"Фантастика 2023-73". Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
— Думаю, правду в том смысле, что если не получится заполучить твою жизнь и способности, то хотя бы как символ ты б роялистской партии не помешал. На худой конец.
— А насчет Истоков?
Сын лорда надолго замолчал. Друг не торопил его, он уже привык к манере Санджифа иногда глубоко задумываться, прежде чем ответить на самый, казалось бы, простой вопрос.
— Этого никто не знает. Но думать так — подвергать сомнению Божью благодать. Так нельзя. Выкинь эти мысли из головы.
И Илья почувствовал, что ради их дружбы не стоит касаться вопросов религии, тем более подвергать сомнению основные её постулаты. Лучше уж попытаться самостоятельно докопаться до истины.
Он не сразу осознал, что намек насчет имеющихся у него способностей пустил в его душе такой крепкий и упрямый побег. Усаживаясь в машину Санджифа, которая должна была доставить их к замку лорда, и забирая в ладонь пальцы Мирним, он всё пытался вспомнить, что же точно было сказано Кернахом на этот счёт. Что-то про то, что он знает вещи, которых не знают даже учителя Энглейи. И понятно почему — ведь они изучают искусство Видящих, а не магов-Видящих. «Интересно, правда это или нет. Может быть правдой, ведь лорд Инген именно императорским домом занимается, может знать уйму тайн, очень специфических тайн… А тебе придется идти ощупью…»
— Ты какой-то странный, — укорила Мирним. Она раскраснелась от удовольствия, поездка в гости обещала уйму интересного и, может быть, даже приключения, а что самое главное — прикосновение к высшему обществу, которого девушка всегда побаивалась, но при этом очень хотела узнать, что оно из себя представляет. — Задумчивый.
— Да так…
— Расскажи! Нет, правда, я же могу, может, что-нибудь посоветовать…
— Понимаешь… — Он долго колебался, но потом, решив, что и Мира сможет что-нибудь подсказать, изложил ей свой разговор с Кернахом Ингеном. Правда, в сильно сокращенном виде.
На лице девушки появилось боязливое выражение. Она с сомнением вгляделась в его глаза — может, придумывает? — потом несмело хмыкнула.
— Ты меня огорошил, признаться… И что ты думаешь делать?
— Посмотреть. Он пока мне не сможет сделать ничего плохого. Ну не будет же он, в самом деле, красть меня прямо из школы или там из Уинхалла…
— Андисту украли!
— Теперь тут все на ушах стоят, не рискнет провернуть такую штуку ещё раз. К тому же я надеюсь выудить что-нибудь полезное из общения с ним…
— Ты что, всерьёз собираешься продолжать общаться с лордом Ингеном?! Ты что, совсем с дуба рухнул? Пойми, что этот человек заседает в Совете, он умеет говорить. Если будешь с ним общаться, даже и не заметишь, как согласишься участвовать в обряде и отдашь ему и жизнь свою, и Дар.
— Вот уж чего точно никогда не случится, поверь мне. Я настолько не сойду с ума.
— Главное, как тебя будут с ума сводить, а Инген — я уверена — большой мастер этого дела.
— Ладно, я буду осторожен, обещаю, — заверил её Илья, чтоб прекратить этот спор, — он уже знал, что если девушка уцепится за какую-нибудь мысль, не отступится, будет грызть её, как мышь — корку сыра, пока не сглодает до последней крошки. А значит, проще согласиться. — Не слишком-то я вообще хотел с ним общаться. Но врага надо знать в лицо.
— Ты доиграешься… Чего тебе ещё нужно? Ты его узнал, всё, держись от него подальше.
— Буду, буду, я же сказал, — отмахнулся юноша. Но продолжал думать об этом. У него мешались мысли. То ему казалось, что доводы Ингена выглядят не так уж абсурдно, они вполне аргументированы и логичны — в самом деле, ведь Ильду и Андисту украли люди его сестры, а любой человек защищает своего родственника. То приходило в голову, что любой аргумент этого человека можно повернуть хоть так, хоть эдак. Да и должен же был он откуда-то узнать, что интересующий его школьник окажется в Уинхалле именно в этот день, именно там, в кафе под новооткрытой клиникой для виверн. Господин Кернах ведь и сам сказал, что хотел встретиться, поговорить. Значит, люди лорда следят за Ильей, это очевидно.
