Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)
Гаражная дверь открылась, и микроавтобус выехал на улицу.
Взглянув на мужчин, Аднан кивком показал на тело Ахмеда. Те подняли тело и сбросили в смотровую яму. Аднан тем временем перевязал руку, в которую угодила пуля — старания Алекса не прошли даром.
Аднан с самого начала подозревал, что Ахмед так просто дела не оставит, и не спускал с него глаз с того момента, как они погрузили президента в карету «скорой помощи». Тем не менее, дело едва не закончилось крахом.
Через несколько секунд трое оставшихся в гараже мужчин влезли в машину «скорой помощи». Аднан выступал в роли пациента. Рядом с ним сел доктор, третий из мужчин уселся за руль. Таков был план бегства, но первоначально он включал в себя и Ахмеда.
Аднан понимал, что их видели в больнице, и, вдобавок к этому, он получил огнестрельную рану. Велика вероятность того, что им не удастся проскочить посты на дорогах. Но зато они могут послужить прекрасной приманкой. После этого все быстро закончится. Аднан взглянул на доктора и по его виду понял, что его одолевают те же невеселые мысли. Аднан закрыл глаза и погладил раненую руку. Боль была вполне терпимой. Бывало и хуже. К его шрамам теперь добавится еще один. Но Аднан чувствовал, что этот шрам станет последним. У него не было ни малейшего намерения гнить в американской тюрьме или позволить проклятым американцам убить его электричеством, как какое-нибудь животное.
После того, как жилой дом покинули все обитатели за исключением засевших там снайперов, силы правопорядка дали массированный залп из гранатометов по окнам шестого этажа. Оба снайпера прекратили огонь, и самая серьезная перестрелка, имевшая место в Пенсильвании после великого сражения под Геттисбергом, завершилась. Стражи закона, вломившись в квартиру, обнаружили два тела. Надо сказать, что снайперы погибли лишь после того, как расстреляли все патроны к «М-50» и тысячи зарядов к ручным пулеметам. Оба их пулемета раскалились так, что к ним было невозможно притронуться.
Пациентов больницы эвакуировали, а агента Алекса Форда обнаружили лежащим без сознания на асфальте. После того, как его привели в чувство, он рассказал обо всем увиденном и сообщил, что президента увезли в машине «скорой помощи».
В пяти минутах езды от Бреннана Джамиля наткнулась на первый блокпост. Перед ней хвост в хвост стояли три машины, и полиция приказала всем, кто в них находился, выйти.
Она повернула голову и посмотрела на мальчиков. Младший уснул, а двое других не переставали реветь. Джамиля вдруг почувствовала, что по ее щекам снова потекли слезы.
Ахмед сказал, что не знает ее, и велел с ним не разговаривать. Его убили на ее глазах. Он попытался зарезать президента. Ахмед нарушил план, и был за это убит. Но больше всего ее потрясли его слова: «Я тебя не знаю». Ненависть сожрала его целиком, раздавив в своем безжалостном кулаке сердце поэта. Только так Джамиля могла объяснить то, что произошло.
К реальной жизни ее вернуло постукивание в окно. Стучал полицейский. Джамиля опустила стекло, и вой ребятишек достиг ушей копа.
— Боже, леди, с вашими детьми все в порядке?
— Они напуганы, — ответила нянька, начав заранее подготовленную речь. — Я тоже. Сирены ревут, кругом полицейские, люди кричат… куда-то бегут… Это какое-то безумие! Мир сошел с ума! Я везу детей домой, — сказала она. И без особой необходимости добавила: — Я их няня.
И Джамиля принялась рыдать, отчего детишки заревели еще громче. Шум разбудил малыша, и он, включив в дело могучие легкие, внес свой вклад в общий хор.
— О'кей, о'кей, — торопливо произнес коп. — Мы вас надолго не задержим.
Он кивнул своим людям, те быстро осмотрели машину, не забыв заглянуть и под нее. Там, в каких-то дюймах от них, находился президент. Однако он так и остался необнаруженным. Судя по благоуханию, исходившему от заднего сиденья, мальчишки успели не раз сходить под себя, и копам не терпелось приступить к досмотру следующего автомобиля.
