По правде говоря (СИ)

Мне кусок в горло не лез. Я осторожно поглядывала по сторонам, на лица людей за столом, но, кажется, никого кроме меня, язвительный тон Романа Артуровича не беспокоил. Видимо, все привыкли. Вот тебе и замечательная семья достойная зависти окружающих и показывающая пример.
- Вика, вы в курсе, что Андрей отменил свадьбу?
Кусочек курицы комом встал у меня в горле, пришлось схватиться за бокал с минеральной водой.
- Я что-то об этом слышала, - ответила я хозяину дома.
- Серьёзно?
Елизавета Витальевна глянула на меня через стол и попросила:
- Вика, не обращайте внимания.
- Лиза, ты с ума сошла? Ей как раз и надо внимание обращать. Если не хочет оказаться следующей брошенной у алтаря невестой.
- Папа, если я однажды отменил свадьбу, это не значит, что я стану делать это каждый раз.
- Правда? И почему же нет? Как мне показалось, тебе понравилось. Кстати, его свадьба должна была состояться как раз в эти выходные.
Вот это была очень интересная и удивительная информация. Настолько, что у меня совершенно пропал аппетит. Андрей рассказал мне про свою невесту, про то, что решил отказаться от брака с ней, но как-то позабыл сообщить, что это произошло буквально недавно. Насколько понимаю, считанные недели, а, может, и дни назад.
Елизавета Витальевна вдруг вздохнула.
- Сегодня утром привезли торт. Я совершенно забыла его отменить. Что теперь с ним делать ума не приложу.
Андрей сидел рядом со мной и злился. Я чувствовала его злость, несмотря на то, что с виду он казался равнодушным и отрешённым к словам родителей. Но он злился, буквально кипел. А я понимала, что злюсь на него. Для чего он втянул меня во всю эту историю? Зачем привёз меня в Москву, привёл в дом родителей?
- Отправьте в какой-нибудь благотворительный центр, - сказала я. – Или в детский дом. Дети порадуются.
На меня все посмотрели. Причём, удивлённо. Словно я озвучила что-то странное и непотребное. Но это длилось всего секунду, после чего Елизавета Витальевна согласно кивнула.
- Вика права. Думаю, так и нужно поступить.
- Вика права, - повторил Андрей слова матери, но гораздо тише и совсем с другой интонацией. Без злости, но посмеивался, а вот мне было совсем не до смеха. Ужин закончился, все, наконец, смогли выйти из-за стола, Елизавета Витальевна предложила всем кофе с пирожными в гостиной, а я при первой возможности поспешила выйти в сад через распахнутые стеклянные двери. Через несколько минут ко мне присоединился Андрей, подошёл ко мне сзади, его руки легли на мою талию и крепко сжали, довольно откровенно притиснув к его телу. И он прошептал эти насмешливые слова мне на ухо. – Вика всегда права.
Стало неприятно. Не знаю, чего он ждал, что я растаю от его прикосновения, от горячего шёпота мне на ухо, наверное, считал, что я должна радоваться своему присутствию здесь, но я совсем не радовалась. Весь сегодняшний день в столице меня нисколько не радовал, лишь неприятно удивлял. Я попыталась оттолкнуть его руки, но это было не так просто сделать. Поэтому я попросила:
- Андрей, перестань.
- В чём дело?
- Твои родители могут увидеть.
- И ничего страшного в этом нет.
- Всё равно, - упорствовала я, стараясь разжать его руки. Андрей почувствовал моё сопротивление и отступил, хотя, был недоволен.
- Ты хочешь уехать? – спросил он.
- Решай сам, - сказала я.
Мы уехали. Елизавета Витальевна попыталась нас задержать, но даже я понимала, что это скорее из вежливости. Я видела, какие взгляды она кидает то на мужа, то на сына, поведение обоих её то ли смущало, то ли откровенно не устраивало. А я… Я не хотела во всём этом участвовать. Правильно говорят, что чужая семейная жизнь – потёмки. Я много лет была уверена, что семья Веклер едва ли не идеальна, во всех отношениях. На них многие равнялись, ставили в пример, я помню, как отзывались о Романе Артуровиче. И, возможно, для посторонних людей, не вхожих в дом, он и был примером для подражания, окружал себя поводами для чужой зависти, а оказавшись к нему близко-близко, становилось понятно, что не столь уж он приятный в общении человек.
