Эпоха перемен 3 (СИ)

— Не вопрос, — кивнул Вова.
— Я достаточно понимаю русский, — вдруг сказал Златан, с довольно сильным акцентом, но вполне уверенно.
Я засмеялся.
— Если так дальше пойдёт — я начну чувствовать себя как на родине, — сказал я.
— Мама из России была, — добавил Златан. — Из Воронежа.
Мы с парнями переглянулись.
— Вот те раз… а что раньше не сказал?
— Не хотел показывать, что язык знаю.
— Эх, парень, парень… как же ты докатился до жизни такой, а?..
Златан вздохнул. Потом кивнул зачем-то и, глядя на дорогу, ответил:
— Я не горжусь тем, что мы сделали… пытались сделать. Показалось лёгким выходом… отец не хотел меня брать — еле уговорил. Мы правда не собирались никого убивать. Про вас говорили, что вы бандиты, которые хотят в Албанию ехать, чтобы наркотой начать торговать.
Я присвистнул.
— Так, и что ты раньше молчал? — спросил я.
— Так не спрашивали же.
— А кто так говорил?
— Ваши, между собой. В кафане слышал.
— Вот тебе и здрасьте, приплыли… — пробормотал Вова.
— Хитёр наш полковник, — улыбнулся я. — Знает, как нужные слухи распускать… приземлиться не успели, блин! Пожалуй, им всё-таки придётся заняться. Но потом.
Снова помолчали. Потом я всё-таки не выдержал и спросил:
— С мамой что случилось?
— Бошняки убили, — ответил Златан.
— Мне жаль.
— Мне тоже. Это война. Очень многие погибли. И у нас, и у них…
Он сжал челюсти, продолжая смотреть на дорогу.
Через пару часов, уже на рассвете, проезжали границу. На боснийской стороне пост был пустым — наряд то ли спал, то ли отошёл от дороги. А вот со стороны Югославии наряд был на месте. Один из постовых указывал нам жезлом на обочину.
  
Глава 4
 
Пограничник, улыбаясь, подошёл к фургону со стороны водителя. Златан, покрутив ручку, опустил стекло и, улыбаясь в ответ, что-то ему сказал.
Я оглянулся. Вова одобрительно кивнул.
Златан что-то спросил, погранец ответил. Они посмеялись. После этого представитель власти махнул рукой, и мы поехали дальше.
— Знакомый попался? — уточнил я.
— Да, — кивнул Златан. — Хороший парень. Учились вместе в школе. Два года назад перебрался к родственникам, смог устроиться на службу. Держат в погранотряде, потому что наши реалии хорошо знает.
— Повезло, — ответил я.
— Пожалуй… — согласился Златан.
— Ты знаешь на этой стороне сервисы, где можно машину в порядок привести? — спросил я.
Златан бросил в мою сторону быстрый взгляд и ответил:
— Знаю… только это, наверно, станет дороже тысячи. Много чего делать надо…
— За наш счёт, — ответил я.
Парень глянул на меня с недоверием. Потом кивнул и сказал:
— Как-то странно всё… у меня ощущение, что я сплю. Или что меня убили.
— В смысле?
— Ну, вы вроде только что собирались нас убить, за дело причём, а теперь денег даёте за работу и помогаете с машиной.
— У тебя такое впервые в жизни? — улыбнулся я.
— Честно говоря, да. Впервые, — вздохнул Златан. — Обычно всё наоборот бывает: сначала человек с тобой дружит. А потом заканчивается тем, что забирает последние деньги…
— Будем считать, тебе в этот раз повезло, — подмигнул я.
Где-то через час, когда утренние сумерки сменились ярким днём, мы остановились на окраине городка со смешным названием Шабац. Сервис, который выбрал Златан, представлял собой сарай с распахнутыми деревянными воротами, в котором был установлен подъёмник, какие-то древние станки, оборудование для шиномонтажа и ёмкость для отработанного масла.
Возле сарая ржавела пара помятых кузовов каких-то старых машин, даже марку которых я определить не смог. Рядом были аккуратными рядами сложены под навесом запчасти от ходовых, детали двигателей и прочее.
Очевидно, сервис по совместительству работал как авторазборка.
Хозяев нигде не было видно, но Златан уверенно вышел из фургончика, заглушив движок, и направился куда-то на задний двор. Через пару минут он вернулся в компании серьёзного мужика в грязном комбинезоне, с длинными свисающими усами и кустистыми бровями.
Мужик подошёл к фургончику, изобразил удивление на лице, поцокал языком. Потом они вместе со Златаном открыли капот. Теперь хозяин автосервиса начал что-то быстро говорить Златану. Тот только кивал в ответ. Потом усатый залез под брюхо фургончика и довольно долго что-то там осматривал. После чего ушёл обратно за свой сарай.
  
