Антология советского детектива-39. Компиляция. Книги 1-11

— А сейчас много денег расходуешь на португальцев?
— Да нет. По мелочам. Их же службу еще до войны организовывали люди Гиммлера. Часть до сих пор находится в Португалии и даже работает в штате ПИДЕ.
— Пора нам заменять их своими людьми. Впрочем, не буду вмешиваться в твои функции, даже имея на это право как старший брат. Одним словом, хочешь знать мое мнение — поддерживаю.
— Спасибо, Джон.
Руководитель иберийской секции получил указание шефа подготовить телеграмму полковнику Вандервону с разрешением направить в ЦРУ список кандидатов будущих слушателей, приложив подробные характеристики по утвержденному в ЦРУ вопроснику.
* * *
Никакая другая улица португальской столицы не пользовалась такой дурной славой, как Антониу Мариа Кардозу. Она спускалась вниз к реке Тежу и ничем бы не отличалась от десятков других подобных улиц, если бы на ней не находилось управление португальского гестапо, ПИДЕ. Упоминание о гестапо не случайно. Именно с помощью гестаповцев и других гитлеровских агентов, таких, как печально известный Крамер, политическая полиция Салазара была организована в тридцатых годах и просуществовала до апрельской революции 1974 года.
ПИДЕ имела в стране тысячи платных осведомителей, бесконтрольно распоряжалась щедро отпускаемыми Салазаром крупными суммами и поддерживала постоянную связь с испанской, французской, западногерманской разведками и политическими полициями. Особенно тесные узы сотрудничества связывали ПИДЕ с американским ЦРУ. Вот почему, когда полковник Вандервон вошел в центральные двери подъезда дома № 20 по улице Антониу Мариа Кардозу, агент, проверявший у посетителей пропуска, подобострастно поклонился и сказал:
— Сеньор, шеф просил вас пройти прямо к нему на первый этаж. Попросить, чтобы вас проводили?
— Не стоит, спасибо, — ответил Вандервон и, улыбнувшись, добавил: — Не забыл дорогу.
Действительно, нужно страдать полным отсутствием памяти, чтобы за двое суток, прошедших с момента последнего визита к директору ПИДЕ, забыть дорогу от вестибюля до его кабинета.
— О! Дорогой полковник! Рад новой встрече с вами.
— Я также, сеньор Лоуренсу.
— Давайте присядем. Нет-нет, не в это кресло. Это для посетителей, а вы же гость. Сядем за боковой столик. Я попрошу, чтобы нам принесли кофе.
Мы подготовили список, который вы просили. Кандидаты достойные. Хотите ознакомиться?
— Прекрасно, сеньор Лоуренсу, посмотрим, что собой представляют будущие курсанты.
— Вот здесь, — шеф ПИДЕ вынул из большой папки с наклейкой «конфиденциально» несколько листочков, — список кандидатов в алфавитном порядке. Первым значится Абилиу Аугусту Пириш. Ему всего 31 год, но уже семь лет работает в нашей системе. Недавно присвоено звание агента первого класса. Образование восемь классов семинарии, но очень исполнительный и инициативный. Следующий Найа. Я близко к нему не присматривался, но, судя по характеристике, кандидатура подходящая. Третий Лопиш Рамуш. Настоящий артист своего дела, имеет юридическое образование, работает у нас всего два года и уже прекрасно себя зарекомендовал.
— Сеньор директор, вы одного пропустили, — заметил полковник, заглянув в список.
— На некоторых характеристики еще не подготовлены, поэтому я затрудняюсь сказать что-либо конкретное. Ведь у нас столько агентов первого, второго, третьего классов, субинспекторов, инспекторов. Разве всех запомнишь! Но мы знаем ваши требования, ваши правила и еще до оформления паспортов и виз пришлем самые точные ответы на вопросы анкеты. А сейчас, если не возражаете, пойдемте дальше по списку. Рекомендую вам обратить внимание на Роша Касаку — толковый агент, работает с выдумкой, безусловно, будет отличным курсантом. Хотелось бы, чтобы он имел как можно большую нагрузку.
— Но, сеньор директор, Роша Касаку уже проходил наши курсы. Мы не можем позволить себе роскошь приглашать дважды одного и того же человека. Я поддерживаю ваше мнение о способностях Роша Касаку, но вторично посылать нецелесообразно.
— Видимо, произошла небольшая ошибка. Я, право, запамятовал о том, что Касаку мы уже посылали в Штаты.
 
