Довмонт: Неистовый князь. Князь-меч. Князь-щит
Девственницу хозяева хутора нашли. Ту самую белоголовую служанку, рабыню. Йормас – а наполовину Йомантас! – лично принес ее в жертву, неподалеку, в лесу, на жертвеннике у старого дуба.
Жреца туда привезли на телеге… Как и девчонку. Та, предчувствуя недоброе, пыталась вырваться, убежать… Но хуторяне было наготове! Поймали, привязали…
– О, великие боги! – превзмогая боль, Йормас вытащил из-за пояса нож. – Пикуолис, Дьявас, Перкунас… Что ж ты плачешь, дурочка?
С обаятельнейшею улыбкой жрец, успокаивая, погладил девчонку по голове:
– Участь твоя – завидна и недостижима для многих. Стать гостьей богов! Да может ли быть что-то лучше? Не плачь, не надо… Радуйся! Дуй, ветер… Шумите, деревья! Радуйся, лес!
Йормас-Йомантас теперь знал, что делать. Нужно победить давнего Врага, принести в жертву богам всех его родственников и любимых, а уж потом – и его самого! Нужно идти во Псков… Нужно! А там потом видно будет – куда…
* * *Послу жуткого того сна Довмонт снова отправился в Мирожский монастырь, где долго молился, а потом имел столь же долгую беседу с отцом игуменом.
– Это не простой сон – знак, – выслушав, негромко промолвил отец Варсонофий. Недавно вернувшийся из Новгорода, он посмурнел ликом, весь во власти тяжелых дум. Дум о судьбах русских земель – и Пскова. Именно об этом – о позиции новгородской господы, об интригах князя Андрея в Орде – настоятель и хотел посоветоваться с князем… Но сначала выслушал того сам…
Конечно, Довмонт не рассказывал сон во всех подробностях – просто сказал, что привиделся очередной кошмар – будто бы его близких людей принесли в жертву поганым языческим идолам!
– Будто бы у меня были сестры, отче! Будто бы их… Но ведь нет у меня здесь никаких сестер!
– Это знак, – снова повторил отец Варсонофий. – И поможет здесь лишь молитва!
– Я знаю…
– Молись, княже! Молись…
Оба одновременно перекрестились. Они стояли на монастырском дворе, прямо напротив храма… Тут же во храм и зашли, не сговариваясь, разом…
И так же – вместе – вышли лишь через пару часов…
Благоволение Господа – Довмонт уже знал, что делать.
– Хотел спросить тебя, отче, как Новгород? – тихо поинтересовался князь.
Игумен махнул рукой:
– Плохо. Новгородцы поддерживают Андрея. Говорят – у него сила, и закон на его стороне.
– Какой же закон?
– Ярлык! Татары его все же дали. И еще – войско. Немного, но… Боюсь, князю Дмитрию придется уступить…
– Посмотрим… – нахмурясь, Довмонт еще раз перекрестился.
– Боюсь, как бы не вышло все это боком Господину Пскову…
– Не выйдет! – князь покачал головой и покусал губы. – Если что, можно призвать литовцев… Тройняту… Трайдена. Вряд ли это обрадует Новгород! Но для этого и Тройняте надо чем-то помочь… Он сейчас бьет крестоносцев в Земгалии!
– Не забывай, княже, у нас с Орденом мир!
– Не забываю… Если что – все сладим тайно! Но чтоб Новгород обязательно узнал.
Первым делом, нужно было предупредить того, кто был там, в будущем! Игоря. Похоже, сестрам грозила нешуточная опасность! Ну да – недаром кто-то подсылал Лайме священного ужа – залтиса…
Кто-то? Хм…
Нужно было молиться… И еще Довмонт попросил о помощи отца Варсонофия. Просто помолиться за здравие рабов Божьих Лаймы, Лаумы, Игоря, Ольги… Что-то должно было подействовать, правда, князь не знал – как. Не знал, но искренне на то надеялся, ибо на кого еще надеяться, как не на Господа, на Его поддержку?
* * *Кто первым захотел поехать в Псково-Печерский монастырь, Игорь не помнил. Кажется, Ольга… Хотя и сам-то он был не против, тем более что детей удалось пристроить к бабушке, мачехе Игоря Елене Васильевне. Ну, хоть согласилась – редко, но внуков брала… Правда, Игорь с Ольгой этим не злоупотребляли, да так вот и подыскивали на лето няню. Пока – глухо все. Нанимать бабушек Ольга почему-то не очень хотела, лучше бы – молодую женщину, девушку… но такую еще попробуй найди.
