Аукцион невинности. Его трофей (СИ)

Я вынырнула из прострации, в которой пребывала, и перевела взгляд на женщину, появившуюся в дверях.
Шикарная — это первое слово, которое пришло на ум. Тонкая, высокая. Лет тридцать на вид. Одета сдержанно-элегантно: строгий деловой костюм кремового цвета, аккуратные лодочки в тон костюму на невысоком каблуке.
Идеальное-красивое ухоженное лицо. Спокойный взгляд прямо перед собой. Олицетворение идеальной помощницы, даже чёрные прямые волосы были стянуты в аккуратный узел на затылке.
— Свободны, — сказал Адам и углубился в изучение содержимого своего телефона.
Римма посмотрела на меня холодным взглядом, развернулась и, не говоря ни слова, вышла.
Я свободна? Ха-ха. Кажется, у меня сейчас точно будет истерика.
Адам поднял на меня задумчивый взгляд. Я вскочила и бросилась следом за Риммой, прижимая к груди разорванный лиф платья-сорочки и изо всех сил стараясь не разрыдаться.
8. Квартира
Я пробежала всего десяток метров по коридору с белоснежными стенами.
И остановилась — будто в стену врезалась.
Да, я действительно врезалась.
Во взгляд Риммы, в котором я легко прочитала обещание долгой и мучительной смерти.
Она стояла в конце коридора, ожидая меня. И смотрела.
Идеально-прекрасная, леденяще-спокойная.
И взгляд такой, спокойный-спокойный.
Я едва сдержала порыв вернуться обратно к Адаму.
К пугающему взгляду моего спасителя или собственника, или кем мне следует его считать — я уже более-менее привыкла, с правилами игры он меня хоть как-то познакомил.
Что в голове у этой стервы я была совершенно без понятия.
— Следуйте за мной, — холодно произнесла помощница синеглазого, грациозно повернулась и пошла вверх по изогнутой белой лестнице с прозрачными ступенями.
Мой натренированный взгляд выхватил отточенную грацию её движений, похоже, что она мастер боевых искусств до кучи, слишком характерная пластика, это видно.
Она меня первый раз встречает, чем я заслужила такие взгляды?
Вот ведь змея. У неё виды на Адама? Они спят?
Почему меня должно это интересовать?!
Я разозлилась на себя от этих мыслей, и эта новая злость неожиданно помогла.
Адам сказал, что я под его покровительством. Распорядился обеспечить меня всем нужным.
Римма не посмеет ничего мне сделать.
Просто она давно с ним работает, переняла повадки, как, например, этот фирменный пугающий взгляд. Я просто не ожидала.
Я подумала. Сравнила. Взгляд Адама страшнее.
Передёрнув плечами, я осторожно пошла следом за его помощницей.
Дальше я всё делала на автомате. Римма насыпала какой-то порошок в стакан воды, сказала мне выпить, пояснив, что у меня все признаки нервного истощения и организму нужно помочь справиться с переживаниями.
Я выпила. Чего уж тут. Не будет же она меня травить — я теперь являюсь собственностью её хозяина, в открытую вредить не станет. Наоборот. Адам поручил меня её заботам. Очевидно, что обо мне теперь будут заботиться до крайности профессионально.
Так и вышло. Римма предложила принять душ, чему я очень обрадовалась и долго стояла под тёплой водой, позволяя смывать с меня последствия всех этих безумных событий.
Предложенная одежда оказалась мне по размеру, невероятно удобной, приятной на ощупь и явно очень дорогой.
На квартиру, которую мы снимали вместе с Анькой, меня привезли, не спрашивая адрес.
Я не удивлялась. Очевидно, что про меня эти люди теперь знают всё.
Кивнув консьержке, я поднялась в квартиру.
Застыла в коридоре, оглядывая её. Аньки не было дома. Везёт ведь сучке. Боюсь даже подумать, что я с ней сделала бы, если бы увидела.
Не разуваясь, я прошлась по пустым комнатам.
Ощущение, будто я не была здесь год. Всё такое знакомое и незнакомое одновременно. Мои аккуратно сложенные вещи. Разбросанная по всей квартире одежда, косметика и фотоаппаратура Аньки.
Сколько раз я её просила наводить порядок, но потом смирилась. У неё был талант находить лучшие заказы. Мне нравилось с ней работать. Хоть бы она не пришла. Если придёт, мне нужно будет держаться подальше от ножей.
