Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

Он старался ползти как можно быстрее. Звук шагов стал вдруг тише, и Алекс удвоил усилия. Он извивался на полу, словно змея перед прыжком. Но тут, по счастью, шаги снова зазвучали громче. Алекс добрался до пересечения с другим коридором, повернул на звук и пополз дальше. Затем он услышал, как открылась и захлопнулась какая-то дверь. Он пополз быстрее, и после того как сдвинулся чуть вправо, коснулся рукой стены. Рука уперлась в металлическую поверхность. Он поднялся и нащупал дверную ручку, однако дверь открываться не пожелала. Алекс достал пистолет и сделал несколько выстрелов в панель на уровне пояса. Видимо, одна из пуль попала в запор: дверь чуть скрипнула. Алекс толкнул ее и шагнул в проем. Воздух за дверью был значительно чище, но там царила полная тьма. Пока продолжалась вся эта заваруха, наступил вечер, а электричество в больнице, видимо, вырубили.
Алекс, поводив в темноте руками, нащупал перила лестницы и побежал вниз. Он то и дело спотыкался, а в конце лестничного марша, пропустив ступеньку, рухнул на площадку. Падение оказалось довольно болезненным, но Алекс сумел подняться и продолжить спуск, держась за перила. Оказавшись внизу, он побежал по коридору, а выскочив из дверей, успел увидеть, как Аднан садится в карету «скорой помощи». Алекс не сомневался, что президент находится в этой машине. Выстрелив без предупреждения, он попал арабу в руку. Аднан выстрелил в ответ. Алекс упал и скатился по бетонным ступеням вниз. Вскочив на ноги, он выстрелил еще раз, но сам получил удар по ребрам. Теперь с места водителя в него стрелял Ахмед. По счастью, пистолет у Ахмеда был малого калибра и выпущенная из него пуля не имела никаких шансов пробить бронежилет охранника секретной службы. Тем не менее Алексу показалось, что удар ему нанес сам Мухаммед Али. От боли Алекс сложился пополам, и в этот момент пуля Аднана вырвала клок кожи на его руке.
Карета «скорой помощи» с ревом умчалась, Алекс заковылял в том же направлении на отказывающихся повиноваться ногах. Грудная клетка невыносимо болела, из руки потоком лилась кровь, легкие саднило от дыма. Он упал на колени и разрядил вслед машине весь магазин, но остановить так и не смог. Алекс попытался что-то сказать в наручный микрофон, но тот не работал. Попавшая в руку пуля, судя по всему, повредила его. Последнее, что он увидел перед тем, как впасть в беспамятство, был хвост «скорой помощи». Но и тот сразу же исчез.
Так же как и президент.
И это случилось в его дежурство.
  
Глава 55
 
Джордж Франклин остановил машину на подъездной аллее перед домом. Он приехал с другого, противоположного месту торжества, конца города. Кроме того, радио он не включал.
— Лори! — позвал он. — Джамиля!
Бросив ключи на кухонную стойку, он прошел дальше, призывая домочадцев. Открыв дверь гаража, он был очень удивлен, увидев там кабриолет Лори и большой семейный джип.
Неужели все уехали на микроавтобусе няньки?
— Лори! Парни!
Уже начиная тревожиться, Джордж поднялся на второй этаж. Когда он открыл дверь в спальню и увидел на полу телефонный аппарат, а рядом с ним разодранную в клочья простыню, тревога его превратилась в самую настоящую панику.
— Лори, детка?
Из стенного шкафа послышался какой-то звук. Подскочив к шкафу, он распахнул дверцы.
— Боже мой, Лори! Что произошло? Кто это сделал? — бормотал он, трясущимися руками высвобождая жену.
Лори, когда муж освободил ее рот, набитый тряпьем, пробормотала чье-то имя, но Джордж не расслышал.
— Кто? — дрожащим голосом переспросил он.
— Джамиля… — едва слышно ответила Лори. — Она захватила… мальчиков.
Лори зарыдала. Франклин схватил ее в объятия и прижал к себе.
Карета «скорой помощи» влетела в гараж, и его двери тут же закрылись. Аднан и Ахмед выскочили из машины, открыли заднюю дверцу и выгрузили президента.
Джамиля заранее распахнула дверь микроавтобуса и теперь стояла рядом с задней боковой дверцей, пытаясь успокоить мальчишек. Они все пребывали в дурном расположении духа, но, по счастью, были слишком малы, чтобы самостоятельно освободиться от ремней безопасности.
 
