Эпоха перемен 3 (СИ)

— Тогда я загадаю!
Златан прикрыл глаза и начал шевелить губами, видимо, проговаривая желание про себя.
— Ну вот. Загадал, — улыбнулся он.
— Теперь никому не рассказывай — чтобы исполнилось, — посоветовал Вова.
— Не буду, — пообещал Златан. Потом помешкал секунду и добавил: — я хотел уточнить — а куда именно в Белграде мы едем? У вас там есть знакомые или друзья? Город-то большой…
— Нет, Златан, — ответил я. — Мы едем в другое место. Не в Белград.
— А куда же тогда? — парень удивлённо захлопал длинными ресницами.
— В Митровицу, — ответил я.
— Ох, плохая идея… — выдохнул он, после чего, будто что-то сообразив, глянул на меня с прищуром: — или вы в курсе? Повоевать хотите?..
— Не совсем, — ответил я. — Но ты можешь быть свободен после того, как доставишь нас в Митровицу.
— Ну хорошо, — сказал Златан. — Но только до севера. За Ибар не поеду, извините.
— Никто и не просит, — ответил я.
— Это отлично!
Мы попросили счёт. Один из официантов, который, как выяснилось, оказался вовсе не официантом, а хозяином заведения, долго отказывался принимать у нас доллары. Жаловался и сетовал на распоряжения правительства, возможные штрафы и прочее.
— А вдруг вы проверяющие? — говорил он. — Играете тут в иностранцев, а стоит мне согласиться — так всё, ваши коллеги зайдут, и пиши пропало бизнесу.
Вова переводил его реплики, копируя даже интонации, что было довольно забавно.
— А что, похожи? — спросил я.
Борко (так звали хозяина заведения) критически нахмурился.
— Ну нет… не похожи. Откуда вы кстати?
— Из России, — ответил я.
— О, Россия! — просиял хозяин. — Что ж сразу-то не сказали! Я подумал чехи или словаки! А то и ещё кто похуже!
Вопросы с расчётом решились. Отсчитывая сдачу местными динарами, Борко вдруг сказал:
— Если вы в добровольцы — то лучше к нашим загляните. Возле вокзала, на правой стороне увидите флаг четников — вот прямо туда и направляйтесь. Условия будут выгоднее, чем на месте договариваться. Но это так, если что, я вам ничего не говорил. А так они уже с полгода народ набирают.
Мы с парнями переглянулись.
— А для чего добровольцы-то? — изображая неосведомлённость, спросил я.
— Ну как же! В Косово проблемы большие! Говорят, военные и полиция не справляются. Четники организовались и помогают. Но самое главное, — Борко понизил голос и наклонился над нашим столиком, — у них деньги есть. Платят прилично. Ну и свободы больше, чем в обычных войсках. Правда, условие у них жёсткое: нужно быть верующим и православным. Абы кого не берут. Вы ведь православные, так? — спросил он, подозрительно поглядев на чернявого Вову.
— Православни, да, — заверил тот после того, как закончил перевод.
— Ну вот. Тут будет выгоднее, — Борко подмигнул, после чего попрощался и отошёл от столика.
Мы вышли из кафана. После плотного то ли завтрака, то ли уже обеда сильно клонило в сон, недосып сказывался.
Я посмотрел на часы. Ещё одна привычка, которую я заново приобрёл в прошлом: мобильники не будешь держать постоянно включенными. Так что ещё до вылета я обзавёлся электронными «Кассио».
До назначенного мастером времени оставалось полтора часа. Ни туда ни сюда: номер в гостинице снимать не имеет смысла; пока рассчитаешься, пока заселишься — уже и выезжать пора. Хотя, может, имеет смысл задержаться? А то ведь Златан тоже после бессонной ночи и длительного стресса… а он всё-таки водитель.
— Ты как? — спросил я, когда мы отошли от кафана, — в сон не клонит?
— Так я же кофе выпил! — преувеличенно бодро ответил парень.
— Это понятно, — кивнул я. — Но дорога неблизкая.
— Машину починят — ехать будет легче. Я хорошо!
— Может, остановимся где-нибудь? Поспишь пару часиков? — предложил я.
— Не-е-ет! — Златан энергично помотал головой, — не люблю дневной сон. Потом ночью заснуть не могу, и голова будто чугунная. Уж лучше до вечера дотерпеть, а там выспаться как следует.
— Ну добро, — кивнул я.
