Захоронение

– Что?
– Что-то не сходится.
– И что же именно?
– Мы приняли за рабочую версию то, что скелеты подбрасывал Джордженсен, так?
– Правильно. И мы его поймали.
– Но этот последний скелет мы нашли сейчас, когда он уже третий день сидит в камере.
– Тоже правильно, но это еще не значит, что он не оставил этот скелет заранее, до того как мы его задержали. Он вполне мог это сделать, а скелет нашелся только спустя три дня.
– Возможно, – согласилась Бреннан, – но подумай вот о чем. Где был оставлен первый скелет?
– Возле здания имени Дирксена.
– Почему там?
– Потому что там он точно привлек бы наше внимание.
Бреннан кивнула:
– Именно это и произошло.
– Да.
– Что насчет второго скелета?
Они выехали на параллельную трассу, и Бусс смог выжать из машины максимум. Час был поздний, и автомобилей на дороге было очень мало. Вдали появились огни города, и Бусс снова ощутил себя частью цивилизации.
– Возле театра.
– Но куда привел нас бездомный свидетель?
– К старому дому Джордженсена.
– А теперь?
Бусс пожал плечами.
– Дорога на Алгонкин. Ну и что?
– Где жил Джордженсен?
Поняв, к чему она клонит, Бусс ответил:
– В Алгонкине.
Кивая, Бреннан продолжила:
– Тебе ничего не кажется странным? Разве он может рыть таким неосмотрительным?
– Еще как может, если хочет, чтобы его поймали.
Бреннан покачала головой.
– Я так не думаю. Ты же был тогда в кухне. И продолжаешь думать, будто он хотел, чтобы его поймали? Вспомни, как он себя вел.
– Может, он просто решил окончить карьеру и умереть в зените славы?
– Бусс, Джордженсен вел себя совсем не так, как вел бы себя человек, приготовившийся к смерти. Он не хотел уйти из жизни, забрав нас с собой. Он хотел выжить.И это ему удалось.
– Шизики часто творят подобные вещи, Бонз. Это мое поле деятельности, так что поверь мне на слово – серийные убийцы часто делают что-то, не отдавая себе отчета и своих поступках.
Она ничего не ответила, глядя на дорогу перед собой.
Бусс продолжал:
– Он выбрал это кладбище, даже не задумываясь, возле какой дороги оно находится. И скелет указывал на кладбище, а не на дорогу. Но подсознательно убийца хотел быть пойманным, поэтому среди всех кладбищ Чикаго он выбрал именно это, находящееся неподалеку от дороги на Алгонкин.
Но на Бреннан его убеждения не подействовали.
– Это не логично.
– Точно так же, как нелогично убивать молодых людей, хоронить их у себя в подвале и лепить «новые» скелеты из костей разных жертв. Серийные убийцы редко дружат с логикой. Это не соответствует их больному восприятию реальности.
– И все равно я думаю, что мы упустили нечто важное, – сказала Бреннан.
– Если тебе от этого станет легче, прочитай записку. Ее мы точно пропустили. А там может быть нужный намек.
Она достала пакет для улик, в который упаковала записку, включила свет в салоне автомобиля и расправила пластик, чтобы можно было читать сквозь него.
– Снова заглавные буквы.
– Что он пишет?
– «Адресат – ФБР, – начала она читать вслух. – Я дал вам два шанса, и вы доказали, что вы так же беспомощны, как и полиция до вас. Насколько я должен упростить вам задачу? Я дал вам столько зацепок, я сделал эту задачу такой легкой, что с ней справился бы и ребенок. И все равно вы некомпетентны, глупы и неспособны меня поймать. Мое терпение истощилось, пока я наблюдал за вашими беспомощными метаниями. Возможно, я должен просто выслать вам свое имя и домашний адрес? Я уже проделывал это с полицией, может, только так я смогу рано или поздно увидеть вас у моей двери». Подписано «Придурок».
– Придурок? Это как в фильме «Месть придурков»?
– Я опять не понимаю, о чем ты говоришь. Просто «придурок». И все.
– Три записки, три разные подписи, – задумчиво сказал Бусс. – Вот теперь я точно не вижу во всем этом никакого смысла…
Бреннан выключила свет в салоне.
