Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Прощай, Тимми! — сказала она через стекло. — Прощай, противный шалун.
— Няня… — пролепетал, заливаясь слезами, мальчуган и помахал в ответ.
Джамиля терпеть не могла Лори Франклин, но тем не менее испытывала облегчение оттого, что ей не пришлось убивать американку. Детям нужна мать.
Дальше она потратила некоторое время на то, чтобы достать из сумочки листок бумаги и что-то на нем написать. Аккуратно свернув листок, она сжала его в руке. После этого Джамиля запустила двигатель и вновь выехала на дорогу.
К охоте присоединился еще один полицейский автомобиль. Джамиля же повела машину в направлении полицейских, стоящих неподалеку от своей машины.
— Остановитесь! — крикнул один из них через портативный усилитель.
Джамиля не подчинилась — лишь сильнее вдавила педаль газа.
— Немедленно остановите машину, или мы стреляем!
Оба копа подняли оружие. Одна полицейская машина шла следом за микроавтобусом, вторая остановилась, чтобы подобрать детей.
— Стреляем по шинам, — сказал полицейский.
Два одновременно прогремевших выстрела пробили резину передних колес, но микроавтобус продолжал движение. Джамиля до отказа выжала педаль газа, и машина катилась практически на дисках, колотя обрывками покрышек по асфальту.
— Стой! — орал в микрофон полицейский.
Копы открыли стрельбу по задним колесам, но Джамиля не остановилась. Микроавтобус, подпрыгивая и виляя, катился на стражей порядка.
— Она психопатка и собирается нас задавить! — выкрикнул коп.
— Стой! — проорал другой. — Или мы стреляем!
Но Джамиля их даже не слышала. Она во все горло распевала на арабском: «Нет Бога кроме Аллаха». На какой-то миг мысли ее обратились к молодому человеку по имени Ахмед, который завладел ее сердцем. Ее поэт умер и наверняка пребывал на небесах.
Джамиля вспомнила о пророке Магомете, поднимавшемся по лестнице той судьбоносной ночью, чтобы достичь Далекой Мечети — благословенного «седьмого неба». Это был обещанный ей рай. Ничего столь же прекрасного на земле существовать не могло.
Она вдавила педаль газа в пол, и микроавтобус прыгнул вперед.
Помповое ружье и пистолет прогремели одновременно, и ветровое стекло ее машины брызнуло в салон.
Машина вильнула с асфальта на траву и, врезавшись в дерево, остановилась. В тот же миг раздался рев клаксона.
Полицейские подбежали к микроавтобусу и опасливо открыли дверцу со стороны водителя. Окровавленная голова девушки лежала на рулевом колесе. Она смотрела на копов широко открытыми, но уж ничего не видящими глазами. Когда один из полицейских отступил на шаг, из кабины на траву упал сложенный листок бумаги. Полицейский наклонился за ним.
— Что там? — поинтересовался напарник. — Записка самоубийцы?
Первый взглянул на листок, пожал плечами и передал бумагу коллеге:
— Я не читаю по-китайски.
Но это был не китайский, а арабский. Джамиля записала день и час своей смерти.
  
Глава 57
 
Во время полета в Вашингтон Картер Грей не произнес ни слова. Хемингуэй не пытался прервать размышления шефа, у него и своих мыслей было более чем достаточно.
Когда они приземлились рядом с Национальным разведывательным центром, Грей сразу выбрался из вертолета.
— Вы желаете, чтобы вас доставили домой, сэр? — спросил Хемингуэй.
Грей взглянул на него так, словно ослышался.
— Президента похитили, — сказал он. — Мне надо работать.
Он вошел в здание, вертолет снова взмыл в воздух. Хемингуэй, обращаясь к пилоту, что-то сказал в микрофон.
Тот в ответ кивнул, и геликоптер полетел на запад.
Хемингуэй обратил взор на пол кабины. В грузовом отсеке под его ногами мирным сном почивал президент Соединенных Штатов Америки Джеймс Бреннан.
Через несколько часов даже в самых отдаленных уголках мира знали во всех деталях то, что произошло в городке Бреннане, штат Пенсильвания.
Секретная служба немедленно привела в действие план обеспечения безопасности всех руководителей страны, начиная от вице-президента и кончая государственным секретарем. В соответствии с Двадцать пятой поправкой Конституции США обязанности президента временно взял на себя вице-президент Бен Гамильтон, и причиной этого, впервые за всю историю Соединенных Штатов, стало похищение президента.
 