Кто мог всё ему рассказать?
Юноша отвернулся к окну, уставился туда, не видя, как автомобиль мчится по горной дороге, почти по самому краю пропасти, над необозримым пространством озерной глади, затянутой плотно заснеженным льдом. Получалось, что шпионом мог выступать только Ферранайр. Именно он активно напрашивался в друзья, именно он «сватал» однокласснику эту клинику, именно он всё знал. И в похищении Андисты тоже поучаствовал.
Везде отличился, если проще.
А если Инген прибегает к его услугам для слежки за Ильей, то тут, получается, надо не сближаться с Ферранайром, а бежать от него, как от лишайного. Только в рамках школы это маловероятно. К тому же, слишком много совпадений получается. Может, конечно, суд и не примет подобные доводы во внимание, однако здравый смысл подсказывает, что такие совпадения едва ли часто случаются в жизни. К ним стоит очень внимательно и критически присматриваться. Очень и очень критически.
Санджиф, обернувшись с переднего сиденья, что-то говорил о планах на вечер — Илья машинально отвечал. Скоро стало понятно, что особого толку от него не добиться, и сын лорда переключился на Машу, которая как раз была очень разговорчива и любезна, в отличие от насупленной, озадаченной Мирним. Видно было, что отпрыску знатного семейства приятно слышать голос архангельчанки, его забавляют её шутки, нравятся её замечания. Девушка чувствовала себя не в своей тарелке, приглашение Санджифа казалось ей чем-то слишком значимым, большим, чем то, на что она могла рассчитывать, и поэтому старалась развлечь одноклассника, хоть так отблагодарить его за щедрый жест.
Во дворе замка, где за полгода ничего не изменилось, разве что снега на кромках стены стало больше, да тускло поблескивал припорошенный хрупкой снежной трухой защитный купол, охраняющий внутренние дворы от холода и стихий. Огромный дворовый камин, где вяло горел огромный обрубок бревна, добавлял не слишком-то много тепла, зато свободные от обязанности отворять ворота стражники имели возможность подогревать там колбаски, наколотые на шампуры.
Маша пугливо оглядывалась — ей всё казалось слишком огромным и слишком непривычным. Санджиф взял ее за руку, успокаивающе сжал пальцы, показывая, что тут нет ничего особенного, а если и будет вдруг, так он поможет и подскажет.
— Слушай, нам хоть дадут себя в порядок привести? — весело спросил Илья (мысль о скором вкусном ужине подбодрила его, заставила временно позабыть о лорде Ингене и всех прочих). — Или сразу пойдем представляться твоим родителям?
— Придётся поужинать всем вместе, — ответил сын лорда, с озабоченностью глядя на свою гостью, уроженку Дневного мира. — Ничего особенного, просто ужин в кругу семьи.
— Ага. Будут проверять, как мы умеем пользоваться ножом и вилкой.
— Если ты будешь есть руками, тебе простят. — Санджиф охотно подхватил шутку. — И даже не слишком удивятся.
— Потому что я — аурис?
— В первую очередь.
— А мне? — нахмурилась Мирним. — Потому что я простолюдинка?
— Нет, потому что ты очаровательная девушка, а девушкам позволительно всё на свете.
— Тогда я могу быть спокойна, — развеселилась Маша. — Я мало того что аурис, так ещё и девушка. С ума сойти! Мне можно будет лезть в блюдо обеими руками?
— Непременно, — подтвердил Илья, с трудом сохраняя серьезное выражение лица. — И непременно сморкаться в шторы, рассказывать про медведей, а также бренькать на балалайке. У тебя есть балалайка?
— Сбегаю домой, прихвачу.
Тут уже они рассмеялись в голос. Сын лорда с вежливой улыбкой слушал их, хотя и чувствовалось, что он едва ли понимает, о чём они говорят и чему смеются.
— У вас на родине играют на музыкальных инструментах с таким странным названием? — осведомился он.
— Как правило, иностранцы пребывают в глубокой уверенности, что только на этом инструменте мы и играем. А ещё пьем водку и носим шапки-ушанки. Всегда, даже летом.
— Но это же жарко, — с полной серьезностью возразил Санджиф, когда понял, что такое ушанка.