Меч и ручка

Она присела на корточки рядом с ним. Джесс проверил пульс на шее Глен и нашел его ритм:
– Пока нет.
Его голос прозвучал на удивление спокойно. Как будто ответ на самом-то деле и не имел для него никакого значения. Может, так и было. Может, все это и неважно. В этот момент Джесс почувствовал слабость, легкое головокружение.
– Куртку, – приказала Анита, и Джесс снял мундир и отдал ей. Анита с силой прижала ткань к ране Глен спереди и повернула ее на бок. Кровь хлестала и из раны на ее спине. – Фадил! Рубаху!
Охранник, стоящий к ним ближе всего, снял свою черную рубашку и отдал, не проронив ни слова. Анита скомкала ту и прижала к ране. Она схватила Джесса за руку и положила его руку на ткань.
– Прижимай покрепче. Фадил, приведи нашего лекаря. Иди.
Мужчина, оставшийся без рубашки, бросился прочь.
– Доктора, – повторил Джесс. Доктора были ненамного лучше деревенских ведьм и травников в большинстве своем. – Ей нужен обученный медик!
Анита сказала:
– Мой лекарь был медиком до того, как мы хорошенько ему заплатили, убедив тем самым покинуть свой пост. Не переживай за Глен. – Она глянула на Джесса. Выдавила из себя улыбку. – Вам повезло, что мой дом создан для подобных ситуаций. Это настоящая крепость, любимое убежище моего отца, полностью укомплектованное персоналом и припасами. Твоя подруга выбрала подходящее место для того, чтобы оказаться раненой.
Джесс понимал, что ему следует испытывать куда больше эмоций, чем он на самом деле испытывал в нынешний момент; Глен была его другом, хорошим другом, однако внутри у него стояла тишина. Ведь он сам все отключил в себе до этого, так было куда легче выполнять необходимую работу. Он все еще не пришел в себя от потери Брендана; если подумать, он до сих пор еще даже не смирился с его смертью. А теперь Глен. «Нет». Он не мог позволить себе все это чувствовать.
– Прочь с дороги, – сказал тонкий, пронзительный голос, и человек в темном шелковом халате ловко опустился на то место, которое занимал Джесс, только что поднявшийся на ноги. – Меня зовут Бернхам, я врач. А это у нас кто? – Джесс понял, что врач говорит с Глен и полностью игнорирует всех остальных. Сначала Джессу показалось, что целителем был мужчина, но затем падавший на них свет изменился, и Джесс решил, что это женщина, хотя целителю явно было совершенно неважно, что могут подумать другие. «Глен нашла родственную душу», – подумал он.
– Это Глен Уотен, – сказал Джесс.
Поразительно, но Глен и сама заговорила. Джесс не был уверен, когда она пришла в себя; он не видел ее лица. Голос Глен звучал медленно и почти что сонно.
– Лейтенант армии. У капитана Санти… То есть… Я не знаю, кто теперь будет моим капитаном. Джесс? – Ее голос стал вдруг резче, когда она произнесла его имя. – Они же не сделают Зару капитаном, правда?
– Нет, – сказал он. – Не сделают. – Тревожило то, что Глен вообще это сказала; Зара их предала, бросила, перешла на сторону архивариуса. Убила его брата. Она была не в своем уме. – Может, Бота.
– Было бы неплохо, – сказала Глен. Ее голос стих, и она закрыла глаза. – Бота.
– Солдат. Солдат! – Ответа не последовало. Бернхам недовольно, неразборчиво заворчал, а потом сказал: – Госпожа Анита, мне понадобится незамедлительная помощь, чтобы перенести ее в операционную. Нужно зашить раны и исправить повреждения, которые нанесла пуля. И ей понадобится кровь. Много крови.
Анита щелкнула пальцами, и вперед вышел охранник, который подхватил Глен на руки. Он чуть поморщился – она была далеко не из легких. Бернхам кивнул и быстро зашагал в сторону левого коридора. Анита осталась, наблюдая за Джессом, который хотел было сделать шаг назад.
Он потерял равновесие и упал на спину, в изумлении охнув. Вздох обратился в кашель, который чуть не лишил его чувств. Перед глазами помутнело. Когда Джесс снова пришел в себя, то уже сидел у стены, а холодная рука Аниты была у него на лбу. Он поверхностно, рвано дышал. Выражение лица Аниты было взволнованным, но она попыталась это скрыть, когда поняла, что Джесс заметил ее беспокойство.
