Рубиновый маяк дракона

– Запись в Утренней Книге покрывает эти расходы, – надменно бросил я и мысленно поблагодарил Тар-Суриона за подробные инструкции, позволяющие избежать дыр в карманах. – Можем, конечно, прояснить этот момент у Крэйга, если вы запамятовали.
Самодовольные улыбки сползли с лиц пиратов. Они переглянулись, и тот, что проверял метку, кивнул стоявшему поодаль юнцу:
– Томми, проводи.
Мальчишка гордо приосанился, поправил висевший на поясе кинжал и с важно-напускным видом повел меня по длинной мрачной анфиладе. Под высокими потолками подрагивали багровые грозовые люмены – монотонная трескотня чужеродной магии неприятно давила.
Мы остановились возле некогда роскошных дверей, опоясанных завитками потрескавшейся золоченой лепнины. Оттуда приглушенно доносились запахи мяса, хохот и женские подвывания. По бокам от входа была выставлена охрана, вооруженная мечами и грозовыми артефактами. Левее, у колонны, тихо перешептывались те, кому посчастливилось занять строчки в Утренней Книге.
– Ожидайте здесь, – сказал юнец и чинно зашагал обратно.
– У меня назначено на восемь, – оповестил я других просителей.
Пришлось ввязаться с ними в спор, но свое место в живой очереди я отвоевал. Пока мысленно посылал благодарности звездам и рекомендациям Тар-Суриона, двери распахнулись, наполняя анфиладу яркими запахами еды и отчаянным воплем:
– Крэйг! Хозяин! Я ваша… Я для вас! Я готовилась!
Двое стражников выволокли под руки неестественно желтовласую деву в бесстыже распахнутом на груди платье. Следом за ней вывели еще троих. На этом двери с глухим стуком захлопнулись. Я напряг слух, но хаотичные звуки пира и женских стенаний никак не складывались во что-то определенное. Однако я внезапно уловил поток чужой магии. Не грозовой, которой пропитано все вокруг. А иной, древней…
«Amlug? Ro sinome? [14]»
Мысль о том, что маира Сотье все же была права, претила. Но через минуту подтвердилась раскатистым рыком, от которого все в очереди вздрогнули. А меня захлестнули новые потоки драконьей магии. Я вел внутренний диалог с самим собой, пытаясь хоть как-то это оправдать, полагая, что, вероятно, Райдонс здесь, чтобы вызволить нас.
«Но как и когда он узнал, что «Рассветный луч» не добрался до места?»
Я принялся подсчитывать в уме дни, но двери открылись вновь. Сначала я уткнулся взглядом в массивную фигуру одноглазого мужчины. От него веяло силой, но магические потоки сбоили и не давали четкого ответа о его способностях, хотя подавляющая аура однозначно подтверждала, что это…
«О, звезды! Уж не Северный Иней ли? Помнится, я участвовал в совете целителей, когда он обратился к нам со своей хворью. Да, верно, это он. Но что Иней делает на пиратском острове?»
Вопросы так и роились в моей голове. Мог бы он нам помочь сейчас? Или же помнит былые разногласия? Драконы злопамятны, а вместо исцеления совет решил предать его суду за нарушение закона. И я поддержал это решение… От Инея ли исходила та драконья сила, что я уловил? Могла ли маира Сотье, перенервничав, перепутать его с ректором Райдонсом на площади, хоть они и разные, как пламя и лед?
Северный Иней даже не взглянул в мою сторону, прошел мимо. На полшага отставая от него, двигалась девушка лет тридцати. Внешний вид слегка потрепанный, однако она расправила плечи и гордо вскинула подбородок.
«Явно не из тех, кто там заунывно рыдал».
Замыкала процессию та самая наглая ведунья, с которой я столкнулся утром и которую так ждали Ярро и Фабиана.
«Не ведунья – ведьма, – поправил я мысленно. – Леди Сибель Блумель».
Обхватив себя руками и уткнувшись взглядом в пол, она едва поспевала за спутниками. Я сделал было шаг по направлению к ведьме, но меня остановил шепоток за спиной.
– Смотри, Озирис мяса набрал.
– Мяса? – тихо переспросил я у соседа в очереди. – Что это значит?
– На девках метки, видишь на руках? Топор значит, что они теперь в собственности Озириса, а он – владелец ям.
  
