Поцелуй на краю ночи (СИ)
— Вот как, — произнесла Изабель, машинально раскладывая карты. — О, милочка, да у вас открылся денежный поток.
Триша покрутила блестящий камешек в мочке.
— А про любовь? — нетерпеливо спросила она. — Что там написано?
— Ничего определенного, — безжалостно ответила Изабель. — Может выйти что-то с трефовым королем. У вас есть на примете мужчина постарше и на хорошем посту?
Триша недовольно цыкнула и, достав из сумочки двадцатку, положила на стол.
— Хотя есть вероятность, — которой она вовсе не видела в картах, но почему бы и нет — жизнь так непредсказуема. — Встреча с любовью всей вашей жизни в далекой поездке. Вам надо отправляться немедленно…
— Вот еще, — ответила рыжая. — И поток упущу, и Фосберга. Так и не скажете, куда он поехал?
— Потом обещал в участок вернуться, — сказал Перси, появляясь из кухни. — Бабуль, есть что поесть?
Триша разочарованно вздохнула и, повязав на шею платок, пошла прочь.
Изабель снова выглянула в окно, но тут же спряталась за шторой. Рыженькая вышла из дома и столкнулась с высокой седой дамой. Они поболтали о чем-то и вместе пошли к припаркованной у подъезда алой машинке.
Дама обернулась, будто почувствовав ее взгляд, и Изабель быстро спряталась за штору.
— Бабуль, я не нашел никакой лаванды, — пожаловался Перси. — Может, сбегаю в аптеку за аспирином?
— Нет, — быстро сказала Изабель. — Никуда не ходи. Я вспомнила, я спрятала масло в кладовке, где-то на верхних полках.
Перси выразительно застонал.
— А я пока сделаю тебе блинчики, — миролюбиво предложила Изабель. — Хочешь?
Сесилия Медоу поехала вместе с укушенной Тришей искать Лютера.
Тучи сгущались над Танороком и над агентом Фосбергом, но если жизнь и научила чему-то Изабель Грин, так это тому, что в чужую судьбу лезть не стоит. Если, конечно, это не единственный внук.
— Перси, дорогой, — она пошла на кухню, придерживаясь за поясницу, которая совсем не болела. — Отвезешь меня на выходных к твоим родителям? Я что-то неважно себя чувствую и так соскучилась…
— Если шеф отпустит, — ответил он.
Отпустит. Она костьми ляжет, но тем красным валетом будет не Перси.
***
Лютер достал свою корочку спецагента, собираясь размахивать ею направо и налево, но Рокси, кивнув девушке за стойкой, уверенно свернула в административное крыло. Поднявшись на второй этаж, остановилась перед дверью с табличкой «Юридический отдел».
— Здесь работает моя подруга София. Если хочешь что разузнать, так лучше через нее.
— Хорошо, — согласился Лютер. — Надеюсь, она достаточно безнравственна и не соблюдает врачебную тайну.
Софи оказалась на месте, в небольшой комнатушке с постером рок-группы напротив рабочего стола.
— Привет! — она вскочила с места, обняла Рокси, окинула любопытным взглядом Лютера. — А это кто?
— Мой… коллега, — ответила Рокси, но Лютер, будто возражая против статуса, предполагающего субординацию, обнял ее и привлек к себе, сокращая всякую дистанцию.
Софи понятливо ухмыльнулась. А Рокси все не могла понять, как относиться к тому, что происходит между ней и Лютером. Она первой поцеловала его, но списала это на свое одурманенное состояние. Но и второй раз тоже инициатива была за ней.
Лютер — вампир, и его к ней тянет. Рядом с ней он живет, и его сердце бьется. Но сейчас, когда его рука лениво скользила по ее телу, она понимала, что и ей это надо не меньше. Лютер раздразнил ее своими признаниями, и ей хотелось снова поцеловать бьющуюся венку на его шее, прильнуть к его жадным губам, оказаться в объятиях рук, которые очень хорошо знали, что надо делать, несмотря на век воздержания.
Его сердце билось из-за нее. Для нее. Не могла же она просто послать его прочь. Но Рокси бы соврала, если бы сказала, что в ее чувствах присутствует хоть капля жалости. Он тоже был нужен ей, хоть у нее пока не получалось разложить это чувство по полочкам.
