"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
Я бросила взгляд на ящера, но тот лишь провел по зубам языком. Кажется, этот жест у его племени заменял вообще все иные.
— Город интересен, — заметил Арджан.
— Ты останешься здесь и будешь следить, чтобы в трактире все было мирно, — тоном, не терпящим пререканий, ответила Дианель.
— Госпожа…
— Ди, нам не надо… — начал было Витор, но чародейка перебила его:
— Сама решу, что нам надо, а что нет. А ты, Арджан, поможешь вьюки таскать. И не спорь со мной.
Ящер раздраженно клацнул пастью.
— Я сказала.
Ящер выдохнул дым.
— Знай свое место!
Около чародейки появилась и тут же исчезла маленькая молния.
Вот же…
Ящер еще раз клацнул зубами — и отступил на шаг. Дианель же развернулась и отправилась прочь, куда-то в лабиринт грязных улиц.
— Что встал? — бросила я Витору, который, кажется, и не думал догонять свою возлюбленную, — хочешь чтобы она спалила полгорода или по голове получила быстро и выяснила, почему женщинам, особенно чужестранкам, в таких местах в одиночку ходить не стоит?
— А что я могу сделать? Ди будет ругаться, и вообще, — насупился маг. — Тебе-то какое дело?
— Во-первых массовая гибель местных Владыке не по нраву, а во-вторых — ты единственный, кто отводом внимания владеет из нас троих, разве нет?
Судя по виду, эта мысль в голову мага не пришла.
В Белой Башне явно девушек, желаюших стать волшебницами, держали очень далеко от мальчиков… Хотя, надо признать, и я в первые свои годы в «большом мире» порой не видела очевидного.
— Иди, в общем. Твоя зазноба быстро выдохнется доказывать свою независимость и сюда вернется, как местная публика ей приестся. А мы с Арджаном пока потолкуем с трактирщиком о припасах и обстановке в руинах. Так что как остынет она — возвращайтесь сюда. Ну или позовешь как-нибудь если драка все же будет. Ты ж маг, сумеешь.
— Сумею, — признал Витор. Бросил взгляд на кинжал на моем поясе, который редко давал о себе знать, потом посмотрел в сторону ушедшей чародейки: — никаких договоренностей без меня.
— Разумеется.
Маг бросил многозначительный взгляд на Арджана, который только неодобрительно, — кажется, — провел языком по зубам. Потом Витор что-то прошептал, и вокруг него взметнулась пелена из пряной магии. Савр несколько удивленно моргнул, словно бы стоявший до того рядом магик вдруг пропал из виду. Впрочем — и вправду ведь пропал. Просто для меня магическое чутье было уже привычным чувством, забивавшем все иные, и перекрывавшем порой даже то, что видели глаза и слышали уши. Запах магии говорил, что Витор еще несколько ударов сердца стоял в нерешительности, а потом отправился догонять возлюбленную.
— Ладно, пошли потолкуем с местными, — кивнула я зубастому компаньону чародейки, — должна же у них быть еда на пару недель для пятерых. Хоть какая-то.
Впрочем, войдя в трактир, я ощутила сомнения в том, что тут и на один день-то провиант найдется. Грязные столы, пара бродяг с брагой в углу, и пустая барная стойка, за которой возвышалась… орка.
— Так, пошли вон вы, от кого бы вы не были! — рявкнула она, подслеповато щурясь.
Арджан опять клацнула зубами. А я подошла ближе, не без интереса разглядывая дочь Далекого Запада. Орки жили на Столповых Пустошах, на самом краю изведанной земли, и периодически пытались нападать на людские приграничные территории. Они не пришли через Врата со всеми, но и не были, как савры, древними жителями этого мира. Откуда появились эти серокожие массивные создания с большой силой в руках и в теле было решительно неясно. Некоторые предполагали, что орки были дальними родственниками троллей, но это никак не решало трудность с их происхождением. К тому же сами орки никаких записей о прошлом не хранили и с Равными общались только с помощью оружия.
Но не все, как оказалось. Одна из их племени пересекла полмира чтобы оказаться здесь.
— Что-то я вас здесь раньше не видела… — задумчиво проговорила орка.
Одета она была в обычные одежды жителя Первых Земель, только под свой размер, и говорила на языке Пакта не без акцента, но вполне ясно.
— Подходите, подходите. Давно у нас никого не было, — орка стукнула кулаком по стойке. — Эль что надо. И мяско осталось. Будешь, зубастый?
