Полюби меня заново (СИ)

Я слушала с большим интересом, как до этого меня слушал Артур. И размышляла о том, почему же он сам до сих пор не женился?
Но спрашивать не стала. Мало ли, может, не хочет больше заключать брак и дети не нужны? Я у Артура даже и не выясняла, любит ли он детей, хочет ли. Зачем мне это? Я больше рожать не собираюсь, и замуж тоже не хочу. Мне хорошо так, как есть сейчас, с редкими встречами и качественным сексом.
Кстати… а может, я у Артура не одна такая? С его-то темпераментом он мог бы себе и ещё парочку любовниц завести. Тем более что время есть, мы же не каждый день встречаемся.
Отчего-то эта мысль отозвалась во мне чем-то неприятным, гадостным, будто я съела что-то несвежее и теперь меня тошнит. Но я быстро отогнала её в сторону, не желая рассуждать подобным образом.
Всё-таки Артур пока не давал мне ни единого повода думать о нём плохо. Впрочем, я в любом случае не имею права так думать — я ему не жена, а так… Девушка на пару ночей в неделю. Даже если он с кем-то ещё встречается в свободное время, мне до этого дела нет.
Я знала, что вру самой себе — конечно, мне было до этого дело, — но я не хотела ни о чём думать, сомневаться и страдать.
Я давно просто плыла по течению.
27
Катя
После лёгкого ужина в виде салата — Артур, как и я, вечером предпочитал не наедаться плотно — мы переместились в гостиную. Я как раз поинтересовалась, отчего так получилось, что он успел только позавтракать, и Артур начал рассказывать мне, что сегодня у него был внеплановый рабочий день — Артур трудился в банке финансовым аналитиком, и такое с ним периодически случалось, — когда в мессенджер прилетело сообщение от Ники.
Я сразу насторожилась, опасаясь, что дочь, расстроенная моим сегодняшним вечерним отсутствием, да ещё и отказом немедленно мириться с её отцом, напишет что-то не вдохновляющее. Но нет — Ника просто прислала фотографию Тигры, развалившейся на диване в смешной позе пушистым животом кверху.
— Что там у тебя? — поинтересовался Артур с любопытством, подсаживаясь ближе и аккуратно приобнимая меня. На экран он не смотрел, уважая мои границы, но я повернула телефон сама, показывая присланную фотографию. Артур засмеялся, глаза его засверкали, и я даже залюбовалась и ими, и его улыбкой.
— Смешная Тигра.
— А я рассказывала тебе, как мы её нашли? — тут же воодушевилась я, и Артур покачал головой:
— Нашли? Нет, не рассказывала. Я думал, вы её купили или забрали по объявлению…
— Не-е-ет, — хмыкнула я. — Мы её нашли. На обочине дороги. Тигра тогда была котёнком, лежала и жалобно пищала — у неё были сломана лапа и разбит нос. Видимо, под машину попала. В этот день у Ники был день рождения, ей исполнялось пять лет. Папа не приехал, она была безумно расстроена, и я всё делала, чтобы её приободрить. И вот, идём мы домой после кафе, видим на обочине, возле бордюра, Тигру, и Ника вдруг говорит: «Мам, а давай этого котёнка возьмём? Вылечим и оставим себе!» И я даже не заметила, как кивнула и ответила: «А давай!» — настолько была задолбана. В общем, мы Тигру в клинику отвезли, там ей сделали операцию — починили сломанную лапу, — и с тех пор Тигра живёт у нас. Ника её безумно любит, спит с ней в обнимку, таскает по всей квартире. Тигра очень ласковая… А у тебя были кошки? — закончила я свой монолог неожиданным вопросом, отчего-то слегка смутившись, потому что Артур начал перебирать мои волосы. Я уже успела изучить его привычки и знала, что он всегда начинает делать так перед сексом. Сейчас ещё и хвост распустит…
И точно. Артур медленно и осторожно потянул за резинку, стягивающую мои волосы на затылке, и снял её. Вздохнул и удовлетворённо улыбнулся, запустив одну ладонь в освободившиеся пряди, а второй полез под свитер. Положил тёплую руку мне на живот и, погладив его, сказал чуть севшим от возбуждения голосом:
— Были. В детстве. И когда с Викой жил. Она нашу кошку с собой забрала, и больше животных я не заводил. Работаю много, дома бываю мало… Ну, ты сама знаешь мой график. Жалко живое существо, ему всё-таки внимание нужно…
 
«Ты сама знаешь мой график». Удивительно, но да — я вдруг осознала, что и правда в курсе, когда и как работает Артур. Причём я ничего не выспрашивала, он всё сам рассказал постепенно. И про работу, и про свою семью…
— Кать, — шепнул он, склоняясь ниже и почти касаясь моих губ своими, — давай снимем свитер…
— Давай, — улыбнулась я, и Артур не стал медлить — стащил с меня свитер через голову, а потом тут же полез за спину, чтобы расстегнуть лифчик. — Ох, прохладно…
— Я тебя сейчас согрею, — пообещал он, быстро и уверенно расправившись с застёжкой. Положил всё снятое на спинку дивана, а затем взял мою грудь в ладони, при этом глядя на неё так, будто она была пирожным, которое он собирается съесть.
