Правила Барби (СИ)

– Потепление? Так ты это называешь? Ты просто бросаешь мне кость, чтобы усыпить мою бдительность. Если ты думаешь, что после этого я с радостью расставлю для тебя свои ноги, то очень сильно заблуждаешься!
Я усмехнулся.
– Думаешь, я горю желанием спать с фиолетовым плюшевым кроликом «Тедди»?
Я понял, что снова ступил в капкан, когда ее правый глаз задергался.
– Я не это имел в виду, – вздохнул я, приближаясь к ней.
Барбара спрыгнула со стула, забрала свои вещи и ушла, так ничего и не ответив.
  
Глава 18
 
Барбара 
– Давай же, Барбара, как насчет горячего секса в стоге сена? – опершись бедром о дверцу денника Герцогини и зажав в зубах самокрутку, спросил Джуд. Я снаряжала лошадь для прогулки, пока конюх без устали болтал. Джуд не оставлял своих попыток подкатить ко мне, очевидно, считая что за несколько недель своего пребывания здесь я лишусь разума, зрения и обоняния.
Я поморщилась, когда снова почувствовал его едкий запах пота.
Если бы у меня был выбор: получить пулю в лоб или переспать с ним, я попросила бы не медлить с нажатием на курок.
– Отвали, Джуд, – фыркнула я, доплетая последнюю косичку своей лошади.
– Брось ломаться, Эванс, уверяю, ты не забудешь секс со мной еще очень-очень долго, сказал он, приближаясь ко мне. Запах его пота стал резче. Как и моя тревога.
– Не сомневаюсь, и уж точно не собираюсь проверять.
Его брови взмыли в удивлении, и на секунду я почувствовала внутри страх. Ветеринар ушел минут десять назад, ведь рабочий день кончился, его дочь последовала за ним, Бо тоже уже не было, а значит, я и Джуд остались здесь вдвоем.
– Мне нравится наша игра, ты строишь из себя недотрогу, а я хищника, – низким голосом заявил он.
– Джуд, тебе бы душ принять, – посоветовала я, обходя Герцогиню и затягивая подпругу седла.
Он рассмеялся.
– Так пахнет настоящий мужчина, но готов поспорить, тебе еще не доводилось встречать таких, – заявил кретин. Я подавила в себе желание сострить, чтобы не нарваться на проблемы. Джефри тоже был мужчиной, и тоже потел, но почему-то в его кожу мне хотелось вонзиться зубами.
Боже, и почему я вообще вспоминаю о нем?
– Просто отвали уже! – фыркнула я, чувствуя, как его рука вдруг касается моей талии, я вздрогнула, моментально отшатываясь от конюха.
Я опасалась, что он перейдет к активным действиям, но Джуд вдруг попятился назад, а затем я услышала неторопливые тяжелые шаги.
Прямо как в детстве, когда он был на пятнадцать лет младше.
– Кажется, она сказала тебе отвалить, – прокатился тяжелый грубый голос Фостера по конюшне.
Джуд вскинул руки, отходя все дальше и дальше от меня, в его взгляде заиграл испуг.
– Мы просто болтали, Фостер.
Я обернулась, замечая пышущего злостью Джефри, который смотрел прямо на Джуда, и клянусь, если бы взглядом можно было поджигать, от Джуда уже остался бы лишь пепел. Я невольно вжала голову в плечи, будто Фостер злился на меня. Но неужели Джуд так сильно разозлил его?
Конюх ретировался, пока Фостер не испепелил его разъяренным взглядом. Джефри же остановился за моей спиной и без промедления затянул подпругу на седле моей лошади, все еще поглядывая туда, где исчез конюх. Его действия были машинальными, отработанными и сильно злили меня. Я обернулась и стукнула его обеими руками по груди, Фостер отошел на один шаг.
– Мне не нужны защитники, и оставь уже в покое мое седло! – огрызнулась я. Фостер угрожающе сузил глаза, а затем попытался приблизиться ко мне, но я уперла свою ладонь в его грудь, заставляя его остановиться.
– Но-но-но, полметра – вот та дистанция, которую ты отныне будет соблюдать, – строго проговорила я, замечая, как негодование и злость в его глазах сменяются озорством.
– Можешь расслабиться, я получил что хотел, – самодовольно ответил он, – не впечатлило.
Я поморщилась от столь неприятного комментария. Конечно, его не впечатлило, Джефри мог щелкнуть пальцами, и в его объятия упадет любая красотка. Но мне плевать на это, я тоже получила то, что хотела – разрядку, Фостер не имел значения.
 
