Твоя маленькая ложь (СИ)
Хмурым взглядом я еще раз оглядываю девушек, откровенно наблюдающими за нами и с голодным рвением накидываюсь на жареную рыбу, приправленную сладким луком. Спустя несколько минут молчаливого ужина, я запиваю блюдо горячим шоколадом и замечаю раскатистый смех Селены и двух ее подружек, которые уставились в телефон.
Ника продолжает испепелять взглядом девушек, и я замечаю, как она сжимает ладони так, что костяшки пальцев начинают белеть, и понимаю, что еще мгновение и она разнесет половину обеденной залы.
— Что вас так рассмешило? Может, поделитесь? — с издевкой проговариваю я, слегка прищуриваясь. — Необязательно собираться в кучки и обсуждать кого-то, — язвительно цитирую слова Расмуссен.
Селена поднимает на меня недоуменный и слегка удивленный взгляд, раздумывая над ответом, едва приподнимая одну нарисованную бровь.
— Думаю, вы уже и так все видели, — самоуверенно говорит она, с противной улыбкой на лице.
— Закрой свой рот! — восклицает Ника, резко подрываясь со стула.
— Ника, она того не стоит! — тут же отзывается Грета на противоположной стороне стола.
— Надо же, как мы нервничаем, — смеется Селена, наслаждаясь бешенством девушки. — Я не собираюсь вести диалог с какими-то бедными воровками, — она медленно встает со стула и облокачивается ладонями об стол, приближаясь к Нике. — Ты на дне, тебе некуда падать.
— Прекрати провоцировать! — восклицаю я, резко вставая из-под стола в ответ, скрипя ножками стула. — Я рада, что ты выплеснула все дерьмо, которое накопилось у тебя внутри. Наконец-то появилось место для чего-то хорошего…
Расмуссен неохотно переводит на меня свой надменный взгляд, презренно оглядывая с ног до головы, от этого я хмурю брови еще больше, задирая подбородок вверх.
— Ты сейчас нахамить пыталась, куколка? — тихим голосом спрашивает Селена. — Что ж, я хотела оставить тебя на десерт, но сейчас мне резко захотелось сладенького…
Она гордо поднимает подбородок вверх, отодвигает стул и выходит из обеденной залы под молчаливые и недоуменные взгляды присутствующих. Ее подружки на ходу закусывают булку и запивают горячим шоколадом, направляясь за своей предводительницей.
Ника падает на стул, громко выдыхая.
— Зачем ты влезла? Теперь она и на тебя компромат опубликует, — раздраженно говорит она, хватаясь за лоб.
— Я не могу молчать, когда она откровенно насмехается над нами, — признаюсь я. — И пусть публикует, мне нечего скрывать.
— Господи, ты сумасшедшая… — бубнит девушка, роняя лицо на руки.
***
Я неохотно открываю глаза и несколько раз моргаю, прежде чем прийти в себя. Отрывая голову от подушки, тянусь за телефоном и смотрю на время, с ужасом осознавая, что в этот момент уже должна спускаться на утреннюю зарядку.
— Какого черта?! — недоумеваю я, резко подпрыгивая с кровати и тут же жалею об этом, когда боль в теле после вчерашней зарядки мгновенно отзывается во всех существующих мышцах.
Со скоростью света я молниеносно снимаю футболку и шорты, в которых сплю и надеваю спортивный костюм, на лету обувая кроссовки. Напрочь забывая про свой внешний вид, я лечу вниз по лестнице, одновременно сооружая на голове высокий хвост. Выбегая на лужайку, я наблюдаю, как участницы во главе с тренером начинают построение на пробежку.
— Хансен, опаздываешь! — восклицает Ричард с легкой улыбкой на лице скорее забавно, чем строго. — Еще одно опоздание и штраф.
— Простите, будильник не сработал, — виновно отвечаю я, вставая в строй.
Сегодня на парне идеально сидит облегающая белоснежная футболка, подчеркивающая его бицепсы и все те же красные шорты. Он берет в губы свисток и через мгновение вокруг раздается протяжной свист, означающий начало нашего движения. Я, не торопясь, начинаю с легкого бега, более похожего на быструю ходьбу и пропускаю нескольких участниц вперед.
— Что случилось? — спрашивает Грета, подбегая ко мне. — Ты же не любишь опаздывать.
— Ничего не изменилось, я все так же не люблю опаздывать. Просто мой будильник решил выключиться и подставить меня, — признаюсь я, хмурясь от палящего солнца.