— Всего доброго, — сказал полицейский и, захлопнув дверцу, милостиво махнул рукой.
Минуту спустя Джордж Франклин после множества неудачных попыток сумел дозвониться по номеру 911 и сообщить о том, что случилось в его доме. Он дал подробное описание Джамили, детей и транспортного средства. Но когда это сообщение достигло всех постов, Джамиля уже приближалась к точке назначенного ей рандеву.
Черный вертолет, развернувшись над местом проведения торжеств, совершил посадку там, где незадолго до этого стояли машины президентского кортежа. Одна из дверей вертушки распахнулась, из нее появился Том Хемингуэй и сразу заспешил к Картеру Грею, обсуждавшему какой-то вопрос с федеральными агентами.
— Боже мой, сэр! Мы узнали обо всем, когда возвращались из Нью-Йорка. Президент жив?
Судя по сосредоточенному взгляду Короля разведки, он уже успел составить план действий и установить необходимые приоритеты.
— Мы узнали, что президент похищен, — сказал Грей. — А мне надо как можно скорее быть в Вашингтоне.
Минуту спустя геликоптер взмыл в воздух и взял курс на юг.
Глава 56
Джамиля медленно возвращалась к дому Франклинов. Пересадка президента в другое транспортное средство заняла не более минуты, и вывоз прошел гладко. Она включила радио, чтобы узнать последние новости и заглушить нытье мальчишек на заднем сиденье. Эфир гремел сенсациями, однако в сопровождающих их комментариях было очень мало смысла. Сообщалось о множестве убитых, и вся страна, затаив дыхание, следила по радио и телевидению за тем, как президента доставляли в больницу. Скоро они узнают, что дело обстоит совсем не так, думала Джамиля.
Она настолько погрузилась в свои мысли, что не заметила догонявшего полицейского автомобиля. Она взглянула в зеркало заднего вида лишь после того, как в нем засверкали проблесковые маячки. До нее донесся многократно усиленный динамиком голос:
— Остановите машину и немедленно выходите!
Она не стала слушать, поскольку не имела ни малейшего желания выходить из нее. Тем более немедленно. Вместо этого она прибавила газу.
— Похоже, детишки по-прежнему с ней, — обращаясь к напарнику, сказал полицейский.
— Мы можем блокировать ее машину и попробовать потолковать, — ответил ему другой.
— Верно. Но что, если она откажется выходить? Ну-ка давай вызывай сюда снайпера. И скажи, что это срочно.
— Думаю, что ни одного снайпера не осталось. Ну и дела. Четыре года у нас здесь не было ни единого убийства, и вот в течение одного дня на нашем участке похищают президента, а какая-то ополоумевшая нянька крадет детей своих хозяев.
Далее по дороге, примерно в полумиле от них, другая полицейская машина заблокировала проезд. Заметив преграду, Джамиля съехала с асфальта и повела микроавтобус по траве. Копы были готовы возобновить преследование, но этого не потребовалось, поскольку Джамиля затормозила, поставив машину носом к дороге. После этого она расстегнула ремень безопасности и перебралась на заднее сиденье.
— Что, дьявол ее побери, она творит? — сказал один из колов. — Думаешь, она собирается что-то сделать с детишками?
— Кто знает? Как обстоят дела со снайпером?
— Как только я об этом заикнулся, диспетчер заржал. Думаю, что это скверный знак.
— Пока там дети, стрелять мы не сможем.
— Ну и что же нам делать?
— Взгляни! Дверца открывается.
Они увидели, как из открытой двери появились руки, и младенец оказался на траве. За ним последовали и двое старших.
— Ничего не понимаю, — сказал коп.
— Если она попытается их переехать, стреляй по шинам, а я попытаюсь достать ее через ветровое стекло.
Они вылезли из машины. Один из них держал в руке пистолет, второй вооружился помповым ружьем.
Однако у Джамили не было никаких намерений причинять вред детям. Бросив прощальный взгляд на каждого, она вернулась на водительское место. Старшему мальчику няня даже помахала рукой.