 
Впрочем, эта мысль мне понравилась. Сесть в тюрьму за убийство уже не казалось мне такой уж хреновой идеей — пусть синеглазый думает, как меня оттуда вытаскивать. В том, что этот вытащит и отмажет, я почему-то не сомневалась.
Я посмотрела на строгий деловой костюм, в котором я была сейчас одета. На свои вещи. Взяла небольшую сумку из шкафа и стала складывать в неё фотоаппаратуру, ноутбук с приблудами, парочку любимых футболок, старые беговые кроссовки, которые не променяю ни на один бренд, и ещё кое-что по мелочи.
Когда раздался щелчок входного замка, я стояла с сумкой на плече и соображала, что ещё взять, а что из сумки можно выложить.
— Да-да, — раздался голос Аньки из коридора, — я сейчас найду ручку и запишу. Сколько предметов, вы говорите? Я говорю, большой каталог? Не слышно! Повторите. Чёрт, нет-нет, это я не вам, очень плохо стало слышно, давайте я вам перезвоню.
9. Подружка
— Привет, — дружелюбно сказала я.
Анька застыла в дверях комнаты с мобильником в руках, оторопело глядя на меня.
Пожалуй, сейчас происходило именно то, что мне и было нужно: я наблюдала за лицом подружки и жалела, что не фотографирую.
Уж слишком красочной была смена её эмоций от удивления, к злости, а затем к страху.
Не знаю, как я сама выглядела в этот момент, но, глядя на меня, в глазах Аньки заметался животный ужас. Она попятилась.
— Нет-нет, милая, — ласково сказал я, опуская сумку на пол, — не убегай, моя хорошая, давай-ка поговорим!
Анька выронила мобильник и рванулась в коридор.
— Слишком медленно, моя радость, — прошипела я, сбивая её с ног.
Села на неё сверху, зажала локтем горло. Уж я-то точно знаю, как это делается, да и форма у меня что надо, не зря бегаю каждое утро и в зале пропадаю день и ночь.
— Скажи-ка мне, Анечка… — начала было я, но договорить не успела.
Входная дверь распахнулась, с Аньки меня просто снесло.
Я издала разочарованный вопль, но здоровенный бугай, стащивший меня с моей законной добычи и теперь удерживающий меня за корпус, зажал мой рот.
— Утихла, живо! — красивый женский голос прозвучал не по-женски жёстко.
Я замерла, уставившись на помощницу Адама. Она стояла у входа в квартиру, пронизывая взглядом то меня, то Аньку.
Из-за её спины вышли ещё два бугая. Откуда они все взялись?
В машине, в которой Римма везла меня сюда, был только водитель. Впрочем, за нами ехала ещё одна чёрная тонированная машина, может в ней?
— Убивать собралась? — холодно поинтересовалась Римма у меня.
Дёрнувшись в руках громилы, я выразительно приподняла брови. Римма кивнула головой, и меня отпустили. Я одёрнула пиджак, поправила волосы.
Анька сидела на полу, глядя на нас всех снизу вверх, с перекошенным от страха лицом и переводя взгляд с меня на Римму, на громил рядом и обратно на меня.
— Нет, — я поморщилась, с ненавистью глядя на перепуганную Аньку. — Припугнуть хотела и всё. Ну и пар спустить. Она же продала меня! Тварь!
Я подавила порыв пнуть «подружку» и поинтересовалась у Риммы:
— С чего ты взяла, что я убивать собралась?
— Адам предупредил, что ты можешь, — Римма слегка улыбнулась, меня передёрнуло от этой улыбки. — Сказал подстраховать.
Я прикрыла глаза, потёрла ладонями лицо.
— Нет, конечно, — тихо сказала я. — Не знаю, если честно, что я хотела. Просто зла на неё дико.
— Насчёт неё у Адама есть распоряжения, — улыбка Риммы стала шире, — её судьба тебя больше не должна волновать. Ты собралась?
Я опасливо кивнула. Мне очень не понравилось, как это было произнесено.
— Тогда спускайся в машину к водителю и сиди там. Мы будем через десять минут.
Помедлив, я глянула на спокойное идеальное лицо Риммы. Она перевела на меня взгляд, слегка приподняла бровь, и я пулей бросилась в комнату, схватила сумку и вылетела в коридор.