Кодовое слово: Аненербе (СИ)

— Она слишком долго спит? Может, пойти проверить? — Практически шёпотом забеспокоился Илья. У меня гора с плеч упала. Он в порядке!
— Не мешай ты ей. Пусть спит! Лиззи вчера всё здесь в одиночку сделала, каждого дождалась, накормила, лекарства дала, Дашку даже нашла! — Возмущенно пыхтел Тёма, а я улыбнулась.
— Да я о том, что проверить, всё ли с ней самой хорошо! Пень ты дубовый! — Послышался какой-то глухой стук.
— Ай! А ложкой-то зачем? — Громко пожаловался Бондарев. Подозреваю, что эта ложка совершила паломничество к его лбу.
— Чтобы дошло скорее. — Недовольно пропыхтел Мельниченко.
— Мальчики, перестаньте. Лучше пока свои вещички соберите, чтобы, когда Лиззи проснётся, она только поела и мы бы уже двинулись в путь, а не тратили время. — Голос Даши звучал бодро и даже громко. Она уже не вела себя забитым котёнком.
Я выбралась из мешка, потянулась и встала.
— Лиззи! — Радостно хлопнув ладошки, Даша раскрыла дверцу палатки, впуская сюда солнечный свет. — Одевайся тепло, на улице сегодня довольно прохладно.
Меня так поразила её забота! Увидев свои страхи, мы стали сильнее? Иначе как понять такую разительную перемену с Гончаровой?
Я отбросила все ненужные мысли и сладко зевнула.
Собрались мы на удивление быстро. Пока я завтракала, и пила чай, никаких косых взглядов. Честно говоря, я их ждала. Но, не дождавшись, совершенно забыла об этом. Парни тем временем собрали мешки, палатку, а я сидела с горячей кружкой в руках, попивая растворимый кофе 3 в 1. Мы его тоже стырили с заправочной станции.
— Как твоя нога, Даш? — Спросила я, откусывая шоколадный батончик.
— О, ничего так. Болит, правда, но не так как вчера. Ходить могу. — Радостно заявила подруга. — А ты как себя чувствуешь? Всё хорошо?
— Да. Спала как убитая. — Я частенько так говорила, но как-то в такой обстановке это прозвучало как чёрный юмор. Очень чёрный.
— Выглядишь ты гораздо лучше, чем убитая! — В нашей манере ответила Дашка, посмеявшись.
— А как Илья? С ним всё хорошо? — Про Тёму спрашивать не стала. Голос его ещё хрипел, но уже не так жутко и гортанно, как вчера.
— Да, проснулся раньше всех. Тёмыч у него сначала ничего не спрашивал. Когда мы завтракали, Илья посмотрел на него обиженно и буркнул, почему это у него ничего не спрашивают! — Сдержать смех Даше удалось, а вот улыбку нет.
— И? Он рассказал, что с ним было? Почему он пришёл такой слабый и почти без сознания?
— Его фантомы замучили. Илья также как и я пытался от них убежать. Только я быстро порезалась и упала, а он долго бродил, пока не выбился из сил и не признал факт существования своего страха в одиночестве. — А передо мной точно моя Дашка? Конечно, это хорошо, что она стала такой серьёзной. Но надолго ли? Слишком резкие перемены чреваты своей непродолжительностью.
— А ты наверняка думаешь, почему это я такая спокойная? — Догадалась подруга. Это неудивительно, в школе мы часто заканчивали предложения друг за друга. Каждая из нас знала, что думала вторая. Мы абсолютно разные, но при этом невероятно похожи.
— Думаю. — Согласилась я, поджимая губы.
— Я тоже не знаю, что сейчас со мной. Но я чувствую бешеный прилив сил. Когда я видела страхи, мне было ни сколько страшно, как, в общем-то, и должно быть, мне было стыдно.
— Стыдно? — Воскликнула я, от неожиданности прикусывая кончик языка. — Как можно стыдиться своих страхов?
Даша многозначительно на меня посмотрела.
— Ты ведь слышала, что она говорила. — Вскинув бровь вверх, произнесла Гончарова.
— И ты хочешь сказать, что действительно боишься меня? Я не верю. — Твёрдо заявила я, допивая оставшийся кофе.
— Я боюсь не тебя, а твою татуировку. Боюсь, что она притягивает к тебе, а потом и к нам всем опасности. Я долго над этим думала. Ещё твоя вчерашняя идея, что ты якобы нежелательное лицо. А у меня абсолютно противоположенное мнение. — Загадочно посмотрев на меня, Даша отставила и свою кружку.
