Месть моя, или сбежавший жених (СИ)

Дима молчал.
Снаружи шумел дождь, но грома мы уже не слышали, минут через пять наступила тишина и сквозь тучи робко пробились первые лучики заходящего солнца.
Не дождавшись ответа, я прошептала, опустив глаза:
— Думаю, нам нужно идти, должно быть, друзья нас потеряли.
Дима кивнул и пошёл к двери. В голове роились тысячи мыслей, и ни одна из них не была успокоительной. Где здравомыслие, которым я так гордилась⁈
Димка — он же друг, а ведь из-за того, что произошло, я могу его потерять, а он, возможно — свой брак.
Что же остаётся? Только верить в счастливый конец света, когда вернёмся в «Ивушку».
  
Глава 27
 
Я пришла в свой уютный номер и, не отвечая на вопросы Дарии о том, где была, что видела, завалилась спать. Потом с ней поговорю, всё потом.
Возбуждение, накрывшее в сараюшке, не отпускало, я долго крутилась и не могла уснуть, а потом, приняв холодный душ, снова проворачивала в голове сегодняшний вечер. Мыслить старалась логично и рационально: что это было со стороны Димы — проявление чувства или просто наваждение, минутная слабость? А с моей стороны?
Так и не найдя ответов на вопросы, решила: надо спать, утро вечера мудренее. После сна понятно, что ты, умничка такая, за день нагородила. Часа через два провалилась, наконец, в глубокий сон, поэтому не сразу услышала звук рингтона — кошачий микс — поставленный на один единственный телефонный контакт.
Я сбросила звонок: вот гад, ещё имеет совесть звонить. Невыносимый кошачий визг продолжался.
— Да, — рявкнула я.
— Привет, Ксюша.
— Что надо, ты на часы смотрел?
— Прости, Ксюшенька, я так виноват перед тобой, — лилейным голосом запричитал Доброкотов. — Прости, прости, непутёвого, ревную тебя дико, поэтому веду себя, как упёртый баран, поверь, не со зла.
«Кошак ты противный, а не упёртый баран», — подумала я.
— Исчезни. — Нецензурная брань в моей голове строчила как пулемета.
Доброкотов не унимался:
— Подожди. Звонил тебе весь вечер, почему-то не отвечала.
— Потому что меня не было в номере, а телефон остался здесь на зарядке.
— Где же ты была? — снова в его голосе послышались нотки ревности.
— Не твоё дело. Это всё?
— Нет — нет, подожди. У меня к тебе просьба. Если вдруг Рина спросит о нас с тобой, скажи, что ты меня первая бросила, ну тогда, перед свадьбой. Она ничего не знает, но так прошу, на всякий случай.
— Жёнушка под тебя начала копать? — Я как-то сразу оживилась: неужели план срабатывает?
— Что-то в этом месяце слишком тщательно стала за мной следить, контакты в телефоне проверяет, вопросы разные задаёт, тут ещё к старушечьему портрету приревновала.
«Значит, контакты проверяет… Да это не она, я твои контакты, паршивец, проверила и удалила вместе с твоими тётками», — подумала я и, ничего не обещая Доброкотову, отключила телефон. Странные всё же у этой парочки отношения.
Утром все Женькины родственники, друзья вновь встретились за завтраком, после него мы должны были выдвигаться в Энск, пребывание в туркомплексе заканчивалось. Я появилась в ресторане предпоследней, потому что проспала, и привлекла этим к себе повышенное внимание.
— Здрасссьте, — проскрежетала я, стараясь улыбнуться.
Илья с Пётром Алексеевичем бросили на меня сочувственный и одновременно снисходительный взгляд, типа: бедолага, не выспалась.
Дима пришёл немного позже, молчал и глаз не поднимал от своей тарелки с оладьями.
Всё шло более-менее нормально, пока не было ЮДП, но как только он оказался рядом, я почувствовала стремительно нарастающее возбуждение, как будто моё тело реагировало на его мужские чары, несмотря на то, что голова призывала к спокойствию.
Легкость, с которой мы когда-то с ним общались, окончательно исчезла, возникло какое-то напряжение, мы даже не смотрели друг на друга. И вроде бы всё, как всегда, но что-то не так. Мы-то с ним знали: что не так и почему.
На душе было так гадко. Просто потому что вся ситуация была убогой, нелепой и какой-то бестолковой, будто я побывала на дешёвом ток-шоу.
 