 
- Может, ты скажешь, что тебя разозлило? – задал Андрей вопрос, когда мы уже подъехали к его дому. Всю обратную дорогу в город молчали, слушали радио. По нему крутили глупые песенки про любовь, а мы слушали. Но затем Андрей решил поговорить.
Я подумала над своим ответом. Что меня расстроило больше всего за сегодняшний долгий день?
- Ты должен был мне сказать, - определилась я в конце концов.
- О чём?
- О свадьбе, о своей невесте.
- Я тебе сказал.
- Ты говорил об этом так, будто это произошло давно, а оказывается буквально на днях.
- А какая разница?
Я пожала плечами, прежде чем взяться за ручку на двери автомобиля и выбраться наружу.
- Не знаю. Наверное, всё слишком быстро.
- Быстро? – Андрей усмехнулся.
Мы оба вышли из машины и направились к подъезду. Я опережала Андрея на пару шагов, а он не торопился меня догонять. Шёл позади и говорил мне в спину:
- А ты не забыла, что несколько дней назад тоже была вроде как в отношениях?
- Не вроде как, а в отношениях, - поправила я его.
- И я об этом. И ты не считаешь свои шаги поспешными? А мои, значит, считаешь?
- Кто тебе сказал, что я так не считаю?
- Ах вот как. – Мы остановились перед подъездной дверью, оказались друг к другу лицом к лицу. Несколько долгих секунд смотрели друг на друга. Именно в этот момент я начала злиться, до этого слова Андрея о том, что я сержусь на него, особого смысла для меня не имели. А вот сейчас я и злиться начала, и беспокойство ощутила.
Он рывком открыл подъездную дверь, пропустил меня вперёд.
- Ты жалеешь, что приехала?
- А ты жалеешь, что меня позвал?
- Нет.
- Вот это и странно, - сказала я.
Андрей развёл руками, всеми своими силами демонстрируя недоумение.
- Чем, скажи на милость?
- Я не понимаю, для чего я тебе здесь нужна.
Если бы я была на месте Андрея, наверное, сходу назвала сразу несколько причин. Просто по наитию, понимая, что я должна сказать, чтобы успокоить человека. А вот он промолчал. Смешно насупился, кажется, обиделся, и молчал.
Мы вошли в квартиру, я бесцельно прошлась по гостиной, если честно, раздумывая, стоит ли мне прямо сейчас собрать вещи и отправиться на вокзал. В конце концов, я же не в глухой деревне, Москва никогда не спит, и моё появление на вокзале ночью никого не удивит. Как-нибудь да уеду.
- Я думал, что мы понравились друг другу.
Я на Андрея обернулась, услышав его голос.
- Наверное, - ответила я.
Он снова развёл руками, на этот раз в лёгком раздражении.
- Тогда что?
Настала моя очередь удивляться.
- Андрей, мы с тобой взрослые люди. В нашем возрасте принято думать, прежде чем сделать какой-то шаг. А ты схватил меня за руку и привёз сюда.
Андрей усмехнулся.
- Как помню, ты сильно сопротивлялась, - вроде как упрекнул он.
Мне пришлось согласно кивнуть, признавая свою вину.
- Не сильно.
- Тогда что?
- Этот вопрос я хочу задать тебе. Что дальше?
- А уже пора об этом думать?
- Ты познакомил меня с родителями, - напомнила я. – Зачем-то.
- Вика. – Андрей подошёл ко мне, а я вдруг поймала себя на мысли, что он подступает ко мне очень осторожно, как к добыче, которую нужно постараться не спугнуть. Он не выглядел опасным или разозлённым, но казался человеком, который очень тщательно расставляет силки. – Вика, - вкрадчиво повторил он, - перестань думать о лишнем. Когда мы только приехали в Москву, я сказал тебе, точнее предложил расслабиться и дать себе отдохнуть. От всего. В конце концов, у тебя тоже не простой момент в жизни. Ты рассталась с… как там его? – Я невольно закатила глаза и принципиально промолчала. Андрей лишь плечами пожал. – У меня тоже всё сложилось не так, как я планировал. Но мы встретились, мы понравились друг другу. Что плохого в том, чтобы дать друг другу немного счастья и хорошего настроения? Без оглядки на других людей. Какая разница кто и что подумает? Даже если это мои родители. Или ты считаешь, что через пару дней я просто выставлю тебя из дома? Потому что ты мне надоела? Ты так обо мне думаешь?