Арджан пробормотал на саврском что-то неопределенное и кивнул.
— Подходите. Эль за счет заведения, коль сюда сунутся решили, и Мэри не боитесь.
Мэри… Она что ли — Мэри?
Пьянчуги в углу несколько раз глянули на нас — и дружно засобиралась на выход. Орка же скользнула на кухню, дверь в которую была в дальнем углу зала, и почти сразу вернулась с половиной какой-то птицы в руках. И тарелку раздобыла где-то.
К птице, — кажется, это был перепел, — прилагалась бормотуха из мутных стаканов. На вкус напиток был ничего, несмотря на «подачу».
— Ешьте, не бойтесь, это не из порченых земель. Все равно у меня в последнее время только соглядатаи Белок и Барсуков торчат. Клиентов распугали, всех, кого могли, к своим заманили. Все зуб на трактир точат, вот только обломают они эти зубы. Так что серебряный полновесный — и будет вам еще и овощей и хлеба краюха.
Я достала из мешочка золотой и положила перед оркой до того, как савр возмутился грабительской ценой.
— Все это — и рассказ о том, где взять припасы для похода в руины и как получить грамоту проходную.
Надо отдать должное орке — ей золото голову не вскружило. Сначала на свет рассмотрела, потом — на зуб попробовала, и только потом на нас взгляд темных глаз перевела.
— По рукам. Идемте на кухню только, путники, тут у дверей и окон уши могут быть.
Золотой скрылся где-то за поясом орки, поманившей нас за собой на кухню. На маленькую, на удивление чистую и уютную кухню, где обнаружился у печи… Эфириал.
— Вот кого ты привела, а? — сварливо заметил он.
Невысокий, худой, в каком-то халате и фартуке повар напоминал ребенка, занявшегося готовкой в отсутствие матери. При том что на деле этот эфириал мог быть старше и меня, и даже Милатиэля. По ним никогда не скажешь. Говорят, что эфириалы приходят из магии и счастья, живут в мире, пока им интересно жить — и уходят, когда жить устают. Бред. Но увидеть одного из них здесь…
— Прошлый Черный Герцог был падок на экзотику, — заметил тонким голосом эфириал, словно поняв мои мысли, — а после смерти сына денег работорговцам не жалел. И на плахе закончил, между прочим. А вы кто такие и зачем в Толар пришли?
— Идем в руины, — просто ответила я.
— А… Тогда зря, зря сюда пришли.
Орка возилась с нарезкой зелени и пары томатов. Эфириал бросил на нее какой-то тоскливый взгляд, словно серокожая нарушала заповедь какого-нибудь кулинарного Владыки, и продолжил:
— Я уж не знаю из какой вы берлоги, но не с юга — это я вижу, хотя ты, милая, и южанка… Как звать, кстати?
— Лекса, — я не скрывала имени. Представился и Арджан.
— Не боишься краткую форму именования в руки давать, — заметил эфриал. — Смело, смело. Мэри, да режь ты уже их вдоль!
— Сам попробуй, — в голосе орки была обида.
— И попробую.
— Может мы так поедим? — предложила я.
— Ну уж нет. Хоть гостей у нас и мало, но это не повод спустя рукава работать. Мэри сказывает не лучше меня.
Кажется, эфириал собирался делать какой-то овощной салат.
— Да что сказывать? — орка бросила взгляд на дверь, через которую мы пришли. — Вы о еде и грамоте говорили. Так вот — нету ни того ни другого. Ну с едой я могу подсобить, на самом деле. Давно мечтала отправиться прочь отсюда… Но выйдет дорого. А вот грамоты не получить уже. Как старого герцога бездетного и распоясавшегося свалили свои же, так сначала гульба была. И местных, и пришлых. Детей-то не было у него и родичей. Податей платить некому, рабов держать некому, запрещать выезды некому. Благодать.
— Ага, — поддакнул эфириал, — вот только одна голова телом правит, а больше — не правят и собой.
Орка хохотнула и продолжила:
— Гуляния закончились, когда ясно стало, что герцог и для защиты дальних фермерств магов нанимал, и для города, для выгребных ям тех же, и для аспат, и для еще много чего. Что без податей денег не у кого брать на магиков, да и не только. Совет-то распустили. А никто не хотел свои кровные отдавать непонятно кому. Да и понятно кому — не хотел. Потом мор был. Потом кто-то решил, что можно захожих искателей ценностей ограбить — все равно потом со стражей договорится, свои же…