 
– Ну что ж, – сказала она. – Полагаю, ты будешь еще одним пациентом у моего доктора. Что с тобой произошло?
– Газ, – сказал Джесс. Он не нашел в себе сил, чтобы соврать. – Ловушки в кабинете архивариуса.
– Все плохо?
– Достаточно плохо, – сказал он.
– Тебе что-нибудь нужно?
– Лекарство.
Джесс пошарил в кармане и вытащил маску, которую дал ему медик. Приложил ее ко рту и носу и сделал глубокий вдох, чтобы лекарство добралось до самых поврежденных участков его легких. Внутри все зажгло, но, по крайней мере, Джесс уже начал к этому привыкать. Через несколько мгновений стало легче и уже не так все болело. Однако Джесс уже не обманывал себя тем, что маска его лечит. Ему поможет лишь время и отдых.
И ни того ни другого в его распоряжении не имелось и вряд ли будет иметься.
Анита не ушла. Она опустилась на колени, положив руки на ноги, и наблюдала. В доме все бегали по делам в организованном хаосе, и Джесс убрал маску, чтобы сказать:
– Просто оставь меня. Тебе есть чем заняться.
– Нет, – сказала Анита. – Пока нет. Мои люди знают, что им делать. Я мало чем им помогу. Надень эту штуку обратно и дыши.
Джесс повиновался. Он не понимал, почему доверяет Аните, однако доверял. Скорее всего, это было глупо и безрассудно, но любой покой прямо сейчас лучше, чем никакого покоя.
В этот самый момент участь Глен казалась Джессу чем-то далеким, и он задумался, а не шок ли у него. Нет, не может быть. Он ведь солдат. Он и прежде видел, как его друзья калечатся и умирают. Сейчас то же самое. Верно?
– Джесс? – Анита звала его по имени. Он понял, что что-то упустил. Оторвав взгляд от запертой двери, Джесс посмотрел на Аниту. – Как думаешь, сможешь сейчас встать? – спросила она.
– Да. – Он убрал маску и поднялся. – Мне следует пойти разыскать снайпера.
– Не будь дураком. Пошли со мной. Пожалуйста.
Джесс пошел за ней, потому что, в конце концов, не смог придумать занятия получше. Анита провела его через центральные двери, что вели из холла, и никто из охранников за ними не последовал. За дверями оказался огромный, просторный внутренний садик с фонтаном, роняющим капли в большой бассейн. В нем плавали японские карпы кои. Джесс замер, чтобы поглядеть на лениво дрейфующих рыб в воде. В саду пахло травами, а еще едва уловимым ароматом почвы под ногами. Тут же неподалеку располагались удобные кресла для отдыха. На одном из них лежала забытая оригинальная книга. Джесс подошел, чтобы развернуть книгу обложкой и прочитать заголовок.
«Государь». Макиавелли. Запрещенная книга из списка ограниченного доступа в Кодексе; заполучить разрешение Великой библиотеки на ее чтение через Кодекс могли лишь некоторые избранные и лишь на непродолжительное время. Если бы эту книгу можно было читать легально, ее бы просто отражали в бланках, однако это была переписанная от руки копия в синем кожаном переплете с названием, поставленным золотым штампом. Забавно, Джесс знал эту книгу почти наизусть. Он взял ее из хранилища отца, когда ему было четырнадцать, и держал у себя на протяжении почти года, пока отец не заметил пропажу. Редкая книга. Опасная и противозаконная.
Джесс повернулся к Аните, которая замерла у фонтана.
– Твоя? – Он вскинул руку с книгой.
– Да, – ответила она. – Подарок отца. – Джесс видел, как в глазах блеснули чувство вины и страх, охватившие ее. – С лучших времен.
– Когда похоронный обряд?
Он положил книгу обратно туда, где та лежала. Джесс задумался, сможет ли Анита когда-либо вновь открыть эту книгу и не вспоминать момент, когда она убила своего собственного отца, чтобы спасти жизни двух глупых мальчишек Брайтвеллов. – Когда все успокоится, – сказала она. – Я отдала тело в храм, где его подготовят к погребению. У него есть красивая мастаба [1], которая готова его принять. Он немало на нее потратился. Я постараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы его жизнь на том свете была именно такой, какой он ее и задумывал. Точно как постарался и он для моих братьев. – Ее голос чуточку дрогнул, когда она это произнесла, и Джесс увидел блеск слез, собирающихся в ее глазах. Анита сделала глубокий вдох и сморгнула слезы. – Можешь взять книгу себе, если хочешь. Я буду рада, если она отыщет себе добрый дом.