Антология советского детектива-39. Компиляция. Книги 1-11

Директор ЦРУ тех лет Джон Маккоун вскоре пересел в кресло вице-директора одной из крупнейших монополий США — ИТТ, «Интернешнл тэлэфон энд телеграф», о которой я писал в своем романе «Экспансия».
После падения в Португалии фашистского режима   мне   довелось   побывать   в этой стране. В то время местная печать уделяла много внимания предстоящему судебному процессу над участниками преступления, о котором идет речь в книге Олега Игнатьева. Португальская пресса загодя окрестила его «процессом века». Однако ничего даже отдаленно похожего на «процесс века» не получилось. Суд длился несколько лет, и ни один из преступников не понес наказания. Мало того: если во время судебных заседаний иногда и упоминалось Центральное разведывательное управление Соединенных Штатов Америки, то лишь вскользь, мимоходом, без конкретных имен и фактов.
Автору «Операции «Отоньо» пришлось провести большую аналитическую работу, собирая по крупицам мельчайшие данные, проскальзывавшие в газетах и журналах, издававшихся в первой половине 60-х годов в Португалии и Испании, Италии и Бразилии.
Более двадцати лет назад в одном из мартовских номеров 1964 года журнал «Огонек» опубликовал интервью с генералом Умберто Делгадо. Интервью было взято корреспондентом АПН и «Комсомольской правды» в Бразилии Олегом Игнатьевым. Это было первое и единственное интервью Делгадо, данное советскому журналисту. «Интервью, — рассказывает Игнатьев, — я взял у генерала 15 декабря 1953 года, за три дня до его отъезда из Рио-де-Жанейро, знакомство же наше состоялось в августе шестьдесят второго. Во время последней встречи его помощница Аражарир Кампос сфотографировала нас с генералом, а Делгадо сказал: «Сеньор Олег, когда народ скинет Салазара и вручит украденный у меня пост президента страны, то, даю слово, первое мое интервью будет для вас». Умберто Делгадо не мог знать, что судьба его решается не в Лиссабоне, а в тихих кабинетах Центрального разведывательного управления США.
События операции «Отоньо» проходили на фоне других преступных планов, разрабатывавшихся и осуществлявшихся людьми из Лэнгли. Убийство Патриса Лумумбы, вторжение на Кубу, организация военного переворота в Бразилии, провокация в Тонкинском заливе против Демократической Республики Вьетнам и, наконец, не подлежащее сомнению участие ЦРУ в убийстве Джона Кеннеди — вот лишь неполный перечень заговоров и злодеяний «грязных рыцарей» плаща и шпаги, имевших место в тот период, о котором идет речь в новой книге Олега Игнатьева.
Убежден, что «Операция «Отоньо» будет с интересом прочитана нашим читателем.
 
ЮЛИАН СЕМЕНОВ
 
  
Олег ИГНАТЬЕВ
 
ОПЕРАЦИЯ ОТОНЬО
 
История одной акции ЦРУ
 
ПОРТУГАЛЬСКИЙ РЕЗЕРВ АЛЛЕНА УЭЛША ДАЛЛЕСА
9 октября 1985 года. Нью-Йорк. Дом, расположенный недалеко от штаб-квартиры Организации Объединенных Наций. Резиденция постоянного представителя США в ООН, генерал-лейтенанта в отставке Вернона Уолтерса.
Всего лишь час назад Вернон Уолтерс вернулся из здания на Ист-Ривер, где, выступая в качестве председателя Совета Безопасности, зачитал текст принятого на заседании заявления, осуждающего захват террористами пассажирского судна «Акилле лауро».
Видели бы вы, слышали бы вы, как темпераментно, с каким пафосом произносил Уолтерс гневные слова. Особенно заключительный абзац заявления, в котором торжественно провозглашалось, что члены Совета Безопасности решительно осуждают терроризм во всех его формах, «где бы и кем бы он ни совершался».
Терроризм. Уолтерс усмехнулся: кому-кому, а ему, отдавшему почти полвека службе в разведывательных органах Соединенных Штатов Америки, терроризм был знаком не понаслышке.
Удобно расположившись в кресле, Вернон Уолтерс взял с журнального столика газету и не спеша стал просматривать те страницы, где обычно публиковалась международная информация. Внимание его привлекла небольшая заметка, переданная итальянским агентством АНСА. В ней говорилось, что «в Риме от инфаркта умер в возрасте 71 года португалец Мариу Карвалью, бывший агент салазаровской охранки ПИДЕ, действовавший в Италии под псевдонимом Оливейра».
 