Боже, я лгала самой себе, ведь каждую ночь заворачивалась в покрывало, на котором остался запах его кожи, и только тогда засыпала. Я медленно сходила с ума, и от этого осознания хотелось выть раненой ланью. Почему он? Из сотен миллионов мужчин именно он был моим ураганом, именно он способен был как уничтожить меня, так и возродить?
– Но я здесь не за этим, – донесся до меня его равнодушный голос, а в следующее мгновение его рука коснулась моих волос, затянутых в хвост на затылке. – Ты все-таки изменила цвет.
Я шлепнула его по руке.
Потребовалось сразу две процедуры химического выведения краски с волос, чтобы убрать фиолетовый пигмент, а затем новая покраска, и теперь мои волосы были жемчужного оттенка – чуть светлее, чем мои натуральные, но я не жаловалась. А еще я лишилась почти десяти сантиметров посеченных от многочисленных химических процедур кончиков.
– А еще ты пожертвовала пятьдесят тысяч долларов в фонд спасения Палаусских белых медведей.
Я подавила в себе желание улыбнуться, однако мои губы дрогнули, и Фостер все понял без лишних слов, он хорошо изучил мою мимику. Я действительно сделала скромное пожертвование в фонд с его карты.
Ладно, не скромное.
– Да, мы должны помогать всем зверюшкам на нашей планете, – прижимая руку к груди, сказала я.
Его подбородок дернулся, Джефри злился, хоть и пытался сдерживать это.
– А почему так мало взяла?
– Решила поберечь твои финансы, милый, – последнее слово я выплюнула с таким отвращением, словно мне попалась червивая вишня.
– Для таких крупных операций требуется пин-код, как ты его узнала?
–Я очень наблюдательна, когда дело касается тебя, – пожала плечами я, наслаждаясь яростью, танцующей в его глазах. Думает, что дал мне карту, и я так легко забуду все плохое? Размечтался!
Фостер медленно надвигался, заставляя меня пятиться назад, пока моя спина не столкнулась с деревянной стеной. Он навис надо мной, опираясь одной своей рукой на стену справа от моей головы, а второй сжимая мои щеки, заставляя меня сложить губы в форме буквы «о», тем самым делая меня похожей на рыбку.
Я так сильно ликовала внутри, что даже не отстранялась от него. Я знала, что после моей выходки, он взбесится, поэтому сделала это с огромной душевной радостью.
Его взгляд опустился на мои губы, которые сейчас были просто в идеальном положении для поцелуя. В зеленых глазах вспыхнуло желание и потребность поцеловать меня, которую Фостер больше даже не пытался прятать. Все было на поверхности, может, я и не составлю конкуренцию всем желающим переспать с ним, но факт оставался фактом: Фостер меня хотел.
– Какая ты у меня экономная, учитывая то, что Палау – тропический остров в Океании, и белые медведи там не водятся.
Упс. 
Я потупила взгляд, делая вид, будто бы не знала об этом, будто не увидела листовку о пожертвовании в богом забытом переулке рядом с листовкой о продаже наркотиков.
– Ты ведь знаешь, что у меня просто ужасные проблемы с географией, – невинно захлопав глазами, ответила я. – Мне жаль.
Из его горла вырвался странный звук, что-то между смешком и недовольным фырканьем.
– Тебе не жаль.
Я пожала плечами.
– Нет, но должна же я сделать вид. И не мог бы ты отпустить мои щеки, мне больно.
Он снова взглянул на мои губы и разжал пальцы. Фостер еще несколько секунд смотрел в мои глаза, будто намеревался мне что-то сказать, но, так и не решившись сделать это, просто развернулся и зашагал вглубь конюшни.
– И куда ты? – крикнула я.
– Решил спасти маленькую зверюшку, а если точнее, то не придушить ее за то, что она в очередной раз решила показать свой характер.