У меня никогда не было особенно пышных форм. Совсем уж плоскодонкой я не была, но и то, как на меня смотрел Артур… Я не помнила подобных взглядов у Стаса. Я видела в его глазах тепло и ласку, но не восхищение. Артур же каждый раз, раздевая меня, будто приходил в восторг. Причём абсолютно искренне…
Говорят, что красота в глазах смотрящего — и это, пожалуй, правда.
— Опять будешь мучить меня, пока я тут по дивану не расползусь, — простонала я, как только Артур начал целовать мою грудь, при этом ещё и лаская её ладонями. Он делал так почти каждый раз. Редко когда быстро приступал к собственно процессу секса — порой очень долго просто трогал, тискал и сжимал, доводя меня до края одними ласками. Я могла при этом к нему вообще не прикасаться — Артур возбуждался и так, только трогая меня.
— Я тебя не мучаю, — прошептал он, улыбнулся и начал лизать мои соски, всасывая их глубоко в рот и вытягивая до предела так, что у меня молнии в глазах сверкали, а между ног всё сжималось и ныло. Я непроизвольно раздвигала бёдра и тёрлась об Артура, и не зря — через пару минут, когда я уже была не в состоянии разговаривать из-за его действий, а только стонать и жалобно хныкать, он всё-таки стащил с меня джинсы вместе с бельём. И, не успела я опомниться, сел на пол перед диваном, положив мои ноги себе на плечи, и…
— Ох! — воскликнула я, ощущая колоссальное напряжение во всём теле — которое исчезло с первым же движением горячего языка Артура. Он никогда не избегал подобных ласк, более того, мне казалось, что Артуру нравится это не меньше, чем мне, — и сейчас он делал всё, чтобы я окончательно перестала соображать, использовал и длинные проворные пальцы, и губы, и язык. Я даже не понимала, что и где находится, только чувствовала дикое наслаждение и эйфорию от происходящего…
Когда Артур наконец приподнялся и, переложив меня на диван так, чтобы я не сидела, а лежала, накрыл собой, впиваясь в губы, я восторженно ахнула и тут же задрожала от очередной волны оргазма. Артур улыбнулся, не разрывая поцелуй, глубокий и дико порочный из-за его влажного лица и движений настойчивого языка в моём рту, и подался вперёд, сильно и резко, до упора наполняя меня собой. Я захныкала, смыкая ноги на его спине, а он, прорычав что-то, продолжил движения, каждый раз заходя и выходя полностью, не прекращая целовать то мои губы, то шею, то щёки, то подбородок…
— Катя… моя…
Не знаю, на самом деле Артур прошептал это или мне показалось — всё-таки я в тот момент находилась не на земле, а скорее на небе, — но сразу после этих слов он на мгновение замер, а затем в последний раз подался вперёд, пронзая меня, — и задрожал, получив наконец собственное удовольствие.
Потом, спустя несколько минут, я пошла в душ смывать следы наслаждений и позвала Артура с собой — но он отчего-то отказался, вызвав у меня этим отказом безотчётную тревогу. Обычно он всегда ходил в ванную вместе со мной… Мы там не только мылись, естественно, и мне это нравилось.
Но сейчас Артур покачал головой и с улыбкой сказал, что помоется чуть позже.
Странно…
28
Артур