Эпоха перемен 3 (СИ)

Я хмыкнул и посмотрел на Саню. Тот только руками развёл, в одной из которых по-прежнему был нож.
— Оригинальный план, — сказал Вова на русском, улыбаясь. — Напоить тех, кого ограбил… никогда о подобном не слышал!
В этот момент за небольшим коридором послышался скрип деревянных ступеней.
— Всем молчать, — сказал я. — Если жить хотите.
Вова перевёл, после чего выключил свет.
Да, нужно было, по-хорошему, пленникам снова кляпы вставить — но на это совершенно не было времени.
Вова и Саня встали по бокам от дверного проёма, в котором застыла наполовину выбитая, перекошенная дверь.
— Хэй? — окликнул хозяин заведения, включая фонарик и направляя луч в комнату. — Шта се овде…
Договорить он не успел: Саня хорошенько приложил его о ближайшую стену — так, что балки затрещали. Драган охнул; его фонарик упал на пол, его луч упёрся в противоположную стену в коридоре.
Вова что-то сказал ему на сербском, потом втащил в комнату.
Саня снова зажёг свет, как следует скрутил Драгана и зафиксировал четвёртым в ряду остальных пленников.
— Шта се овде дешава? — лепетал Драган. — Кто су ти луди?..
— Саша, отрежь ему ухо, пожалуйста, — сказа я на русском.
Саня начал приближаться к хозяину заведению.
Тот испуганно посмотрел на соседей.
— Одсеху хе… — сказал Стефан.
— Вы что, с ума сошли? — неожиданно на чистом русском испуганно сказал Драган.
Саня вопросительно посмотрел на меня.
— Режь, режь, — одобрительно кивнул я.
Тот наклонился над Драганом.
— Не надо! — сказал тот. — Вы что творите? За что?
— Надо, надо, — кивнул я. — Иначе не понимаешь ведь.
Саня оттянул ему ухо и сделал вид, что примеривается ножом.
— Я расскажу, всё расскажу! — выдохнул Драган.
— Ну рассказывай, — сказал я.
Саня продолжал держать его за ухо.
— Майор из ваших… чёрный такой, Куликов фамилия, — затараторил Драган. — Он дал наводку. Сказал, у вас должно быть много грина…
— Майор, говоришь… — сказал я глубокомысленно.
— Убивать не говорил. Сказал подпоить хорошенько. Забрать деньги. Оставить на вторые сутки, так, чтобы рассчитаться было нечем, потом вызвать военных с базы и сказать, что вы напились и отказываетесь счета оплачивать.
Вова и Саня переглянулись.
Я поднялся с пола, подошёл к столику, на котором стоял графин. Снял стеклянную пробку и понюхал. Крепкий алкоголь. Кажется, не слишком качественный.
Я взял графин и подошёл к Драгану. Опустился перед ним на четвереньки и поднёс горлышко графина ко рту.
— Пей, пока не скажу, что хватит, — сказал я.
— Не могу! Я в завязке, нельзя мне никак! — с хнычущими нотками в голосе сказал Драган.
— Я так вообще не пью, — ответил я, после чего взял его за подбородок и влил первую порцию пойла. После этого дал ему проглотить и продышаться.
Я повторял эту процедуру несколько раз, пока Драган не перестал жаловаться. Потом подождал некоторое время, пока он вырубится.
— Так, парни, теперь с вами решать будем, — сказал я, обращаясь к боевикам.
Вова перевёл.
Стефан снова напрягся и начал умолять меня не убивать его сына.
— Успокойся. Горе-вояки, блин… короче, в каком состоянии ваш фургон? — спросил я.
— На ходу, — кивнул Стефан. — Забирай если надо!
— До Белграда доедет?
Стефан чуть поморщился, потом сказал:
— Скорее всего, да… но масло бы поменять, конечно, надо… дорога не близкая…
— В общем, Стефан, будем считать, что везучий ты, — сказал я. — Если сделаешь всё как надо — не только живым останешься, но и заработаешь.
Лысый посмотрел на меня. В его глазах зажглась робкая надежда — впервые за всё время.
— С нами едет Златан. Ты и это мордоворот, — я кивнул на Лазара, — останетесь здесь. Если по дороге будут сюрпризы из-за утечки информации — твой сын погибнет. Если к властям обратитесь — не важно, здесь или в Сербии — то же самое. И я бы на твоём месте никак не стал рисковать.
