"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
— И в итоге «Белки» и «Барсуки», как как-то по игре дружеской в мяч назвались, теперь глотки друг другу грызут страшно, и всем проходящим тут жизни не дают. Кто знает о том — города сторонится, — эфириал поставил перед нами салат, от одного вида которого слюнки текли. — Устроили бардак, да еще и то немногое, что фермеры выращивают, отбирают. Магикам перестали платить за рунные круги на дальних поселениях, которые давно поставили чтобы от пагуби Столицы защитить — они и уехали прочь, есть же что-то надо. А крестьяне кто заболел и помер, кто сюда, в город, подался. Сначала чтобы челобитные то одним, то другим носить, а потом и вовсе — жить. Сюда-то пагубь не достает. Но в итоге охотников немного тут вблизи жить и поля обрабатывать — то «Белки» все заберут, то «Барсуки» свой оброк введут, то еще что.
На вкус салат был не хуже, чем на вид.
— Ко мне пытались сунуться, как и к Хмурому, — орка принялась мыть посуду. Судя по всему, чистою воду для этого в специальную емкость собирали откуда-то из воздуха заклинания эфириала. Магик, значит… — А до того Диору разорили. Да и так не ехал никто в город, где любой тебе раздеть может до нитки, и пожаловаться на то некому. Как-то пока от соседей откупаются что «Белки», что «Барсуки» — не пришел нас никто захватывать. Но пока. В общем, Хмурый уехал, а мы с Вибе показали этим умникам, что они ошиблись, думая, что после смерти герцога его рабы — их рабы. Да и рабства в Пакте нет, мы не дураки, знаем. Отстали. Но теперь гостей отваживают, только соглядатаи и сидят. И вас заметили и придут просить мзду.
— А потом другие придут, — вторил эфириал.
— И вновь первые.
— С припасами и водой мы за три сотни золотых поможем — трактир-то не продать, но вам — запасы, а нам деньги и дорога к морю, — вновь взял слово эфириал, — но вот с местными не подсобим, увы.
Я отмахнулась.
— Сами разберемся как-нибудь, не в первый раз.
Да, зря я думала, что придется разбираться ровно с половиной бандитов…
Из-за пределов трактира донеслось раскатистое конское ржание. Знакомое.
— Простите, нам нужно отлучиться. Спасибо за еду и знания, — я отставила тарелку и поспешила бегом из кухни.
Через зал — к коновязи. Чтобы увидеть, как молодой парень, на вид постарше на годок-другой Бертового оруженосца, пытается совладать с Ингрид, уже отвязав повод. Ну да — самая ж низкая из всех наверняка самой безопасной будет…
— Руки убрал от чужой животины, — я подошла ближе к собственной лошади. — Повод отдал.
— Она моя!
— С чего это? — я от такой наглости аж опешила.
Арджан неспешно подошел к нам. На пацана савр впечатления не произвел.
— А потому! Понравилась — значит моя!
— Вот как тут теперь детей воспитывают… — я с легкостью вырвала поводья из руки пацана.
Мелкий еще, да и держать верно не умеет, несложно кисть выкрутить.
— Ты не слышала — это его лошадь! — к нам подошли еще трое местных постарше.
— Боюсь, Ингрид и меня вы об этом спросить забыли, господа. Проваливаете.
Я вновь привязала повод к коновязи. Медленно. На глазах у подрастающего поколения местных грабителей.
— Убирайтесь отсюда целыми и невредимыми, ребятки.
Очевидно что как только я отойду они опять за старое возьмутся.
Я отошла на пяток шагов от коновязи. Вряд ли это все миром решится, а получить конским копытом в лоб не хотелось, да и если из этих идиотов кого раздавит Ингрид или другие лошади, то выйдет как-то неудобно. Драться-то явно придется — вон какие у всех лица сосредоточенные.
К тому же первый, младший и лучше всех одетый, потирал свою кисть с воинственным видом и явно намеревался отомстить за причиненное неудобство.
Этот щенок окинул взглядом своих друзей, Арджана, и здоровой рукой из-за пояса нож вытащил. А ничего такой нож — в полруки, тяжелый, боевой. Правда, держал его парень уж больно неумело. Так и встал — с ножом руке, на меня направленным, и видом победителя.
