"Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Зачем фазана? – коротко хэкнув, Алексей разрубил очередной сук и бросил его в кострище, – ты там что-то про слона говорила? – он махнул рукой в сторону собаки и кошки, копошащихся возле мяса, – принимайте заказ… – глядя на ошарашенную его заявлением Полину, траппер коротко рассмеялся и подошел к добыче. – Нога, – Алексей приподнял с земли увенчанный копытом кусок мяса. – Другая, – он аккуратно пнул сапогом аналогичную конечность, терзаемую домашними питомцами. – Грудинка, – Пелевин мотнул головой в сторону багрово-коричневой груды мяса. – Да не таращи ты так глаза, это не слон и даже не фазан, это антилопа. Была. Только готовить ее мы вечером будем, а сейчас наскоро перекусим и дальше попрём. Еще дня три такого хода, и до твоей Претории, будь она неладна, доберемся. Если не случится чего.
Глава седьмая
17 мая 1900 года. Центральная Африка, южные провинции Наталя
Оптимистичное пелевинское «наскоро» затянулось почти на полтора часа, и в путь компания отправилась, когда солнце уже доползло до середины небосвода. Через пяток миль еле заметная в желто-серой траве колея сменилась грунтовой дорогой, пусть и более пыльной, но ухоженной, и ехать стало значительно проще. Спасаясь от скуки, Поля прибегла к проверенным временем женским уловкам и вытянула из Алексея пару охотничьих историй. Попытка вымогнуть третий рассказ потерпела полное фиаско. Устав ворочать языком, возница целиком и полностью сосредоточился на управлении повозкой и на кокетливое хлопанье глазками вкупе с жалобными стонами никоим образом не реагировал. Просидев с полчаса в молчании, Поля пришла (в который раз за поездку) к выводу, что дуться на бессердечного попутчика бесполезно и, перебравшись на козлы, потешила товарища воспоминаниями о девичьих проказах в пансионе мадам Сурье. Пелевин фыркал, хмыкал, комментировал особо яркие моменты односложными междометиями, но, в общем и целом, относился к рассказу благожелательно.
– А она в лужу ка-а-к брякнется! – заканчивая очередной рассказ, Полина залилась радостным смехом. – Сама встать не может, и помочь ей никто не хочет. Так ей и надо, задаваке!
Не услышав в ответ привычного уже хмыканья, девушка подозрительно взглянула на уставившегося куда-то вдаль Пелевина.
– Э-э-э, сударь! – возмущенно фыркнула рассказчица и настойчиво потянула охотника за рукав. – Сдается мне, что вы меня не слушаете! Эдак я начну подумывать, что мой рассказ, да и я сама, вам не интересны!
– Каюсь, не слушал, – Пелевин тряхнул плечом и освободился из рук девушки. – Недосуг было.
– Не до кого? – Полина попыталась разрядить обстановку, но, увидев, как Алексей, разглядывая силуэты приближающихся всадников, кладет на колени винтовку, настороженно притихла.
– Лёш, а это кто? – девушка попыталась рассмотреть нежданных гостей, но те расплывались в знойном мареве, и понять, кто едет навстречу, было решительно невозможно.
– Не знаю, – угрюмо бросил траппер, не отрывая настороженного взгляда от незнакомцев. – Для англичан больно тускло одеты, для разбойничков – слишком однообразно, а на буров так и вовсе не похожи… Да ты не боись, – траппер на мгновение отвел взгляд от дороги и ободряюще подмигнул нахохлившейся девушке, – всё хорошо будет. А если вдруг что не так, не за пугач свой хватайся, а ныряй под фургон и под ногами не путайся.
– А что не так?
– А я знаю? Вдруг – он вдруг и есть. Да не мандражи, может, и не случится ничего.
– Стоя-я-я-ть! – шестеро незнакомцев, направив стволы винтовок в грудь Пелевину, встали полукругом напротив повозки. – Кто такие? Куда? Откуда? Зачем? – один из всадников выехал чуть вперед и остановил коня сбоку от Пелевина.
– Люди, – коротко буркнул Алексей, аккуратно сдвигая большим пальцем предохранитель винтовки. – Оттуда, – он качнул головой назад и новым взмахом указал вперед, – туда. А сами-то кто будете, господа хорошие, чтоб такие вопросы задавать?
– Лейтенант третьего принца Уэльского Драгунского Гвардейского полка Брэндон Уэйнрайт, – всадник, удерживая на месте, пританцовывающего жеребца, коротко кинул ладонь к фасонно заломленной шляпе. – Честь имею, сэр! А вы кто такие? – Офицер требовательно протяну руку вперед. – Предъявите документы!