— Ну что? — спросил я Златана, — возьмётся?
— Возьмётся, — кивнул он. — Кроме масла, надо менять… эту… — он запнулся и потёр лоб, — как это, блин… кочна течность? — последние слова были адресованы Вове, который вместе с Саней со скучающим видом стояли возле.
Я невольно покраснел. Всё-таки сербский язык очень забавный местами.
— Тормозная жидкость, — перевёл Вова.
Я улыбнулся.
— О, точно! И ещё эти… кочионе плочице?
— Тормозные колодки, — догадался я.
— Точно, — Вова, уже собравшийся было дать перевод, подмигнул мне.
Мужик вернулся с колодками, завёрнутыми в промасленную бумагу. На глаз приложил их к колесу и удовлетворённо кивнул.
— Добро е, — сказал он.
После этого он озвучил сумму ремонта, в немецких марках. Тысяча двести. То есть всего около тысячи долларов, курс марки был заметно ниже долларового. Меньше, чем предполагал Златан. Тем не менее, он пытался торговаться, и уменьшил общую сумму до девятисот долларов.
Разницу в сумме я торжественно вручил ему после того, как, оставив фургон, мы пошли в городок. Златан не стал долго отпираться, и взял деньги.
По словам слесаря, обслуживание «Ситроена» должно было занять часа три-четыре, и мы решили использовать это время, чтобы перекусить.
Городок мне, скорее, понравилось. Несмотря на ощутимую бедность, было в нём что-то такое, харизматично-историческое.
Златан привёл нас в небольшой кафан под названием «Златник». Он находился в самом центре, не далеко от железнодорожного вокзала.
Хозяева заведения явно старались сделать более современный интерьер, чем это обычно в таких местах. Поэтому внутри никаких традиционных скатертей не обнаружилось. Зато было много голубого и синего. На белых стенах висели какие-то местные городские и сельские пейзажи.
Похоже, место только что открылось, и мы были одними из первых посетителей.
Вокруг нас крутилось сразу два официанта: мужчина и женщина, исключительно внимательные и вежливые.
Честно говоря, от мяса я успел немного подустать. Такое впечатление, что местные жители все как один сидят на высокобелковой диете. Однако же, никакой альтернативы в меню не нашлось, так что пришлось заказать побольше салата из паприки с помидорами и хлеба. Хоть какое-то разнообразие.
Пересчитав местные динары в немецкие марки, я убедился, что цены здесь где-то в два раза ниже тех, которые были в кафане у Драгана, в Углевике. Хотя, если вдуматься, ничего удивительного: какая разница, чей именно контингент стоит рядом? Бизнес есть бизнес, ничего личного. А моральные качества хозяина мы, так сказать, познали на собственном опыте.
— Тебя зовут Владимир, верно? — спросил Златан, обращаясь к Вовану, когда мы заканчивали трапезу. — Полное имя?
— Верно, — кивнул тот, протягивая через стол руку. — Будем знакомы.
— Будем, — улыбнулся Златан, пожимая предложенную ладонь. — А то вроде как вместе едем, а я вас по именам никого и не знаю… неудобно как-то.
Мы с Саней представились.
Златан снова улыбнулся.
— Получается, вас зовут одинаково?
— Ну да, — кивнул я.
— У нас примета есть, — добавил Вован, — если сидишь между двумя людьми, которых зовут одинаково, то можно желание загадывать.
Столик, который мы заняли, был квадратным. Я и Саня сидели друг напротив друга, а Вова и Златан, получается, оказывались, между нами.
— Серьёзно? — заинтересовался Златан. — И как, исполняется?
— Ну… говорят, что бывает, — уклончиво ответил Вован.