— Ладно, ладно. Сейчас отдам тебе и лошадь, и меч свой, о гроза местных земель. Только пощади.
Кажется, трое товарищей наглеца подвох в моих словах услышали. За своими ножами и кистенями они уж больно неуверенно тянулись…
Я неспеша расстегнула пояс с мечом. Щенок смотрел на меня с плохо скрываемым торжеством…
И почти успел удивиться, когда так и не вынутый из ножен клинок ударил его по колену.
Я попала куда хотела. Нога наглеца на мгновение его подвела, и пацан грохнулся на землю. Отобрать нож у лежащего проблемы не составило. Хороший нож, кстати, себе оставлю. А нога у него отойдет, очень скоро. Надеюсь, мозгов хватит не лезть ко мне больше.
— Прочь пошли, — я обратилась к остальной тройке. — Побаловали и хватит. Жизнь вам еще пригодится, детишки.
Арджан, подошедший ближе, положил руки на рукояти клинков.
Щенок-задира кое-как поднялся на ноги. Поняв, что его товарищи нападать не спешат, несмотря на численное преимущество, плюнул в землю передо мной.
— Ты за это ответишь! Сивый тебе покажет! Идем, парни!
Хромая, пацан направился прочь.
Я вернула пояс с мечом на место.
— Это — сын главы «Барсуков». Отомстит, — заметила наблюдавшая за всем от двери трактира орка. — И церемониться не будет.
— Значит, вся власть в этом городе все же попадет в одни руки, — пожала плечами я.
— А этот тоже с вами? — орка кивнула на дальнюю часть площади.
К нам шагами приближался видимый Витор. Неприятности на сегодня явно не закончились…
Глава 3
Толар. Немного насилия
— Веди, — коротко бросила я подошедшему магу. — И рассказывай.
Но сама помедлила. Потрепала Ингрид по шее и обернулась к орке с эфириалом:
— Я не хочу проблем, но, боюсь, принесла их сюда. Лошади…
— У нас есть где их укрыть, — орка кивнула на маленькую пристройку, — но, думаю, все быстро раскроется. А «Барсуки» будут требовать не коней, а крови.
— Я вернусь. И поговорю со всеми желающими. Устроит?
Хозяйка таверны и ее приятель переглянулись и кивнули.
— Давно надо было проучить этого мелкого барсука. Совсем страх потерял.
Я признательно улыбнулась и отправилась догонять уже ушедших Витора и Арджана. Маг сбивчиво объяснял порыкивающему от досады савру:
— Я не рискнул идти в магазин с зельями. Алхимик тут точно магик, он меня мог почуять, Дани сказать, и такой скандал был бы… Ну или я задел бы что. А там что — простая лавочка, так себе место, как и все здесь. А Дани нет и нет. Ну девушка, ну бывает… Ну я и рискнул подглядеть — а ее внутри и нет. Как сквозь землю провалилась. Искать пробовал — ничего.
— Красная соль, — кивнула я своим мыслям.
На удивление идти, почти бежать, и спокойно размышлять о ситуации было просто.
Если Витор не слышал звуков борьбы — значит похищение, а не нападение. Лавка алхимика — прекрасное прикрытие. Есть немало средств, при вдыхании которых разум мутнеет и после с очарованным делать что угодно можно., и никакая магия не спасет. Почти никакая. А чтобы потом проблем не было, используют красную соль. Это редкое, очень редкое средство из шахт близ Белокамня, города пайди, который на север от Железной Гавани. Средство, хорошо известное колдунам и лиходеям, желающим что-то, — или кого-то, — скрыть от поиска магиком.
Значит — похищение. Кем-то из тех, кто Дианель знает ради старых счетов?… Но она не была в Толаре раньше, так что вряд ли. Значит скорее всего затеял это тот, кто понимает, что у одиноких девушек бывают платежеспособные спутники жизни или другие родственники.
— Откуда ты знаешь о соли? — с подозрением спросил Витор.
— Догадайся.
Впереди ловушка.
Чую и сама.
Витор вел нас переулками к лавке алхимика, и где-то впереди ощущалась магия. Такая же, как и в лесу на подъезде к Толару.
И где ты, предупредительный дух, был, когда мою лошадь уводили?
Потеря лошади не смертельна.
И как по-твоему я припасы потащу в Протипол — на своем горбу? Не все — кинжалы.