Я вопросительно на неё взглянула.
— Мы все знаем, что Империя Альфадена решила свернуть своё детище. Их причин, поступить так жестоко с человечеством, мы никогда не узнаем. Но что, если бракованные это мы, а ты, с этой татуировкой, наоборот, пример удавшегося эксперимента. Поэтому ты психически стабильна и сильна, сильнее всех нас. Почему только на тебя не действуют эти инопланетные корабли? Ты никогда не задумывалась? — Я на её утверждения лишь бесцельно открывала и закрывала рот. Удавшийся эксперимент?
 
Дашка подсела ко мне ближе и заговорщицки начал вещать.
— Мне кажется, что Империя создавала идеального, генетически правильного человека. Как они сами.
— Какой ещё генетически правильный человек? — К нам подошли Илья и Тёма. — Как себя чувствуешь? — Обратился ко мне Тёма.
— Хорошо она себя чувствует. — Я и рта раскрыть не успела, как Даша ответила за меня. — Сядьте. — Гончарова поделилась своей сумасшедшей идеей с парнями, что я не брак, который подлежит немедленному уничтожению, а наоборот, удачный эксперимент.
— И что ты подразумеваешь под «генетически правильным человеком»? — Спросил Тёма, когда всё уже погрузили, но мы так и не сдвинулись с места.
— Лиззи единственная из нас, кто может противостоять этим жутким звукам и не переживать, что умрёт от разрыва головного мозга. Она даже психически самая подкованная. Первая вышла из тумана страха и даже смогла забрать меня! Разве вам не кажется это логичным? Мне не нравится это ваше «нежелательное лицо». Она же, — Даша взмахнула рукой в мою сторону, — не Гарри Поттер!
Я прыснула со смеху. Гарри Поттер, отличная ассоциация!
— Теперь у нас две противоположенные идеи. Либо Лиззи удачный образец эксперимента «Ди Лайте», человек психоэмоционально устойчивый, неуязвимый, способный выживать с экстремальных условиях. Татуировка, это как твой паспорт такого усовершенствованного человека. — Первый вариант нам продемонстрировал Илья. За второй особо никто не торопился браться.
— Ну? А дальше? — Попросила я.
— Либо ты брак в огромной, многомиллиардной человеческой системе. Человек, в геноме которого произошёл некий дефект, делающий тебя неуправляемой. А такие люди несут смуту в слаженный организм мира. Мир, в котором царит тотальный контроль, люди, подобные тебе, являются, сломанными деталями, нарушающими работу всего населения. — От слов Тёмы, у меня все внутренности скрутились от потрясения. А ведь это изначально моя идея. И она мне уже не нравится.
Видимо такая идея осела во всех наших головах, ведь после её высказывания мы резко начали сбираться и выдвигаться в путь.
Почти всю дорогу мы распевали песни, рассказывали смешные истории из жизни или обсуждали одноклассников, и как бы всё получилось, если бы наши жизни не рухнули в один короткий миг.
— Я хотел поступать на международные отношения. — С грустной улыбкой поделился Тёма, а Мельниченко ему вторил. Да, это мы прекрасно знали. Илья и Тёма думали в одном направлении. Они оба хотели поступить в Большой университет. Предварительные экзамены показали, что парни вполне могут надеяться на бюджетный договор. Баллов им наверняка хватит с лихвой.
Дашка одно время, ещё в средних классах, хотела пойти по стопам своего военного отца. Но тот быстро закрутил ей это желание и больше оно, увы, не выкручивалось. После этого Даша хотела пойти на ветеринара, кондитера, журналиста. Последние полгода она усердно штудировала обществознание для юридического факультета. Конечно, её родители достаточно обеспеченные люди и учиться на контракте она бы смогла.
Моей идеей фикс была архитектура. Даже когда мы жили в Германии, ребёнком, я строила многоэтажные дома из детских наборов, наотрез отказываясь от кукол. К этому я и готовилась. К поступлению в СПбГАСУ.
А вместо того, чтобы сейчас сдавать ЕГЭ мы плетёмся по грязной, мокрой дороге. Недавно прошёл дождь, а мы как раз свернули, чтобы сократить дорогу. Ага, сократили! У всех разъезжаются ноги на этой слякоти.
Уже начинало темнеть, где-то вдалеке прогрохотал гром. Небо быстро заполнялось тяжёлыми, свинцовыми тучами, периодически озаряясь молниями.