Виктор III. Развязка (СИ)

Я завёл руки за спину, шустро вывел пальцами несколько пассов, провалился в транс и уставился прямо в лягушачьи глаза монстра. Мне нельзя было использовать голос, дабы не насторожить маркиза, поэтому я проскользнул в сознание чудовища. А там меня встретила ровная степь с высокой жёлтой травой и хибара, наподобие той, что была у помешанного на безопасности Наф-Нафа из сказки «Три поросёнка». Каменные стены, скромный размер, всего два окна, крыша, как у юрты, и дверь из досок. Я пошёл к ней с уверенностью бывалого домушника.
Помимо прошлого опыта, у меня появились знания из парочки книг, которые я недавно проштудировал. Поэтому мне не составило труда вообразить острый, точно бритва, простенький меч и перерубить дверные петли. Дверь с деревянным грохотом упала к моим ногам. И буквально через миг в прихожей возник брат-близнец той твари, в сознание которой я проник.
— Интересно-о, — протянул я, хмуро глядя на застывшего в угрожающей позе монстра. — Похоже, маркиз поработал со своей зверушкой. Поставил ей защиту. Придётся прорываться с боем.
Благо, время вне пределов сознания шло гораздо медленнее. В реальном мире пройдёт всего несколько секунд, а я уже здесь настругаю всех на пяточки. Правда, всё-таки не настругаю, а истыкаю стрелами. Луком-то безопаснее действовать. Я вообразил его и принялся расстреливать монстра. Ему хватило четырёх стрел, после чего защитник истаял. Мне удалось войти и двинуться дальше по коридору.
Двери в сознании животного ничем не отличались от человеческих. За ними так же скрывались воспоминания: хорошие иль плохие. Но свет здесь исходил не от керосиновых ламп, а от факелов. Их трепещущее пламя освещало пол и низенький потолок. А порой и падало на возникающих защитников. Я их всех шустро расстреливал. Они даже хрюкать не успевали.
Вскоре я достиг стальной двери, ведущей в глубины сознания. Здесь мне пришлось немного попотеть. Но всё-таки и эти дверные петли я одолел. Перерубил их топором. А дальше распахнула свои объятия тьма. Она скрывала не просто коридор, а целый запутанный лабиринт с ловушками и дверьми, за которыми прятались не воспоминания, а привычки, склонности, привязанности… 
Мне пришлось вооружиться факелом и ступить в эту доселе неизведанную мне область. Признаться, было страшновато. Но почерпнутые из книг знания подсказали мне создать робота-минёра. Конечно, это был не напичканный электроникой, блестящий металлом аппарат, а всего лишь увеличенный до приемлемых размеров деревянный конь на колёсиках. Я толкал его перед собой и шёл следом. Таким образом мне посчастливилось избежать капканов, арбалетных болтов, кипящего масла и пропасти… Последняя поглотила моего коня и пришлось создавать нового. А потом и ещё одного. Но я всё-таки сумел отыскать дверь в «капитанскую рубку».
Жаль, к этому моменту моя магическая энергия довольно сильно просела. В солнечном сплетении противно стонала нарастающая пустота. Всё же мне хватило сил вскрыть слабо сияющую во тьме стальную дверь с крупными клёпками. Явно Меццо постарался. У простого животного не могло быть такой защиты. У них обычно проходной двор.
Войдя в святая святых сознания, я увидел круглую комнату со множеством дверей. Это были основные черты характера, поведенческая модель, самые сильные привязанности… и много чего ещё. Теперь я мог кое-что переписать. И первым делом… хотя нет, не первым, а единственное, что я сделал, была смена привязанности.
После моих манипуляций в одной из комнат образ маркиза Меццо сменился моим. Теперь монстр будет считать, что это я его воспитывал с младых ногтей, кормил и дрессировал. Короче, он станет думать, что я его хозяин. Отлично.
Довольно улыбнувшись, двинулся в обратный путь. Он занял у меня гораздо меньше времени. А когда я вышел из хибары, то буквально через миг осознал себя в реальном мире.
На первый взгляд все люди оказались в прежних позах. Наверное, здесь прошло всего несколько секунд. Маркиз всё так же сверкал полубезумными глазами и держал за шею Веронику. А его револьвер был направлен в сторону Люпена. Он держал его в вытянутой руке.
 