— Хорошо, сеньор директор, — полковник Вандервон встал с кресла и протянул Лоуренсу руку. — В общем, все понятно. Я согласен с вашим принципом подбора кандидатов. В сущности, мы здесь только исполнители. Кто будет учиться и как будет учиться, важно не для нас, а для вас. Хочется, чтобы средства, которые мы израсходуем на этих людей, были потрачены не зря. Итак, я буду ждать от вас оставшиеся документы, и желательно иметь их не позднее следующего вторника, до ухода дипломатической почты.
Вандервон обычно ставил автомашину на соседней улице. Машина имела дипломатический номер, что всегда привлекает излишнее внимание любопытных, а полковник предпочитал не афишировать своих связей с салазаровской тайной полицией.
Засунув руки в карманы, он не торопясь вышагивал, подняв воротник плаща и стараясь по мере возможности оградить себя от резких порывов ветра.
— Добрый день, сеньор. Какими судьбами? Как вы живете?
Вандервон нехотя обернулся, надеясь, что это приветствие к нему не относится, но увидел в нескольких метрах от себя того самого Роша Касаку, о котором только что шла речь в кабинете директора ПИДЕ.
— А, сеньор Касаку, здравствуйте. Зашел побеседовать с вашим начальником. Идемте, проводите меня до машины. К вам есть пара деловых вопросов. Первый: вы, естественно, знаете о подготовке группы, той, которую мы решили принять на учебу?
— Безусловно. Ведь вы, сеньор полковник, сами организовали дело так, чтобы я принял участие в ее подборе.
— Так зачем же включили самого себя в эту группу?
— Сеньор полковник, я тут ни при чем. Это инициатива нашего нынешнего, можно сказать, бывшего шефа.
— В каком смысле бывшего?
— Он уходит на пенсию, и на его место назначают Невиша Граса.
— Любопытно. Даю вам три дня. К пятнице мне нужны очень подробные характеристики со всеми деталями, касающимися личной жизни, привычек, на всю компанию, которая будет находиться у нас. Исключая, конечно, самого Роша Касаку.
— Сделаю, сеньор полковник. Материал доставить, как всегда, в Эшторил?
— Конечно же, не на Дуки ди Лоуле [14]. Ну вот мы и дошли. До свиданья, до пятницы. Подъезжайте часов в восемь вечера.
Вернувшись в посольство, Вандервон отправил в штаб-квартиру ЦРУ шифрограмму, где сообщалось о предстоящей смене руководства ПИДЕ и давалась краткая биография нового директора Невиша Граса. 
 
Во время второй мировой войны Невиш Граса был активным агентом немецкой секретной службы в Португалии и подчинялся непосредственно одному из ее руководителей — Вальтеру Шелленбергу. Согласно картотеке, имевшейся в распоряжении полковника, будущий шеф ПИДЕ продолжал числиться в штатах разведки ФРГ.
 
Недели через три с лиссабонского аэродрома Портела поднялся пассажирский самолет, совершавший рейсы между португальской столицей и Нью-Йорком. Длительное путешествие, с промежуточными посадками в Париже, Лондоне, затем утомительный перелет через океан не способствовали поддержанию хорошего настроения у пассажиров. Однако группа португальцев, летевших в экономическом классе, видимо, чувствовала себя прекрасно. Около двух десятков мужчин в первые часы полета шумели, смеялись, громко рассказывали друг другу пахнущие казармой анекдоты и угомонились лишь далеко за полночь, когда самолет оставил позади себя старый континент и гул пропеллеров разносился над водами Атлантики. Команда Вандервона летела совершенствовать приемы шпионской службы в один из двух постоянных лагерей Центрального разведывательного управления Соединенных Штатов Америки.
 
Лагерь, куда направлялись пидевцы, был расположен в Кэмп-Пири, находившемся в Тайдуотер, что в нескольких милях от городка Вильямсберга (штат Вирджиния). Во время второй мировой войны здесь была военно-морская база, а после создания ЦРУ вся территория с находившимися на ней постройками была передана этой организации.