Обещание (СИ)

— Ясно, — ответил эхмейец с улыбкой. И прибавил неожиданное: — Зажми свои гениталии пневматической дверью. Означает среднюю степень недоверия.
Стах отсмеялся, вытер слёзы. Сделал вывод:
— Сработаемся, Калеа.
— Спасибо за понимание, Икеда, — ответил улыбкой шеф. — Ознакомьтесь с материалами. Два дня вам хватит? Тогда в следующий раз проведём совещание вместе со следственной группой, судмедэкспертами, криминалистами и аналитиками системы «Пути». А также с нашим гирарданским коллегой. Будет возможность задать вопросы, ознакомиться с планом действий, с результатами следственных мероприятий. Обменяться идеями. Такие вещи.
Стах вышел на улицу, под лиловое небо эхмейского дня. Прошёл по жёлтой дорожке парка в тени огромных деревьев с тёмно-зелёными, почти чёрными глянцевыми листьями и пурпурными цветами. У пёстрого фонтана, изображающего сцены труда, он присел за столик, застеленный розовой скатертью. За другими столиками, расставленными вокруг фонтана, ели, пили и болтали эхмейцы: яркие мужчины и женщины, почти земные дети.
И эти, как их… Кейяре.
Двое сидели за соседним столиком, и походили они на подростков, принарядившихся для ролевой игры: длинные робы, перетянутые в талии широкими поясами, длинные пряди прямых чуть голубоватых волос и узоры на коже тоже бледно-голубые, едва заметные. Позабыв о стаканах с чем-то розово-бирюзовым, они казались увлечёнными оживлённой беседой. Склонившись друг к другу, почти касаясь головами, они говорили так тихо, что переводчик Стаха никак не реагировал. А он и не собирался подслушивать. Просто глядел на молоденькие оживлённые мордашки с быстрой улыбкой на по-юношески пухлых губах, глядел и, пожалуй, чувствовал обаяние этих существ, прелесть чего-то незавершённого, чему не хватает последнего штриха. Была в этих юношах какая-то загадка, что ли, смотреть на них было приятно. Стах заметил сходство кейяре, решив про себя, что они — братья. А впрочем, один из них, с милой родинкой на подбородке, больше походил на девушку.
Кейяре-юноша пробежался пальцами по небольшому встроенному экрану, видимо, расплатился. Они поднялись из-за стола и пошли к выходу из кафе, не прерывая беседы. Когда парочка поравнялась со столиком Стаха, переводчик выхватил из разговора случайную фразу без начала и конца: «… значит, осталось всего полтора года, а потом мы сможем…» Икеда поглядел им вслед. Впрочем, каждый мужчина, женщина и ребёнок в уличном кафе глядели им вслед. Видимо, и в правду эти самые кейяре были всеобщими любимцами, вроде чирлидеров городской футбольной команды. Или женской сборной местного колледжа, которая выиграла чемпионат страны по водному поло…
Позже в номере гостиницы, больше похожем на тропическое бунгало с крошечным личным садом, Стах оживил свой комм. Он начал с отчёта криминалиста, перешёл к свидетельским показаниям. А когда все девяносто три страницы отчёта судмедэксперта грубым клеймом отпечатались в памяти, он понял, что не безликого мальчика Аалона нарисовало ему воображение. В лучших садистских традициях на место погибшего кейяре оно подсунуло ему сегодняшнего улыбайку с маленькой родинкой на подбородке.
Под утро Стах решил: если в этом действительно виноват человек, он его поймает. Но прежде, чем отдаст этого уёбка эхмейскому правосудию, он проведёт с ним пару часов наедине. Насыщенных часов, запоминающихся. Страх запачкать руки кровью неактуален для того, кто отправил к боженьке мавеханский корабль-матку с десятью тысячами ангелоподобных и, по сути дела, ни в чём не повинных существ…
Его война продолжается. Она не закончится никогда.
========== Глава 2 ==========
Двухметровая фигура в чёрном до пола плаще с низко надвинутым капюшоном запросто могла принадлежать человеку. Гуманоиду в любом случае. Пока эта фигура не сдвинулась с места. Люди так не двигаются, не плывут над полом, не перетекают в громоздкое кресло. Стах предпочёл бы видеть гирарданца как есть: при щупальцах и всех делах. Маскарадный костюм опереточного злодея сбивал с толку. Но шеф Калеа оставался невозмутимым, его голос в наушнике звучал спокойно и ровно:
 
— Детектив Икеда, Венчура. Советник посольства Бритт, Земля. Инспектор Вир Кан Лу, Гирарда. Главный эксперт-криминалист Эйнаре Анери. Судмедэксперт Лийория Рейянке. Члены следственной группы: старший дознаватель Мейнаке, дознаватели Брайенне и Лойя. Давайте мы работать будем вместе, чтоб не ушёл преступник от возмездья.