Я негромко цыкнул. И монстр вцепился в руку Меццо. Тот истошно заорал от боли. А затем на пол упала половина руки, которая продолжала сжимать оружие. Чудище перекусило конечность маркиза в области локтя. Из оставшейся культяпки щедро брызнула кровь, заливая плащ Вероники. Та истерично завопила и метнулась к барону. А сам маркиз побелел от болевого шока, закатил глаза и осел на пол. Его бессмысленный взгляд устремился в сторону окна.
— Не помер, — резюмировал я, хмуря брови. — Хотя, может и помереть от потери крови, если не перетянуть оставшееся от руки «крылышко». 
Учитель достал свой револьвер и выстрелил в голову Меццо. Мозги и кровь окрасили обои и стали медленно стекать по стене.
— Поспешим, — решительно бросил Люпен и чуть ли не бегом помчался дальше. В конце этажа должна находиться винтовая лесенка, ведущая в башню. А уже из неё можно выбраться на крышу.
Мы ринулись за учителем. И за нами устремились не только химеры барона, но и Кракозябра маркиза. Марк покосился на неё и сдавленно выдал:
— Вик, моё почтение. Я даже ничего не заметил. А ведь Меццо, наверняка, защитил сознание этого чудища.
— Нет ничего невозможного для моего мастерства, — самодовольно улыбнулся я, глядя в спину барона, безжалостно добившего маркиза. А куда деваться? Если бы Меццо выжил, то стал бы мстить.
  
Глава 12
 
Глава 12. Трудный выбор. 
В башню вела узкая винтовая лестница с железными ступенями, которые неприятно вибрировали под нашими ногами. А вход в башню охраняла массивная стальная дверь, которую и из танка хрен вышибешь. Но где не помогает грубая сила, там вполне может справиться Вероника. Её шустрые пальчики вскрыли замок, после чего мы вошли в круглое помещение с прикрытыми решётками окнами и крышей-колпаком.
— Пригнитесь, — прошипел я, заметив через мутное стекло с рунами пяток силуэтов. Они топтались на крыше метрах в десяти от нашей башни.
— Три паладина и два мага: один воздуха, а другой — огня, — определил Люпен, проследив направление моего взгляда.
— Как они забрались сюда? — прогудел Марк, то и дело вытирая грязным платочком потное лицо.
— По «Воздушной лестнице», — буркнул Эд и с неодобрением посмотрел на некроманта, как круглый отличник на всё время прогуливающего занятия двоечника.
— А, да, верно, — почесал затылок Марк и улыбнулся.
— Помолчите, господа, — рыкнул на них Люпен. — Предлагаю с помощью монстра маркиза, а сейчас уже Виктора, отвлечь паладинов и магов. Сами же мы выберемся на крышу и проникнем в портал.
— А может в качестве поддержки с этой Кракозяброй отправить ваших химер? — предложил я, кивнув на мерзкое шипасто-зубастое трио, крутящееся возле учителя.
— Нет. Если паладины выживут, а они, вероятнее всего, выживут, то уже утром люди Императора будут искать в столице химеролога, который сумел создать таких дивных существ. И эти люди непременно вспомнят о некоем бароне Артуре Люпене, — объяснил аристократ.
— Тогда пора действовать. Время-то идёт, — напомнил я и приказал Кракозябре вырвать решётку. Она подошла к тому окну, которое находилось с противоположной от паладинов стороны, а затем сжала чудовищные челюсти на решётке и без видимых усилий, со скрежетом, вытащила её из стены.
— Вот это мощь, — восхитился Марк и прищёлкнул языком, точно отведал божественного вина.
— Ага, — поддакнул я и приказал монстру проделать то же самое с другой решёткой, той, которая скрывала окно, выходящее на сторону паладинов.
Кракозябра выполнила мой приказ, а потом со звоном разбила стекло, с трудом протиснулась в оконный проём и рванула на паладинов. Её когти заскрежетали о черепицу, а из пасти вместе со слюнями стало вылетать глухое, сердитое рычание.
Паладины встретили монстра выстрелами из крупнокалиберных револьверов. Но пули отскакивали от костяной брони твари. И даже молния, пущенная магом воздуха, стыдливо расплескалась об защиту Кракозябры. А она, в свою очередь, сбила с ног мага огня, схватила его за голову челюстями и потащила в противоположную от нашей башни сторону. Бедолага вопил, как поросёнок под ножом. А оставшийся маг и паладины повернулись к нам спинами и принялись воевать с чудовищем.