Когда мы проходили мимо вокзала, я обратил внимание на флаг, о котором говорил хозяин кафана: чёрное полотнище с черепом и надписи по дуге над и под ним: «С вером у Бога слобода или смрт!»
  
— Заглянем? — в шутку предложил Саня.
— Не стоит, — ответил я, после чего выдержал паузу и добавил: — совсем не стоит.
Златан, наблюдавший за нашим диалогом, почему-то улыбнулся.
Чтобы убить время, мы прошли за железнодорожные пути, в сторону реки. Места тут были живописные, чем-то похожие на юг России, на Кубань.
— Хорошее место! — улыбнулся я. — Какая-то энергетика тут правильная.
Златан ухмыльнулся и посмотрел под ноги.
— Кровавое место, — вздохнув, сказал он. — В наших краях таких много — но тут особенно. Очень много войны и сражений.
— С нацистами? — спросил я.
— Да не только! С турками в основном. В девятнадцатом веке город много раз переходил из рук в руки. Бывали моменты, когда турки полностью сербский гарнизон вырезали. Бывало и наоборот… — он вздохнул, потом добавил: — реки крови. У нас это в школе проходят… проходили.
— Ясно, — кивнул я.
Ближе к полудню стало довольно жарко. Мы зашли в небольшой продуктовый магазинчик и купили минералки, оказавшейся на удивление приличной. Чувство, что я где-то на Кубани только укрепилось.
В назначенное время мы вернулись к сарайчику — автосервису. В это раз хозяин был на месте, что-то мастерил на одном из старых станков. Увидев нас, он выключил аппарат и вышел на улицу.
— Готова ваша машина, — ответил он. — Всё в порядке. Ещё послужит.
— Хвала, — ответил я, на сербском. Какие-то слова уже начали откладываться в памяти.
— Раньше умели машины делать, надёжная как доска, — добавил мастер. — Не то, что сейчас: пара лет, и гнить начинают. Даже немецкие!
— Это да, — согласился с ним Саня, покивав головой.
Мы попрощались с хозяином и поехали дальше.
Какое-то время ехали молча. Хоть Златан и не показывал, я видел, что сохранять концентрацию ему довольно трудно.
— Может, ещё за кофе заедем куда-нибудь? — предложил я.
— Можно будет, — кивнул он. — Но позже, ближе к обеду. Заодно и перекусить можно будет… да я нормально, не волнуйтесь!
— Нормально так нормально, — я пожал плечами.
— Про Белград вы специально сказали, да? Чтобы чего не случилось по дороге или на месте? — спросил Златан после небольшой паузы.
— Это разумно, — ответил я.
— Согласен… только отец не будет рисковать. Можете быть уверены.
— Отец твой, может, и не будет. А этот второй мордоворот? Как его?..
— Лазар? — уточнил Златан. — Тоже не будет. И он не такой страшный, как выглядит. Тоже бывший учитель.
— Физкультуры? — улыбнулся я.
— Нет, физики, — серьёзно ответил Златан. — Война — она всех меняет.
— У него есть причина нам мстить и всячески пакостить, — заметил я. — За палец.
— Да не будет он, — отмахнулся Златан. — Понимает же, что за дело получил. Он тоже долго не хотел на это дело идти, всё колебался. Отец его уговаривал… — он сделал паузу, почесал лоб, потом неожиданно добавил: — хорошо, что вы к четникам не пошли.
Я оглянулся и посмотрел на Вову. Тот едва заметно пожал плечами.
— Ты четников недолюбливаешь? — спросил я. — Они же вроде на вашей стороне сражались. Твой батя не с ними воевал?
Златан вздохнул.
— Не, батя в регулярных войсках, к счастью… и четники сражаются за Великую Сербию. Не за людей. Понимаете?
— Пожалуй, — кивнул я.
Снова последовала довольно долгая пауза. Я чувствовал, что Златан собирается с мыслями, и не торопил его.
— Четники — они монархисты. За короля и все дела… а отец у меня как был коммунистом, так коммунистом и остался, — сказал Златан. — Он считает, что западный капитал специально поддерживает и финансирует монархистов, чтобы нас изнутри продолжать разрушать. И чтобы конфликты с другими народами вышли покровавее… и вот что: у четников действительно деньги водятся, а никто не знает на самом деле откуда. Даже у правительства Сербской Краины денег было меньше. Многие считают, что кто-то из России им помогает, не знаю, тёмное это дело…