— Специальный агент Лютер Фосберг, — представился он. — В общем, у нас проблемка.
Он рассказывал Софи о том, что Луиза была убита, что необходимо просмотреть медицинские истории жителей Танорока, чтобы вычислить виновного по определенным секретным критериям, и она, Софи, очень поможет, если предоставит доступ к информации. Ссылался на тайну следствия, особые полномочия бюро, а его рука в это время поднялась к шее Рокси и ласково гладила ее кончиками пальцев, иногда путаясь в волосах. И ей хотелось запрокинуть голову, закрыть глаза и подставить губы для поцелуя.
Когда Софи упорхнула, оставив их наедине, Рокси так и сделала.
Поцелуй вышел сладким и неспешным и оставил после себя острое желание продолжить, но Лютер отстранился и сел за компьютер.
— Итак, — пробормотал он. — Истории болезни. Как же нам повезло, что твоя подруга — так себе юрист с доступом к общей базе. Давай сюда свой список подозреваемых.
Рокси всучила ему алую тетрадку Перси и села рядом, хмурясь и злясь непонятно на что.
— Значит, так ищут убийц в специальном бюро? — спросила она. — По истории болезни?
— Методы могут быть самыми разными, — подтвердил Лютер. — Главное, чтобы работало.
— И что ты ищешь? Какую-то особую вампирскую болезнь?
— Скорее действую от противного, — ответил он. Глянув на перечень имен, вздохнул. — Ты довольно общительная девушка, Рокси. Все эти люди были у тебя в гостях?
— Одно время я собирала домашнюю группу фитнеса, — ответила она. — Мы занимались йогой в саду, а потом пили зеленый чай. Что-то вроде женского круга силы. Хотя Перси тоже пытался туда проникнуть.
— Ты помнишь Перси ребенком? — спросил Лютер.
— Нет. Он жил с родителями в соседнем городе, а сюда приезжал к бабушке, и в то время мы не были знакомы. Перси не может быть вампиром!
— Он непростительно сильно воняет, — улыбнулся Лютер. — Но вдруг это особо удачная маскировка. Ты злишься на меня, Рокси?
Вопрос застал ее врасплох, как и внимательный взгляд Лютера. Он снял темные очки, и серые глаза выглядели уже не так страшно, хотя сосуды все еще пронизывали белки красными ниточками.
— С чего ты взял? — насупилась она.
— Я… плохо целуюсь? — спросил он. — Делаю что-то не так? Я слишком давлю на тебя, Рокси?
Она выдохнула, внезапно почувствовав себя лучше. Выходит, не одну ее мотает на этих эмоциональных качелях.
— Все в порядке. Так что там с Перси?
— Стандартные осмотры, — ответил Лютер, поворачиваясь к монитору. — Анализ крови, кардиограмма… К тому же именно он обратился за помощью бюро. Нелогично.
Рокси взяла зеленый маркер и провела по имени Персиваля Грина. Лютер, глянув в ее записи, одобрительно кивнул.
Шеф полиции Джей о’Коннел давно и не особо успешно лечил гастрит, но, посовещавшись, они закрасили его имя желтым маркером.
— Он подозрительный, — сказала Рокси. — Одно время постоянно у нас ошивался. Я даже думала, что он подбивал клинья к моей бабуле.
Софию, хозяйку кабинета, Рокси отметила зеленым.
— Я и не знала, что Софи делала аборт, — сконфуженно пробормотала Рокси. — Лютер, у меня такое чувство, что мы роемся в грязном белье.
— Так и есть, Рокси, — ответил он. — Но ничто не расскажет больше о человеке, чем его медицинская карта.
Лютер открыл карточку Луизы Паркер, в которую до сих пор не внесли данные о смерти.
— Смотри-ка, — он подался вперед, вглядываясь в результаты анализа крови. — Выглядит интересно.
— Я ничего не понимаю в этих циферках, — призналась Рокси, словно невзначай прижимаясь к нему.
Лютер тут же повернул голову и поцеловал ее щеку, потерся носом о ее шею, зарываясь в волосы.
— Может, поедем в отель? — прошептал он, покусывая ее ушко.
— Мы ведь ищем убийцу, — напомнила она через силу.
Лютер облизнул губы и снова уставился в монитор.
— Вот эти показатели говорят о том, что Луиза Паркер перенесла какую-то болезнь, — сказал он.