Стефан стиснул зубы, но кивнул.
— Ну и чтобы интереснее ждать сына было, — продолжал я. — За работу он получит пять тысяч долларов США. Плюс по дороге мы заедем куда-нибудь, чтобы машину привели в порядок. Задаток — первую тысячу — я оставлю тебе. На лечение. Это ясно?
  
Несостоявшийся грабитель смотрел на меня с недоверием.
— Оче, он говори истину. Осехам такве ствари. Могу то да урадим, — сказал Златан.
— Добро, — кивнул Стефан.
— За приятеля своего поручишься? — спросил я, кивая на Лазара.
Стефан дважды кивнул в ответ, довольно уверенно.
Я вытащил у Лазара кляп.
— Ну что думаешь? — спросил я.
— Ничего не думаю, — ответил он через Вову. — Жить хочу.
— Молодец, — улыбнулся я. — Правда, «Беретту» твою отдать не смогу. Но дам за неё триста долларов. Согласен?
Боевик кивнул.
— Кстати, где ствол достал? Очень уж приметный. Пиндосский же, да?
— Хорватский, — ответил Лазар. — Им пиндосы давали.
— Ясно.
Какое-то время ушло на то, чтобы оттащить Драгана вниз и там уложить его на бок, на диванчик, который скрывался за стойкой — так, чтобы он случайно рвотой не захлебнулся. Трупы мне были совершенно не нужны.
Фургончик-микроавтобус был по-настоящему старым. Такие «Ситроены» производили то ли семидесятые, то ли в шестидесятые. Чудо, что он вообще был на ходу. Мне он напомнил что-то, связанное с Югославией и Белградом, но я никак не мог вспомнить, что именно. Кажется, что-то связанное с современным искусством.
— Что с границей? — спросил я Стефана, когда мы уже погрузились и готовы были выезжать.
— Меня и Златко все знают, — ответил он. — По ночам редко кого тормозят… если остановят, он найдёт, что сказать. Но лучше с деньгами вопрос решить.
— Ясно, — кивнул я и напомнил: — в твоих интересах, чтобы всё прошло хорошо.
— Све хе бити у реду, — сказал Златан.
Я его понял без перевода.
Мы выехали ещё до рассвета. Какое-то время молчали. Потом Вова сказал, обращаясь ко мне:
— Саша, мне не нравится, что мы этого майора так оставили. Неправильно это…
— Ничего, — ответил я. — Пускай помается, пока мы своими делами занимаемся. Иногда ожидание хуже самого наказания.
— Да фиг там он ждать будет… ротируют его, — вставил Саня.
— Ну и пускай ротируют, — сказал я. — На родине будет проще достать его.
— Думаю, он не сам это всё решил. Комбриг, скорее всего, организовал… — ответил Вова.
— Блин, да это понятно, — отмахнулся я.
— Вот ведь гнида… — процедил Саня.
— Что есть, то есть, — кивнул я.
— Что делать-то с ним будем? Нельзя же вот так просто это оставить… — продолжал кипятиться Вова.
— Слушай, — вздохнув, ответил я. — Мы сейчас будем гораздо более важными делами заниматься. Если обращать внимание на такие мелочи — то мы даже до места не доедем.
— Мелочи? — удивлённо спросил Саня.
— Да, Саш, мелочи, — ответил я. — Я ведь честно вам говорил, что и как мы собираемся делать. Разные гниды-полковники, которые решают, что у них достаточно мозгов и полномочий, чтобы поставить на место московских мажоров — это ничто, тараканы, тля. Не отвлекаемся.
Парни снова замолчали.
— Это не значит, конечно, что я просто так всё оставлю, — сказал я после долгой паузы. — Но лично этим заниматься не буду. Это будет неправильно. Я и сюда-то сам полез, потому что важно кое-что понять, на месте…
Ребята переглянулись. Я видел, как Вова пожал плечами.
Ехали довольно медленно. Златан берёг двигатель и подвеску: разгонялся плавно, не газовал, не крутил, рытвины старался объезжать. Я не торопил — никакого графика, которому нужно было бы следовать, у нас не было.
Парень, должен признать, вёл себя достаточно мужественно для такой ситуации. Не трясся, не делал глупых ошибок… в нём определённо был потенциал. Если бы сложились звёзды — его жизнь могла бы пойти совсем иначе.
— Вов, поможешь с переводом? Хочу с водителем нашим поговорить, пока время есть, — попросил я.