И.о. президента чувствовал себя несчастным.
Гамильтон сделал устный выговор директору секретной службы и после разговора с ним пригласил в Белый дом руководителей всех разведывательных учреждений. Вице-президент высказал свое недовольство тем, что они уделили недостаточное внимание мероприятию, требовавшему чрезвычайно тщательного планирования и привлечения более значительных людских ресурсов. Гамильтон понимал, что похищение не только наносит ущерб государству, но и не будет способствовать его победе на выборах, если он в данный момент получит пост таким вот образом. Все давно знали о честолюбивых устремлениях вице-президента.
Грею он приказал явиться в Овальный кабинет поздним вечером.
Выслушав длиннющую гневную тираду в свой адрес и дождавшись, когда Гамильтон выдохнется, Грей спросил, не может ли он отбыть, дабы заняться поисками президента.
Как утверждают те, кто слышал из-за закрытых дверей ответ нового босса, его слова не могли быть напечатаны ни в одной из газет.
После возвращения из Бреннана Кейт пригласила Адельфию и всех членов Верблюжьего клуба вновь собраться у нее. На лице Адельфии все еще сохранилась печать смертельного ужаса. Кейт дала ей воды, но женщина продолжала сидеть, опустив взгляд на сложенные на коленях руки и медленно покачивая головой.
— Алекс в порядке, — сказала Кейт. — Но увидеть его мне не удалось. Я смогла лишь поговорить с ним по телефону. Да и то всего лишь пару минут.
— Не сомневаюсь, что в данный момент с него снимают показания, — произнес Робин. — Он оказался в центре заварухи и мог видеть нечто такое, что может помочь в поисках.
— А чего полезного увидели мы? — спросил Стоун.
— Много стрельбы, много умирающих людей и горящие машины, — ответил Милтон.
— Но перед этим явно что-то произошло, — вмешался Калеб. — Я увидел это на большом экране. Он схватился за сердце.
— Инфаркт? — высказал предположение Робин.
— Возможно.
— Стреляли арабы. — продолжил Робин. — А прежде чем моего соседа застрелили, я вырвал у него оружие.
— Нападение было хорошо скоординировано, — сказал Стоун. — Это было заметно, несмотря на хаос. Вначале стрельба. Затем живые факелы. А затем снова стрельба. При этом направление огня синхронно менялось.
— По крайней мере, лимузину президента удалось уехать, — заметила Кейт. — Пусть даже президента после этого похитили.
— Да. Но отъезд президента, вероятно, входил в планы преступников, — возразил Стоун. — После изоляции машины от кортежа. — Он взглянул на Милтона, ожесточенно стучащего пальцами по клавиатуре ноутбука. — Есть что-то новое, Милтон?
— Всего лишь подтверждение об исчезновении президента и сообщение о перестрелке в Бреннане рядом с больницей Милосердия.
— Больница Милосердия… — задумчиво произнес Стоун. — Если президенту стало плохо, то его должны были доставить именно туда. Такова стандартная процедура.
— И они сожгли «скорую помощь», — вставила Кейт.
— Это также входило в план, — ответил Стоун.
— Ну и что теперь? — обведя всех взглядом, поинтересовался Калеб.
— Нам необходимо поговорить с Алексом, — сказала Кейт. — Он должен просмотреть фильм.
— Боюсь, что парень сейчас очень занят, — заметил Робин.
— Я встречусь с ним, как только он будет дома. Я знаю, что он хочет помочь.
Что касается Стоуна, то он был в этом не очень уверен.
В комнате ситуационного анализа штаб-квартиры секретной службы кипела бурная жизнь. Несмотря на то, что расследование было формально возложено на ФБР, секретная служба не могла остаться в стороне от этого дела.