Северная королева. Книга 3 (СИ)

— Я говорю прямо, — заломила руки, но прогнала эмоции, чтобы по возможности спокойно донести до него свои тревоги. — Мы всеми силами стараемся быть гостеприимными хозяевами, но Беккитта отлично осознает, насколько она и ее слуги желанные гости на севере! Думаешь, она простила моих альбин, которые отрезали язык ее второму советнику? Или считаешь, что она с легкостью забыла, как ты поступил с ней, бросив в зале распятую, подобно жертвенной овечке? — печально качнула головой, не перечисляя мелкие каверзы, которые исподтишка устраивали наши общие подданные слугам Кровавой королевы.
— Ниавель, — Алэр подошел ко мне вплотную, взял мои ладони в свои, переплел наши пальцы, — я никому не позволю обидеть тех, кого люблю! — произнес тоном, не допускающим возражений, и отпустил меня, но лишь для того, чтобы опустить руки на мой живот.
Я ощутила их жар даже сквозь плотный слой одежды, и, несмотря на огромное желание забыться, растворившись в накатившей нежности, я завершила свою мысль:
— Обиженная женщина страшна в гневе и изобретательна в мести.
Рейн стоял на своем, непоколебимый и твердый, будто скала.
— Я знаю, как пережить женскую обиду, — не убирая рук с моего живота, он посмотрел мне в глаза. — Мы не проиграем!
Ответила ему прямым взглядом:
— Не проиграем, — эхом откликнулась я, мысленно давая себе обещание: «Что бы ни случилось, какие бы опасности не прятались за жизненными поворотами, мы выстоим, сохраним наш дом и крепкую семью!»
— А теперь поцелуй меня, — супруг обезоруживающе улыбнулся, и я сдалась, обняла его и с жадностью, словно целую в последний раз, прижалась губами к его горячим, требовательным устам.
Глава 2
Сегодня с самого утра в замке царило радостное оживление — до отъезда Беккитты осталось несколько дней. Я видела, как многие слуги загибают пальцы на руках, подсчитывая, долго ли еще осталось терпеть незваных гостей. Меня не покидали тревоги, и я старательно прогоняла их прочь, хотя оставалась настороже, не спуская с Беккитты внимательных глаз.
Вечер застал нас с Миенирой на улице, куда мы выбрались через подземный ход, и обе глубоко вдохнули морозный воздух, казавшийся сладким, дурманящим после затхлых запахов подземелья.
— А твой вампир неплохо справляется с обязанностями няньки, — подняв взгляд к звездному небу, усмехнулась Миенира.
— Он присматривает за твоим мужем добровольно, — сказала я, чувствуя обиду за то, что девушка столь пренебрежительно отнеслась к помощи эрт Дайлиша.
Успокаиваясь, вскинула голову, чтобы взглянуть на выбеленный лик месяца, величаво проплывающего над нами. Здесь в укромном уголке, убаюканного Зимой сада, было по-особенному тихо и умиротворенно. Лишь ветер качал украшенные снегом ветви и насвистывал легкую морозную мелодию. Миенира зябко поежилась и повернулась ко мне.
— Ты слишком доверяешь этой твари, — высказалась она и поспешно замахала руками, заметив мои поджатые губы. — Я боюсь за тебя, ведь по твоей вине вампир лишился крыльев. В такой ситуации любой обернется зверем и день за днем будет считать часы в ожидании подходящего для того, чтобы вернуть долг, — в ее взоре не было злости, только искреннее беспокойство.
Я усмирила свой пыл и твердо опровергла:
— Нет. Поначалу Орон был для нас опасен, но сейчас он не просто смирился со своей участью, он снова нашел себя.
— Откуда ты знаешь? — девушка недоверчиво прищурилась, и услышала из моих уст скромное признание:
— Я чувствую их всех.
— Кого? — Миенира взмахнула длинными ресницами, ее тонкие брови стремительно взлетели вверх. — Ар-де-мейцев?
— Да, — без всякого пафоса или, наоборот, звенящей боли ответила я. — Сумеречные — темный клубок. Маги — светлый. Мне нужно всего-то потянуть за определенную ниточку, — я больше не называла свой дар тяжкой ношей. По опыту знала, чем скорее свыкнусь, тем будет проще управлять им.
Миенира отчетливо напряглась.
