Твоя маленькая ложь (СИ)

— Слушай, что с тобой происходит? — спрашиваю я. — Это как-то связано с Селеной?
— Эли, я не хочу сейчас об этом говорить, — устало произносит она, направляясь в свою комнату.
— Хорошо, поговорим, когда захочешь, — бросаю вслед я и наблюдаю как незнакомая участница оборачивается на мой голос, когда Ника уже заходит в комнату.
Я без сил плюхаюсь на кровать и беру в руки телефон, до ужина остается буквально час, и я мысленно радуюсь, что целый час можно просто поваляться в кровати, не соблюдая осанку. Признаться честно, я никогда не смогла бы стать настоящей принцессой. Не понимаю, как они беспрекословно соблюдают весь дресс код до последней ниточки, бояться сесть не так и сделать лишнее движение, а твой муж на публике перестает быть мужем и становится просто занудным дипломатом.
Я захожу в интернет, чтобы почитать новости, но натыкаюсь лишь на бесконечные фотографии Чарльза Кристиана на первых планах и неимоверным количеством фотографий участниц. Один журнал уже составил рейтинг участниц и определил кто же, по их мнению, дойдет до финала. Боже, какой бред, Расмуссен на первом месте, кто бы сомневался. Я с раздражением покидаю сайт и натыкаюсь на новость, которая затмевает все предыдущие «Шокирующая правда об участнице отбора. Неужели принцессой может стать бывшая воровка»?
Что?!
Кликаю на фотографию Ники с интригующий заголовком. В статье изображена фотография с черно-белого видеонаблюдения, как Ника в бесформенной черной толстовке с капюшоном маячит возле прилавка с конфетами и жвачками, и другая фотография как ее через минуту задерживает полиция. Неизвестный журнал пишет: «Год назад Ника Йоргенсен была уличена в краже нескольких кондитерских изделий и пива. Пропажи обнаружили у девушки в сумке, когда продукты пропищали в противокражной системе возле дверей магазина. Йоргенсен до последнего утверждала, что не причастна к краже…»
Что?! Нет, не может быть, это какая-то провокация! Здесь не показано, как она своими руками берет вещи и кладет их в сумку!
Телефон в руках начинает истошно вопить и вибрировать, и на экране я улавливаю имя Карен.
— Привет, — вздыхаю я.
— Привет, слушай, хорошо, что ты взяла трубку, — быстро бормочет подруга. — Что у вас там происходит? По всему интернету разлетелись кадры с какого-то магазина, где…
— Да, я только что увидела, — перебиваю я.
— Хочу услышать информацию из первых уст, как говорится. Это правда? — интересуется Карен. — Просто эти фотки сначала разлетелись по всем чатам «WhatsApp» и потому уже их подхватили журналисты. Я сначала не поверила, мало ли фейк какой-то, а с таким масштабом я уже начала сомневаться.
— Подожди, как ты сказала? — задаю я риторический вопрос, рывком вставая с кровати. — По всем чатам?!
— Ну, да. Сначала один официант с работы прислал это в наш групповой рабочий чат, а потом и в другие разлетелось, — недоуменно говорит Карен, предвкушая мою интонацию.
— Кажется, я знаю кто это подстроил, — задумчиво проговариваю я, на ходу обувая каблуки.
— Думаешь, это какая-то провокация? — сомневается Карен.
— Не думаю, а знаю, — отзываюсь я. — Есть тут у нас одна всемогущая дама.
— Ты про Селену Расмуссен? Про нее ходят противоречивые слухи… — глухо проговаривает подруга. — В основном, за нее болеет большинство. Но я, конечно же, болею за тебя и Грету.
Я улыбаюсь, пуская молчаливые взгляды на сад Фреденсборга, вид на который выходит из моих окон.
— Карен, позвони мне завтра, я постараюсь что-нибудь разузнать по этому поводу, — говорю я и быстро кладу трубку.
Врываясь в комнату Ники без стука, я обнаруживаю ее за раскладыванием вещей в чемодан, одновременно вытирающей слезы на покрасневших щеках. Она недоуменно устремляет взгляд в мою сторону и тут же снова начинает раскладывать вещи как ни в чем не бывало.
— Стой! Что ты делаешь? — быстрым шагом я подхожу к ней и рывком забираю маленький черный чемодан. — Тебя выгнали?
Некоторое время девушка молчит, продолжая собирать вещи, одновременно вытирая слезы тыльной стороной ладони.
 