– А ты представь на секунду, что мы еще не поймали Джордженсена, зато нашли этот скелет.
– Какая разница?
– Я заметила, что эта дорога ведет к Алгонкину, ты тоже… Что, если Джордженсен сделал это, чтобы навести нас на след? Тогда зачем использовать три разные подписи? Чтобы запутать нас?
 
– Бонз, ты снова ищешь логику там, где она и близко не стояла. Этот путь ведет в никуда.
– Блокнот и ручку.
Бусс вытаращился на нее.
– Следи за дорогой! – сказала Бреннан. – У тебя есть блокнот и ручка?
Управляя машиной одной рукой, другой рукой Бусс рылся в карманах в поисках блокнота и шариковой ручки. Найдя их, он передал добычу Бреннан.
Она вдруг затихла, что-то быстро черкая в блокноте. Сконцентрировалась. Ушла в собственные мысли, не обращая на него ни малейшего внимания.
Бусс использовал паузу в разговоре для того, чтобы обдумать, что следует предпринять по делу пропавшего Мюсетти. Теперь, когда вся эта чертовщина со скелетами закончилась, его руки были развязаны и он мог действовать.
А «Дело скелетов» действительно близилось к завершению. Подозреваемый под следствием, улики собраны. Пока ничто не указывало на связь Джордженсена с этими скелетами, но тут уж работа не для него, а для чокнутых профессоров вроде Бреннан. Эксперты завершат дело.
Бреннан по-прежнему не отрывалась от блокнота, выпав из реальности.
Вскоре Бусс въехал на стоянку позади музея Филда. Над черным ходом горела красная лампочка сигнализации, что означало – доктор By еще не приехала и им придется немного подождать.
– Что ты сняла со скелета и спрятала в пакетике? – спросил Бусс.
– Ты имеешь в виду маленький пластиковый…
– …пакетик в твоем кармане. Так что там?
– В одном из узлов на проволоке, которой был связан скелет, застряли волоски. Я немедленно пошлю их Джеку для идентификации.
И, словно и не было этого разговора, Бреннан снова уткнулась носом в блокнот. Бусс посмотрел на нее, пожал плечами и вернулся к мыслям о деле Мюсетти.
Внезапно Бреннан издала некий ликующий звук, почти смех, видимо, очень довольная собой и тем, что она сделала.
– Анаграмма! – провозгласила она.
– Чего?
– Эти подписи. Это анаграмма.
– Все три подписи?
– Именно все три. Если правильно переставить буквы этих именах, то вот что ты получишь…
Бусс посмотрел в сияющие глаза Бреннан, затем бросил взгляд на блокнот, освещенный только падающим из окна охраны лучом света.
В мешанине зачеркиваний ясно виднелось слово MASTERMIND  [16].
– И чем тебе не понравился «придурок»? – уныло спросил Бусс. – По-моему, больше подходит.
Бреннан уставилась на него взглядом оскорбленной в лучших чувствах Медузы Горгоны.
Бусс понял, что сморозил глупость.
– Хотя это не лишено смысла…
Взгляд Бреннан не изменился.
– Ладно, ладно, – он поднял руки, сдаваясь, – ты абсолютно права.
Доктор By открыла дверь черного хода, Бусс и Бреннан вытащили свою находку и понесли ее в лабораторию.
Скелет был уложен на центральный стол и избавлен от упаковки. Бреннан переоделась в медицинский халат и натянула резиновые перчатки, доктор By последовала ее примеру. Затем обе женщины принялись исследовать кости. Бусс топтался рядом и скучал, делая вид, что и он при деле.
Доктор By и Бреннан соревновались в знании теории, и вновь стало ясно, что кости явно принадлежат разным людям.
– Ребра и ключицы взяты из разных тел, – говорила Бреннан, – я объяснила тебе причину еще на месте происшествия.
Бусс кивнул.
– На некоторых костях явно видны следы роста, так что они принадлежат молодому человеку, остальная часть скелета – более взрослому мужчине.
– И как много из них принадлежит одному и тому же?
– Скорее всего, тазовые кости, некоторые кости рук и все, что ниже коленной чашечки, принадлежали одному и тому же человеку.
– А остальные, насколько я понял, менее изношены?