Белый «КИА-спортейдж» вывернул на объездную… Сидевшая за рулем Ольга любила водить – включила магнитолу, Шамана… Игорь слегка поморщился, он бы предпочел что-либо из классики – «Дип Перпл» или там «Наутилус Помпилиус», «Телевизор»… Но Шаман, так Шаман – супруге нравилось.
Нынче Оля оделась строго – длинное темное платье с рукавами по локоть, безо всякого декольте или голых плеч. Минимум украшений, светло-русые волосы собраны на затылке в пучок, заколоты турецкой заколкой – «саш токасы», купленной в прошлом году на Гранд-базаре в Стамбуле.
Однако же с собой был прихвачен купальник – вдруг да на обратном пути где искупаться, позагорать? Так, слегка, недолго – и быстренько к Елене Васильевне, за детьми! Да уж, скорей найти бы няньку…
Проносились мимо высотные дома, торговые центры… А вот сплошняком пошли какие-то заросли…
– Красотка ты у меня! – скосив глаза, улыбнулся Игорь. – Не, не в монастырь надо было – куда-нибудь на залив.
– Так сам же и предложил – в монастырь! – обогнав пару тихоходов, Ольга убавила громкость.
Супруг удивленно моргнул:
– Я?
– Ну, так, а кто же? Спросонья, в среду еще… Забыл, что ли?
– Забыл. Наверное, потому что спросонья.
– А монастырь там и в самом деле красивый, чес-слово! Я погуглила… Во Псков потом заедем, в Кремль хотя бы… Боже, что же нам с нянькой-то так не везет!
– Так лето ж! – негромко рассмеялся Ранчис. – Все девушки на море, на отдыхе… Или на работе пашут, чтоб к осени на Египет скопить – как наша Лайма…
Вспомнив сестру, Игорь нахмурился – вспомнили и залтиса, священного ужа, вдруг выползшего в старом доме. Недобрый, очень недобрый знак! «Велением Пикуолиса пошлют залтиса и криве – жреца. Чтобы показать, что пришло время умирать» – так было сказано в старинном семейном манускрипте, найденном Игорем несколько лет назад.
Лайма позвонила тогда – вся взволнованная, нервная… Пришлось успокаивать. Ну, подумаешь – уж!
Однако сам-то Игорь знал – не «подумаешь»! Может быть, именно поэтому он и предложил поехать в монастырь… Но зачем в такой дальний? Хорошо, с мачехой все сложилось, с детьми… Да и жена идею подхватила с радостью. Это ведь и Псков можно по пути посмотреть, и в Изборск заглянуть – рядом.
– Помнишь, раньше в Таллин ездили, в Ригу? Как раз через Псков… – вдруг улыбнулась Ольга. – И в Литву…
Тут супруга поморщилась – Литву она вспоминать не любила, слишком уж много там произошло всего такого, недоброго… Шутка ль сказать – едва в жертву не принесли! Местные сектанты… На полном серьезе! Посетили, блин, фольклорный праздник…
– Смотри, смотри – поворот проедем!
– Да навигатор же, чес-слово!
Монастырь супругам очень понравился. Ольга, не отрываясь, щелкала камерой смартфона.
– Ой, парк какой! Ой, смотри – белки!
– Дорогие паломники и гости… – остановившись у ворот, Игорь читал вслух. – Помощи Божией вам в ваших молитвах и во всех добрых делах… Для вас открыт большой магазин книг и икон Псков-Печерского монастыря…
– Так он Печерский, а не Печорский… – протянул молодой человек.
Ольга хмыкнула и, поправив на голове платок, перекрестилась на висевшую над вратами икону:
– Пещерный храм потому что… Пещеры – печеры… Кстати, тут эстонский роуминг!
– Я заметил уже.
– Как же тут красиво!
И впрямь, от монастырских красот трудно было оторвать взгляд! Уходившая вниз крепостная стена, широкая лестница, ухоженный парк, цветники, золотые, синие, зеленые купола храмов…
– А вон и они – пещеры!
«Вход в пещеры, Богом созданные» – золотыми буквами подтверждала вывеска.
Зашли… Помолились… Заглянули и в храмы…
– А вон ларек! – показала Ольга. – Пойду, хлеба монастырского куплю и масла.
– А я пока – в лавку…
В монастырской лавке торговали книгами, иконами, магнитиками. Все чинно, благородно, благостно. Да и народу было не так уж и много…