. — Он придвинулся ближе к ней. — Разве тебе никогда не хотелось стать чем-то совсем другим? Чем-то... необыкновенным? — Он протянул к ней руку. — Потрогай мою кожу.
— Это ещё зачем?
— Дело не только в цвете и пятнах. Она и на ощупь похожа на мех. 
Она осторожно провела вытянутым пальцем по бархатной поверхности его предплечья — так, будто трогала змею. 
— Это займёт очень долгое время, — проговорил он, — но ты сможешь превратить себя в то, во что обычно вселяешься. — Теперь он смотрел ей прямо в глаза. — Так далеко на север ягуаров нет, но зато здесь, я думаю, водятся горные львы [106]... Если бы ты стала львицей, я бы мог быть твоим львом. 
— Фу, мерзость! — сказала она, но Джикс лишь улыбнулся. 
— Твои губы говорят «нет», но твои глаза рассказывают совсем другую историю. 
Услышав это, Оторва Джил, которая никогда и ни перед кем не отступала, сделала большой шаг назад. 
— Ладно, хватит трепаться, Симба [107]. 
— Пока хватит, — согласился Джикс. Улыбка ни на секунду не покидала его лица. 
Она повернулась и направилась к двери, но приостановилась.
— Думай о чём-нибудь отвратительном, — сказала она, не поворачиваясь к Джиксу лицом.
— ¿Como? — отозвался он. — Что?
— Так ты можешь приглушить своё послесвечение. Подумай о чём-нибудь гадостном, и сияние померкнет, правда, всего на несколько секунд.
И она ушла, закрыв за собой дверь на замок, тем самым принудив его выбираться из вагона тем же путём, каким он туда попал. 
  
*** *** *** *** ***
 
Вот что говорит Мэри Хайтауэр о человеческих эмоциях в своей книге «Советы послесветам»:
«У нас, обитателей Междумира, остаются все те же эмоции, что были при нашей жизни. Радость и отчаяние, любовь и ненависть, страх и удовольствие. И только скинджекеры, которые по-прежнему привязаны к плоти, подвержены ужасным, нездоровым чувствам, обусловленным биологическими причинами. Эти чувства включают в себя самые разнообразные формы жгучих желаний. Скинджекеры достойны жалости, потому что в отличие от нас, чистых душ, они ближе к животным». 
  
Глава 7
 
Что видела Алли
 
Через неделю изысканий команда Спидо вернулась с одним-единственным комплектом рельсов и шпал. 
— Ну вот, один есть, теперь найти ещё двадцать — и порядок! — бодро сообщил Спидо. Его и без того широкая улыбка растянулась в буквальном смысле от уха до уха. 
Вообще-то Милоса простой вполне устраивал, но вот орды его подопечных уже начинали закипать, и ничто не могло подавить их растущего недовольства — им не терпелось двигаться дальше, к заветной цели. 
Милосу ничего не оставалось, как вернуться к Алли. 
— Скажи мне, что ты видела, и я отвяжу тебя.
— Договорились, — согласилась Алли. И добавила: — Эта церковь — вовсе не то, чем представляется.