– Лучше б их Милло к себе в бордель забрал, дольше б протянули, – поддакнул другой пират. – А так – мясо. Тощая так уж точно.
– Возможно ли ее как-то… выкупить? – спросил я.
– У Озириса-то? Нет. Это против правил. Но можешь подраться вместо нее… Шесть раз. Лучше сходи на рынок – там таких девах навалом.
Я проводил троицу хмурым взглядом. В этот момент двери открылись снова. Еще двух девушек увели куда-то, а один из охранников объявил начало аудиенции. Живая очередь всколыхнулась, загудела и по одному потянулась в залу.
Распахнутые двери позволяли рассмотреть лишь центральную ее часть. Крэйга я определил сразу же и выругался про себя. Видеть на его голове искусную работу эльфийского мастера было издевкой судьбы. Свою собственную посольскую тиару, утерянную во время захвата, я не мог не узнать.
Выводили из себя и потоки чужеродной грозовой магии, безнаказанность пиратов, их смех, и то, с какой легкостью Крэйг вершил судьбы людей. Меня затопило раздражением, бессильной злобой и обострившимся чувством опасности. Из четырех просителей, занимавших очередь передо мной, троих отправили в ямы. Четвертому повезло – он пожелал поступить коком на «Грозу морей», и, выдержав длинную паузу, Крэйг все-таки удостоил его небрежным кивком.
Я стиснул зубы и вошел в залу. Кристальные часы, тоже явно эльфийской работы, висели на правой колонне и показывали начало девятого.
«Почти не опоздал», – мелькнула бесполезная мысль. Ее я быстро отогнал и сосредоточился на сидящих за столом. – Доброй ночи, господа. Я – Anarendil Ind Taur, посол эльфийских земель…
– Посол? – вскинул брови Крэйг. – Ты представляешь вражеский край сейчас?! Здесь?! Драный плавник! Ты или наглец, или полный идиот!
– Или я прибыл с миром и достойным финансовым предложением.
– Если нам что-то нужно будет от эльфов, мы сами это возьмем.
– Да! Верно! – разнеслись над столом восклицания приспешников Крэйга. – Захватим любой эльфийский корабль, если захотим.
– Это мне известно, – продолжил я, едва контролируя клокочущую в груди ярость. – Однако есть вещи… особые артефакты, которые мы не перевозим морскими путями. Что если нам заключить выгодный союз?..
Я уловил в глазах Крэйга алчный блеск.
– На что хочешь поменяться? А, нет, не говори. Знаю. На недавнюю партию остроухих, конечно же, я прав?
«Значит, кто-то еще жив».
– Верно, – кивнул я.
– И что? Эльфы готовы распрощаться с ценными артефактами, которые берегли веками? Отдать их нам в руки. Добровольно усилить нашу мощь и влияние? Заманчиво, но… Рассчитываешь, что тебе здесь хоть кто-то поверит?
Я повернул голову и в упор взглянул в янтарно-желтые глаза.
– Райдонс Пламенный Закат может подтвердить, что мое слово нерушимо. Так ведь… друг?
Злобное рокочущее рычание огласило залу.
– Бездна, Пламенный, не бесись ты так! – ухмыльнулся Крэйг. – Твое настоящее имя я уже давно выяснил. Что скажешь про этого? – Он кивнул на меня. – Врет?
– Анарендил действительно посол эльфийского края, – кивнул Райдонс, на скулах и лбу у которого проступили золотистые чешуйки. – У него есть связи и возможности, вероятнее всего, и доступ к редким артефактам. Но эльфы хвалятся своей мудростью, и велика вероятность, что смогут переиначить условия сделки с выгодой для себя.
– Много слов, Пламенный, ты не в ака… а, неважно. Тогда будем считать, что врет.
«Маира Сотье оказалась права. Теперь я убедился в этом лично».
  
40. Сибель
 
Термы Озириса, остров Дохлый Кит. Владения пиратов
С каждым новым шагом меня одолевало все больше сомнений – правильный ли выбор я сделала? Озирис пугал меня до икоты, до дрожи в коленках. Сил идти прибавляла только Кайла, шедшая рядом. Ее самодовольная улыбка и гордо вскинутый подбородок придавали мне толику уверенности. Но все равно было очень и очень страшно.