Уолтерс отложил газету и откинулся на спинку кресла. Вот и старого знакомого, Карвалью — Оливейра не стало. Мало, очень мало осталось в живых тех, кто принимал участие в той, затянувшейся на многие годы, операции. Сколько же лет прошло? Не меньше трех десятилетий.
Все началось еще во времена Аллена Даллеса...
* * *
Аллен Уэлш Даллес, директор Центрального разведывательного управления США, снял очки, положил на стол листок и, откинувшись на спинку кресла, по привычке потрогал щеточку аккуратно подстриженных седых усов. В кабинете, расположенном в одном из деревянных зданий комплекса, построенного на 17-й улице Вашингтона вблизи Мемориала Линкольна, царил полумрак, и свет от настольной лампы даже создавал какое-то подобие уюта.
Аллен Даллес за четыре года пребывания на посту директора ЦРУ приучил своих ближайших сотрудников не беспокоить его в первый час после начала рабочего дня. Это время он посвящал просмотру важнейших донесений, поступивших в управление за последние двенадцать часов.
Аллен Уэлш Даллес снова взял со стола отложенный листок. Это была шифрограмма полковника Вандервона, резидента в Лиссабоне. Полковник предлагал организовать в одном из учебных центров ЦРУ полугодовую стажировку для некоторых сотрудников ПИДЕ (Португальская политическая полиция).
«Что за беспомощность, — пробормотал Даллес, — даже за самым пустяковым вопросом и то сразу же лезут к директору». Нажав кнопку двусторонней связи, он попросил вызвать к десяти часам руководителя иберийской секции.
Португалия. Медвежий уголок Европы. Говорят, похожа на Швейцарию. Ах, Швейцария, как приятно вспомнить годы, проведенные во время второй мировой войны в Берне на тихой Банкгассе, где планировались и осуществлялись многоходовые сверхсекретные операции. Всего лишь десять с небольшим лет минуло с той поры, а кажется, как давно это было. Тогда с лихвой оправдались расходы на содержание многочисленной команды, большинство которой составило потом костяк Центрального разведывательного управления. И контакты с нацистами пошли на пользу, особенно при переброске части верхушки эсэсовцев в Канаду, Штаты и латиноамериканские государства. А в этой Португалии сейчас, кажется, ничего не происходит и не может произойти. Старик Салазар крепко держится. Впрочем, какой он старик, еще и семидесяти нет. Наверняка младше Джона. А разве Джон Фостер Даллес в свои шестьдесят девять лет старик? Кстати, хоть и мелкий вопрос, но, может быть, посоветоваться с братом?
Аллен поднял трубку телефона правительственной сети и набрал номер госсекретаря.
— Джон? Аллен. У тебя заседание, совещание?
— Нет, копаюсь в бумагах.
— Скажи, сейчас по твоему департаменту Португалия представляет для нас интерес?
— Кажется, нет. Впрочем, готовим новый проект договора о нашей базе Лажиш на Азорских островах. Детально ею занимается Пентагон, а мы, так сказать, оформляем нужные бумажки. Чисто канцелярская работа. Что напишем, то Салазар и подпишет. Думаешь иначе?
 
— Безусловно, подпишет. Тут один парень из Лиссабона предлагает направить к нам группу своих местных друзей на целых полгода. А я скрягой стал в последнее время. Обойдется это нам тысяч в двести долларов, не меньше. Стоит ли выбрасывать их попусту?
— Стоит, Аллен, стоит. Сейчас в Европе нам нужно пускать корни поглубже. Чем больше мы будем иметь в этих странах своих людей на самых различных постах, особенно по твоей линии, тем лучше для нашей политики. Сколько из групп, присылаемых к тебе, потом работает на нас? Треть? Половина? Может быть, все?
— Что ты, конечно, не все, но иногда набираем половину.