Как только «скорая помощь» въехала в гараж, Джамиля подошла к хвостовой части микроавтобуса и нажала скрытую внутри машины кнопку. Пол автомобиля поднялся, открыв находившуюся под ним нишу, стены которой были выложены медью и свинцом, а сама она была разделена на две неравные части. В одну из них можно было поместить человека в позе эмбриона, вторая предназначалась для какого-то предмета цилиндрической формы. Первая была сделана по размерам президента Бреннана с допуском по периметру в один дюйм.
Джамиля с изумлением посмотрела на молодого человека, который отступил на шаг, чтобы позволить врачу, Аднану и другим людям снять президента с каталки.
— Ахмед? — изумленно воскликнула она.
Молодой человек обратил на нее взгляд.
— Ахмед… Это я, Джамиля.
Это был Ахмед, поэт из Ирана, тот, кто записал точную дату и час своей смерти; это был человек, давший ей так много добрых советов; человек, рядом с которым она надеялась провести вечность на небесах.
Но сейчас у него был такой взгляд, которого Джамиле никогда раньше видеть не приходилось. Таких глаз у него не было даже в те моменты, когда он пребывал в обличительном экстазе. Джамиля испугалась.
— Я тебя не знаю, — каким-то ожесточенным тоном произнес он. — Не обращайся ко мне, женщина!
Джамиля с болью в сердце отошла.
Когда Бреннана стали переносить с каталки в микроавтобус, Ахмед шагнул в сторону «скорой помощи». Джамиля заметила, как его рука скользнула в открытую дверь машины, но что он оттуда достал, она не увидела.
Когда Ахмед присоединился к остальным, Джамиля сделала еще одну попытку.
— Мы с тобой были в одном тренировочном лагере в Пакистане, ты должен меня помнить.
На сей раз Ахмед даже не удосужился ответить.
Джамиля вскрикнула, увидев в его руке нож. Острие клинка было направлено в шею президента.
Но Аднан оказался проворнее. Бросившись на Ахмеда, он повалил его на пол.
— Идиот! — крикнул Ахмед, вскакивая на ноги. — Неужели ты не видишь, кто попал в наши руки?! — Он указал на Бреннана. — Это же американский президент! Повелитель зла! Он уничтожил все, что у нас было.
— Ты его не убьешь, — ответил Аднан.
— Послушай! — вскричал Ахмед. — Нам никогда больше не представится такой возможности! Неужели ты этого не понимаешь? Американцы не перестанут убивать. Они прикончат нас всех при помощи своих танков и самолетов. Но мы можем убить его. Это погубит Америку.
— Нет! — яростно бросил Аднан.
— Но почему? — выкрикнул Ахмед. — Из-за этого плана? — Он презрительно скривил губы. — Этот план придумал американец! Разве ты не видишь, что мы действуем по их указке? Это заговор против нас! Чтобы всех нас убить. Я знал это с самого начала! Но сейчас у нас появилась возможность отомстить…
— У меня нет желания убивать тебя, Ахмед, но я сделаю это.
— Тогда убей!
Ахмед поднял руку с ножом, и Аднан выстрелил.
Ахмед сполз на землю. Пуля попала ему в грудь. Джамиля закричала. Аднан вернул пистолет в кобуру и, освобождая путь, ногой оттолкнул мертвое тело. Джамиля не сводила глаз с бездыханного тела поэта, и по ее щекам ручьем катились слезы.
Все продолжали спокойно заниматься своими делами, словно перед их глазами не человека убили, а прихлопнули поганого таракана. Бреннана погрузили в большой отсек, а в меньший поместили кислородный баллон. Доктор закрепил на лице президента кислородную маску и включил подачу газа.
Аднан вернул на место пол микроавтобуса и повернулся к рыдающей Джамиле.
— Он знал меня! — выдавила она между приступами рыданий. — Это мой Ахмед…
В ответ Аднан хлестнул ее по щеке. Это привело ее в чувство. Она перестала плакать, потрясенная.
— Садись в машину, — приказал Аднан, — и делай свое дело!
Джамиля, не произнеся ни слова, выполнила распоряжение.