Тут ещё некстати позвонила мама. Ну всё, сейчас будут новые расспросы об отдыхе и о парнях. Она обязательно скажет: «Не нашла там себе жениха?» Все вышло гораздо хуже, чем ожидалось.
— Не нашла ещё жениха?
— Ма, я на завтраке, приеду — всё расскажу.
Был бы это кто-то другой, я бы немедленно выключила телефон — и все дела. Но это же мама. Нельзя.
— А то обратила бы внимание на Виктора, мне Женя на днях намекнула, что он к тебе неравнодушен. Хотела сразу позвонить, да забыла, как всегда, отец влез с разными вопросами, а сегодня едем с ним на нашей ласточке, включили любимую радиоволну, а Виктор в это время сообщает о городских новостях. Та-акой прекрасный ведущий и журналист замечательный, как же он нам с отцом нравится! Да и многим в городе тоже. Не упусти шанс.
Так и живите с ним. От меня-то что вам нужно? Уже начал надоедать этот глупый разговор.
Сидящий со мной Илья навострил уши, а потом не замедлил по-армейски громко и прямо высказаться:
— Слушай мамку и выходи за Виктора замуж, хороший парень, не прогадаешь. — И пристально посмотрел на Диму.
  
Глава 28
 
О, Боже-е-е-е… Я почувствовала себя так, как будто меня обдали ушатом холодной воды. И Илья туда же. Ага, как в том анекдоте, типа: выйди замуж на радость маме, работай на радость папе, роди на радость бабушке с дедушкой, а потом убедись, что все счастливы — и застрелись.
Дима метнул на меня грозный взгляд и тут же взяв себя в руки повернулся к жене:
— Ириша, подай, пожалуйста, соль.
Ириша…Ирка она.
Я посмотрела на жену ЮДП, та весело болтала с Дариёй и между делом подсмеивалась над Петром Алексеевичем, который сказал, что следующий раз вот такой же компанией желал бы съездить на море:
— Я в последний раз на море-то был в детстве, и то на море Лаптевых!
Ирка тут же подхватила:
— Ха-ха, вот юморист, да такого моря даже не существует.
«Как же ты, Дима, человек энциклопедических знаний, живёшь с такой бестолковой женой?» — размышляла я, возвращаясь с Дариёй и Ильёй домой на машине Петра Алексеевича. Дима с Иркой ехали на своей машине.
Через некоторое время по приезде домой Женька, недолго думая, ответила просто на мой вопрос:
— Для умных бесед ему достаточно коллег и друзей. От Ирки требуется варить борщи, поддерживать домашний уют и всегда быть готовой к постельным подвигам. А с этим у неё, поверь мне, проблем нет.
Что же он тогда делал со мной в тот грозовой вечер? Дискутировал на политические темы? Так нет же, эротически просвещал свою подружку. Или Иркины подвиги для него не подвиги?
Подруга перескочила со скучной жизни брата на свою — бурлящую событиями: Николай на каждой встрече зовёт её замуж.
— Так выходи: молодой, здоровый парень, каждый день обливается холодной водой, — засмеялась я.
— Но в какой замуж-то? Коля ещё учится, а потом пойдёт в армию. Что это будет за семья: он там, я здесь?
— Может, поэтому парень и торопится, боится, что ты найдёшь более выгодную партию или влюбишься и выйдешь замуж?
Женька расхохоталась:
— Чего ему бояться, если люблю я только его.
Вовремя замолчать — большой талант, которого у меня, к сожалению, нет, поэтому я продолжила нервировать подругу:
— Ты очень переменчива: сегодня одного любишь, завтра — другого, а в перерывах возвращаешься к школьной любви. Как Николай тебя только терпит?
— Ксюха, отстань. Расскажи лучше, как провела дни в «Ивушке» после нашего с Виктором отъезда? Кстати, я думаю, он к тебе неравнодушен. А что? Хороший парень. И родители, кажется, у него нормальные, не то что мамаша Доброкотова.
— В любом случае, ты не должна была делиться своими мыслями относительно Виктора с моей мамой. — Я не хотела говорить, как, а главное, с кем провела последний вечер перед отъездом, поэтому зацепилась за эту фразу «родители нормальные». — А с родителями Николая когда будешь знакомиться?