– Не похожи вы что-то на драгун, – задумчиво протянул Алексей, обводя недоверчивым взглядом пыльно-табачного цвета с накладными карманами куртки всадников. – Ни тебе красных мундиров, ни шлемов с султанами, даже штаны, – траппер кивнул на табачные, в цвет мундиру, брюки офицера, – и то не клетчатые…
– И не говорите, сэр, – несколько расстроенно вздохнул лейтенант, – как переодели, аж в зеркало смотреться не хочется, – и, напоминая о своём вопросе, вновь тряхнул рукой. – Документы!
– Путешественники мы, – Алексей, убрав палец со спускового крючка, полез во внутренний карман куртки. – Племянницу вон, – он кивнул на Полину, – к дяде везу…
– Я вообще подданная Французской республики! – горделиво вскинув подбородок, влезла в разговор Полина, – а Алекс – мой проводник.
Услышав имя возницы, один из всадников, до того расслабленно оглядывавший окрестности, вдруг напрягся и уставился на лицо Пелевина. Судя по тому, что солдат, злорадно ухмыльнувшись, подвел лошадь к офицеру и что-то горячо зашептал тому на ухо, результаты осмотра его более чем удовлетворили.
– Вы уверены, Мастерсон? – лейтенант перевел недоверчивый взгляд с подчинённого на возницу и обратно. – Не хотелось бы ошибиться…
– Да точно это он! – англичанин, наклонившись из седла вперед, стволом винтовки сдвинул шляпу Пелевина на затылок. – Я его рожу хорошо-о-о запомнил. Вы не сомневайтесь, сэр, – Мастерсон, довольно осклабившись, почесал заросший щетиной подбородок. – Это та самая скотина, что в девяносто седьмом, когда мы с господином Бёрнхемом на Матонгу охотились, почитай десяток добрых христианских душ на тот свет отправила… Сид Бэккер, Билли Коул, Дейв Ходсон… – святой жизни люди были, а он их в могилу. Королевский суд, сэр, господин лейтенант, сэр, – Мастерсон, глядя на скрипнувшего зубами Пелевина, довольно ощерился, – его ещё три года назад к петле приговорил. Так что на сук его без разговоров, и всё по закону будет. Хотя, – британец подобострастно склонил голову перед офицером, – решать, конечно, вам…
– Вылазь! – лейтенант, щёлкнув взводимым курком, навел револьвер на Пелевина. – А вы, мисс, – офицер кивнул Полине, – поторопитесь предъявить документы, подтверждающие ваше подданство!
– А Алекс? – растеряно выдохнула девушка, испуганно хлопая глазами. – Куда вы его, мистер?
– Боюсь, мисс, – лейтенант с деланным сочувствием развел руками, – вашего друга ждут короткая проповедь и длинная веревка. – Или тебе, – драгун покосился на стоящего под прицелом солдатских винтовок Пелевина, – желательно наоборот?
– Да нет, всё как надо, – невозмутимо пожал плечами Алексей, покосившись на направленное на него оружие. – Длинных проповедей с детства не люблю, да и православных священников окрест не сыскать, а если короткую веревку попросить, так, боюсь, вы меня в петлю запрыгивать заставите…
– Додсон! – офицер обернулся к одному из солдат. – Обеспечьте выполнение последнего желания этому господину. – Бакстер, Фултон! – выпустив поводья, он ткнул пальцем в двух драгун, – спешиться и проводить преступника к месту казни!
– Охраняй! – Алексей, шикнув скалящемуся на солдат Бирюшу, бросил на землю свою шляпу и неторопливо побрёл к дереву, под которым уже суетился Додсон. – А ты, Поль, – пройдя пару шагов, траппер обернулся к девушке, – прости, ежли обидел когда ненароком.
– Мисс! – офицер, убрав револьвер в кобуру, вновь посмотрел на Полину, – я так и не увидел ваших документов. Поторопитесь.
Не вслушиваясь в слова офицера, девушка обезумевшими глазами посмотрела вслед уходящему в сопровождении двоих драгун Пелевину, судорожно сглотнула и шустро юркнула в фургон. Какое-то время из глубины повозки доносились только шум лихорадочного копошения, недовольное мявканье Феи и сдавленные чертыхания, а когда Полина выползла наружу и с горем пополам утвердилась на шатком облучке, офицер с удивлением заметил, что в руках у красотки не легкий сверток с бумагами, а тяжелый десятизарядный маузер. Последним, что он увидел в этой жизни, было необычайно прекрасное, фантасмогоричное видение прекрасной девушки, направляющей ствол оружия прямо ему в грудь. Сделать что-либо лейтенант не успел. Громыхнул выстрел, из ствола вырвался ярко-оранжевый сноп пламени, и свинцовая пуля в мельхиоровой оболочке швырнула его на землю.