— Я сама ухожу, — проговаривает она, хлюпая носом.
— Что? Нет! Только из-за этой дешевой провокации? — восклицаю я, вскидывая руки вверх. — Я верю, что ты не делала этого!
Ника со вздохом отчаяния опускает руки и поворачивается ко мне всем своим телом.
— Да, меня тогда подставили и через неделю нашли того, кто это сделал, а с меня сняли все обвинения практически сразу, — она делает паузу и сразу продолжает, когда видит мое лицо, полное возмущения. — Но это не отменяет того, что вся страна увидела меня в таком свете. Да и кто мне поверит? Все поверят этой мисс выскочке. И, признаться честно, мне этот принц и титул вообще не сдались… Я пришла сюда лишь ради еженедельного пособия, а после сегодняшних заявлений Оберг мой пыл немного поутих…
Неужели кто-то еще позарился на пособие, а не на принца и безбедную жизнь?
— Я тебе верю и Грета с Мартой тоже поверят, — убежденно проговариваю я. — Да и к тому же, все знают, что потенциальных участниц отбора на первых этапах проверяют вдоль и поперек и, будь у тебя судимость, тебя бы здесь не было!
— Эли, ты слышишь себя? — безутешно спрашивает Ника. — Эта стерва меня опозорила на всю страну и теперь уже неважно, совершала я преступление или нет. Она унизила меня на глазах у всех.
— Но это не повод уходить! — восклицаю я, вырывая у нее из рук второй чемодан. — Я же вижу, ты сильная, еще не время опускать руки…
Девушка со вздохом отчаяния поднимает голову вверх и расставляет руки по швам, пытаясь сдержать накопившиеся слезы.
— Ты знаешь меня всего несколько дней, не делай преждевременных выводов, — тихо проговаривает она в потолок, вытирая слезы тыльной стороной ладони.
— Порой достаточно и нескольких дней, чтобы узнать человека, а иногда и всей жизни не хватает, чтобы предугадывать каждое его действие и слово… — отвечаю я и раскрываю чемодан, вываливая все содержимое обратно на кровать. — Ты осознаешь, что, сбегая от всей этой ситуации ты идешь на поводу у Селены? Представь ее лицо, когда она узнает, что ты ушла? Представила?!
— Представила и это ужасно, — подавляя смешок, проговаривает Ника, направляя взгляд в мою сторону. — Я не должна этого допустить.
— Вот такая Ника мне нравится, — честно признаюсь я, обнимая ее в ответ и спустя секунду она отвечает на мои объятия.
— Я остаюсь только ради того, чтобы не видеть ее противного самодовольного лица с победной улыбкой, — говорит Ника, слегка отстраняясь от меня.
— Хорошо, только ради этого, — в ответ улыбаюсь я, оглядывая ее комнату. — Вау! Да у тебя просто бомбический вид на город!
  
Глава 14
 
Все время до ужина мы проводим с Никой в ее комнате, обсуждая все на свете вдоль и поперек. Кажется, нам и нескольких суток не хватит, чтобы досконально обсудить то, что нас беспокоит и восхищает, объединяет и разъединяет, что мы любим и ненавидим одновременно.
— Стоп! — резко восклицает Ника, рывком подрываясь с кровати. — Мы чуть не остались без ужина!
— Черт, чуть не забыли, — бубню под нос я, обувая туфли на каблуках.
— Честное слово, у меня такое ощущение, что я стираю ноги в мясо каждый раз, когда обуваю их, — хмурится Ника, выходя из комнаты.
— Не ты одна, — отвечаю я, изображая вселенскую боль на лице.
Мы заходим в обеденную залу и сразу видим два свободных стула, покорно ожидающих нашего возвращения. Гордо проходим мимо Селены и ее «подружек», наплевав на мучительную боль в ногах и замечаем, как она провожает нас ядовито-презрительным взглядом. Расмуссен продолжает щуриться еще некоторое время пока мы не садимся за стол.
 
— Держу пари, она была уверена, что ты не придешь на ужин, — невзначай говорю я и беру в руки теплую булочку с кунжутом, замечая на Нике беглые взгляды других участниц.
— Похоже не только она, — девушка сжимает губы в плотную линию и, игнорируя всех, принимается за Стекте-Силд.