— Сотрудничать мы будем непременно для мира и порядка во вселенной, — не остался в долгу Бритт.
— Рад знакомству, — коротко кивнул Стах. Стихов от него, кажется, и не ждали.
Гирарданец тоже стихами не порадовал, сразу перешёл к делу:
— Что сделано, чтобы найти место преступления? Или же транспорт, на котором тело перевезли к водоёму?
— Ни того ни другого найти не удалось, — сдержанно ответил криминалист Эйнаре, рослый худощавый эхмейец, высокие скулы которого подчеркивали ярко-бирюзовые узоры. Стаху показалось, что он пропустил ту часть диалога, в которой спрут успел достать местных копов. Он почувствовал некоторую гуманоидную солидарность.
— Тогда давайте попробуем восстановить передвижения кейяре в вечер его гибели, — предложил он мирно.
Заговорила дознаватель Лойя, женщина средних лет с пышными седыми волосами, собранными в высокую прическу. Ее минна представляли собой завитки в голубовато-розовых тонах. Стаху она напоминала нарядный фарфоровый чайник, который его опекуны ставили на стол по праздникам.
— Кейяре Аалона провёл день в храме Май, после ритуалов остался помогать с уборкой…
— Это нормально? — поинтересовался гирарданец.
У Стаха возник тот же вопрос. Земные подростки проводили время по-другому, не говоря уже о тех, кто торчал на Венчуре и прочих планетах Содружества.
— Да, вполне, — ответила Лойя. — Род Сутто — приверженцы культа Небесной Колыбели. Это распространённый культ среди выходцев из Феймара. У них принято работать в храмах, готовить еду для бедных, заниматься мелким ремонтом, стиркой, уборкой. От кейяре ожидается особая прилежность. Чем лучше его репутация, тем больше шанс отдать его в хороший род…
— Опрос свидетелей? — перебил невежливый гирарданец. Стах про себя порадовался. Рядом с этим осьминогом даже такая бессердечная сука, как капитан Икеда, может показаться человеком милым и приятным.
— Да, пройдите по ссылке, — вступил в разговор дознаватель Мейнаке, больше прочих похожий на человека, причём увлекающегося бодибилдингом. — Если коротко, то так: пятеро свидетелей подтверждают, что кейяре ушёл из храма между восемью и восемью пятнадцатью. Один из свидетелей, госпожа Лейра, сказала, что кейяре собирался идти прямо домой, нигде не останавливаясь.
— Интересно! — заметил Стах. Кое-что он всё же запомнил. — Аалона тем не менее домой не торопился.
— Да, камеры видеонаблюдения кафе «Лахайна» показали, что кейяре провёл там не менее получаса.
— Причём кафе не по пути домой. И сидел он над одной крохотной плошкой с чем-то жёлтым. Никто к нему не подходил, но мне показалось, что мальчик кого-то ждал, — заметил Стах. — Кстати, дознаватель, эта дама, Лейра, она спросила кейяре, куда он собирается идти? Или же он сам ей сказал?
— Не знаю, — эхмейец пожал обширными плечами. — Можно допросить её снова. Пока что проследуем за нашим кейяре. Транспортные камеры засекли его на станции подземной дороги недалеко от кафе. Там он сел в электромобиль, который мог бы доставить его домой. Больше его не видели. Ни на одной из станций он не выходил. Мы проанализировали данные камер видеонаблюдения каждой станции, подключили экспертов по опознанию внешности — ничего. Кейяре просто исчез.
— Все станции оборудованы камерами? Все были исправными? — снова вступил в разговор гирарданец.
— Да, на каждой установлены камеры. Вы можете ознакомиться со схемой установки. В материалах дела есть записи со всех камер.
— Могу ли я отправить эти записи нашим специалистам? — спросил спрут.
— Да, можете, — согласился Калеа. Стаху показалось, что на его унылом лице мелькнуло раздражение. — Капитан Икеда, такая же возможность предоставляется и вам.