— Должно быть это сложно, — на ее лице появилось жалостливое выражение.
— Непросто, — отозвалась я. — Но у меня хороший учитель.
 
— Гурдин? — скептически вопросила она. — Но ведь он всегда был против вас! — на эмоциях завершила.
— Вот именно всегда. Он был знаком с моими предшественницами, поэтому смог многое мне поведать.
— Невероятно, — выдохнула девушка и собиралась спросить о чем-то еще, но я поторопила ее, напомнив, что нас ждут в главном зале.
Ужин начался с торжественной части. Рейн и Беккитта подписали соглашение о торговле между Золотым берегом и Объединенными Северными землями. Вроде бы я должна была ликовать, что обстоятельства сложились в нашу пользу. Только мне совсем не хотелось радоваться и искренне улыбаться. Я слишком долго прожила рядом со змеей, поэтому не верила ее показному радушию и точно знала, что не в ее правилах давать врагам легкое согласие. В том, что мы все ее враги, я ни капли не сомневалась.
В сердце усиливалось смятение, и мне не удавалось избавиться от него. Рейн, чувствуя каждую мою эмоцию, сердился и укоризненно наблюдал за мной. Я пробовала призвать Лиса, но беда в том, что призрак внезапно куда-то исчез, как будто все-таки поступился принципами и отправился к Вратам Эста. Тень и Дух ничего мне не объяснили, когда я обратилась к ним с просьбой.
— Что с тобой? — за беседой с ними меня застала Рилина, подошедшая вместе с Жин.
Я отозвала их в сторону и без утайки высказала свои замыслы:
— Хочу понять, что на уме у Беккит.
— Нам бы всем хотелось узнать, что она задумала и кого прячет в своей комнате, — присоединилась к разговору девчонка, стрельнув в обоих призраков проницательным взором, и пояснила. — Однажды я видела, как в покои змеи несли длинный сундук. Только вообразите, что из него донесся чей-то стон, когда один из слуг ненароком оступился и уронил свою ношу.
Мы с Рилиной разом онемели и ошарашено переглянулись, но хорошенько расспросить Тижину не удалось. К нам спустился Алэр и позвал в зал, в котором уже находилась Беккит со свитой.
Он всеми силами старался отвлечь меня от давящих, мучающих мыслей, в которых я раз за разом умоляла Хранителей послать мне подсказку. Но небесные покровители оставляли без ответа мои просьбы.
Супруг сокрушенно качал головой, да и я была бы рада безоглядно довериться его заботе, но внутреннее чутье мешало, а слова Тижины набатом звучали в голове. Благодарила Алэра за поданные кусочки мяса, заботливо разложенные на моем блюде, за свежую зелень, выращиваемую по его приказу в небольшом зимнем саду. Я рассеяно улыбалась и медленно поглощала еду ради здоровья будущей наследницы.
Не знаю, почему именно сегодня я подумала не просто о ребенке, каком-то отвлеченном понятии, а о дочке.
— Почему ты уверена, что родится девочка? — тотчас откликнулся Рейн.
— Потому что так распорядилась Некрита. Одна королева должна подарить жизнь другой.
— А если… — озадачился супруг, но я его остановила.
— Первой будет девочка — это закон — Ар-де-Мею нужна новая королева.
Он с задумчивым видом принял мой ответ, а потом наклонился, став еще ближе, и жарко пообещал:
— Мы не остановимся.
Я повернулась к нему и замерла, любуясь демоном, доставшимся мне в мужья. Весь его облик излучал силу, величие и уверенность. Лицо было прекрасно и одухотворенно, и я знала, в этот миг он грезил, какой родится наша дочка.
Жаль, не я одна не сводила с Рейна жадных глаз. Беккитта тоже грезила наяву, и я отчетливо понимала, что скрывается за ее мечтами. Какая-то злая, расчетливая мысль билась в хитрой голове са'арташи. Она долгие недели вынашивала свой недобрый замысел и сейчас готовилась преподнести его нам. Чудилось, что не музыка менестреля разливается по залу, а грохочет, словно гром, эхо страшных мыслей Кровавой королевы.
Незаметно для самой себя я взяла Алэра за руку, и его надежная, мозолистая ладонь стиснула мою. Он собирался что-то произнести, но Беккитта опередила. Она поднялась и взмахнула своей холеной рукой, требуя тишины.