— Ты уверена, что это будильник тебя подставил? — сомневается Ника, поравнявшись со мной.
— Нет, я точно помню, как я ставила его вечером… — я направляю на нее недоуменный взгляд. — Что ты имеешь в виду?!
Ника пожимает плечами, направляя взгляд вдаль.
— Я уже ничему не удивлюсь, — отстраненно проговаривает она.
— Вы видели расписание на сегодня? — спрашивает Грета. — Нас сегодня ожидает урок танцев, и я уже предвкушаю как мы будем танцевать друг с другом, — она улыбается вдаль.
— Стоп, что? Какие танцы? У меня не было никакого расписания, — я хмурюсь, вспоминая расположение предметов в комнате.
— Ты уверена? — сомневается Ника. — Горничные принесли его нам еще вчера после ужина.
— Неужели они забыли про меня? — недоумеваю я.
На последних двух кругах вокруг сада мы почти не разговариваем, экономя свои силы и энергию и на последнем вздохе пробегаем круг и слышим звонкий свисток. Оставшееся время пытаемся перетерпеть бесконечную боль в мышцах, не утихающую ни на минуту, и делаем общеукрепляющие упражнения, повторяя за тренером.
— Дамы, чтобы вы не умерли от жажды, на лужайке всегда будет стоять ящик с прохладной питьевой водой, — забавным голосом проговаривает Ричард в конце зарядки и кивает в сторону пластмассового ящика с небольшим количеством бутылок.
— Чтобы мы не умерли? Как мило, администрация так заботится о нас… — усмехается Ника.
— Цените это, — подмигивает парень.
— Почему вчера не было воды? — недоуменно спрашивает Тильда, облокачиваясь об колени, пытаясь восстановить дыхание после упреждения.
Ника мгновенно выпячивает глаза в мою сторону, пока Тильда задает вопрос.
— Он мне подмигнул! — шепчет она, и я с глупой улыбкой на лице подавляю желание закатить глаза.
— Хотел проверить вашу выносливость и много ли среди вас тех, кто будет ныть по поводу отсутствия воды, — с усмешкой говорит тренер.
— Я вчера выпила три стакана сока после зарядки, — констатирует Абели, усмехаясь.
Я продолжаю наблюдать за ящиком, изнемогая от желания сделать несколько глотков воды и мое пересушенное горло полностью соглашается со мной. Наконец, Ричард завершает утреннюю зарядку, и мы как голодные собаки накидываемся на воду.
— Ты заметила? — спрашивает Ника и начинает принюхиваться, удерживая бутылку в руках, когда мы идем во дворец. — Скандалом не пахнет.
Оглядываясь, я убеждаюсь в словах девушки.
— Действительно, Селены не было на зарядке, — подтверждаю я.
— Эта стерва по любому сейчас нежится в своей кроватке пока мы тут потеем как свиньи и умираем от жажды, — она закатывает глаза и делает еще один глоток воды.
Я улавливаю одного гвардейца на главном входе во дворец в синем повседневном кителе, светло-синих брюках в белую полоску и медвежьей шапке с полковой кокардой. Заранее сочувствуя головному убору мужчины в столь жаркий июльский день, я подхожу к нему с немым вопросом на лице.
— Доброе утро, где я могу найти госпожу Оберг? — спрашиваю я, глядя в серые глаза мужчины.
Он продолжает упорно смотреть куда-то вдаль, полностью игнорируя вопросы и мое присутствие в целом. Повторяя свой вопрос еще раз, я приближаюсь ближе к служащему, ожидая от него хоть какого-либо ответа.
— По-моему, он не разговорчивый, — усмехается Ника.
— Гвардейцы не обязаны вести диалог с кем-либо во время службы, — неожиданно раздается голос Ричарда позади нас, и мы оборачиваемся, наблюдая как тренер приближается к нам, удерживая пустой ящик из-под бутылок. — Что ты хотела спросить у Оберг? Я ей передам.
— Я хотела сказать, что мне вчера не принесли расписание на сегодняшний день, как всем остальным.
— Хорошо, я распоряжусь, чтобы тебе незамедлительно принесли расписание, — с легкой улыбкой сообщает Ричард, забавным взглядом карих глаз рассматривая нас с Никой. — И на будущее, гвардейцы не те, с кем можно поболтать по душам, поэтому к ним лучше не обращаться с какими-либо просьбами или вообще лучше никак с ними не контактировать.