Околозима (СИ)
Список и вправду был небольшим. Небольшим для японцев — всего три десятка пунктов. Вывод — директор изо всех сил подстилает соломку, стараясь предусмотреть всё.
— Ответственным за безопасность на фестивале назначен старший инспектор Хаттори, — Добавил директор.
— Доброе утро! — Раздался знакомый голос: — От лица полиции Уцуномии даю вам слово, что сотрудники полиции приложат все усилия для обеспечения безопасности!
Стоящие на «посту №1» — у нашей палатки — копы приосанились. Хаттори-то тоже растет карьерно! Нет ли и здесь заслуги одного непоседливого мальчика?
Директор поговорил с народом еще пяток минут, далее заиграл гимн школы в исполнении Масафуми-сана, и, наконец, секунда в секунду, фестиваль начался.
Конвейер заработал сразу на полную мощность. Хорошо, что альманахи подписаны заранее — от нас требуется только жать руку, говорить пару формальных фраз в ответ на такие же фразы, стандартно отвечать на стандартные вопросы и улыбаться. Ох и не нравится мне морда вон того чувака — со слишком уж явным удовольствием на лице жмет ручку Сакуре-семпаю. Мой гарем! Увы, разобраться с малолетним извращенцем нет времени.
Через сорок минут я приуныл — очередь только увеличивалась, пополняясь по большей части школьниками. Комитет образования помог — их решением фестивали других школ были перенесены, позволив школьникам посетить наш.
Получив порцию моего внимания, ребята само собой не спешили расходиться — часть втягивалась в школу, часть — оставалась тут, что называется, «поглазеть». Еще десяток минут, и «ларек» закрывается на передышку. Никто недовольным не выглядит — все понимают, что мы тоже люди, и «перекур» нам жизненно необходим. Для него у нас предусмотрен «бекстейдж» со стульями, столом и чайником.
— Ну как вы? — Спросил я девушек, получив из рук Нанако стаканчик с кофе, — Спасибо!
— Я в порядке! — Жизнерадостно кивнула Хэруки, — Приятно видеть столько радостных ребят! — Улыбнулась хорошая девочка, — Спасибо! — Это уже Нанако, за стаканчик с чаем.
— Рука болит, — Покачала ладошкой Сакура-семпай, улыбнулась: — Но я тоже очень рада и готова продолжать! Спасибо! — Президент тоже предпочитает кофе.
— Что это у тебя? — Спросила Хэруки, когда Нанако, завершив раздачу напитков, протянула мне альманах манга-клуба.
— Альманах нашего клуба манги! — Выложил я томик на стол, — Садитесь поближе, заценим!
Гарем послушно расселся вокруг меня, окружив приятным «миксом» духов. Открыл оглавление — ребята предпочитали работать «двоечками», поэтому всего четыре «ваншота» продолжительностью от пятнадцати до двадцати пяти страниц.
— Хочу эту! — Моментально сориентировалась Сакура-семпай, ткнув пальчиком в название «Он и она».
Никто не был против — перерывы у нас каждый час, поэтому прочитать успеем всё.
Пролистав до нужной манги, оценили вполне неплохо нарисованных на фоне опадающей сакуры стоящих спина к спине смазливых школьника и школьницу, справа и слева от которых было выведено название. Ох уж это сёдзе! Одолеть успели пяток страниц — сюжет оказался полностью аутентичен написанной школьницами сёдзе-манге с таким названием. Решив дочитать потом, вернулись к нашим почетным обязанностям.
Через полчаса я включил «автоучебу» и начал считать: мы успеваем обработать где-то два с половиной человека в минуту. Половина — потому что раз в пару минут успевает пройти «бонусный» человек. За пятьдесят минут — 125. «Рабочий день» у нас, без дураков, полноценный — восемь часов. Итого — тысяча довольных школьников за сегодня. Отстой! Это значит, что завтра и послезавтра поток нифига не уменьшится!
На перерыве дочитали сёдзе-мангу — главные герои РАЗОБРАЛИСЬ В ЧУВСТВАХ и признались друг другу, что очень порадовало нас всех. Еще одна смена на «конвейере», и мы начали читать какую-то муть про самураев. Две страницы экспозиции, и пятнадцать — битвы со всеми положенными в этом случае «теперь я стану серьезнее!». Никому не понравилось, но рисуночки неплохие.
После следующего цикла девушки сломались:
— Сакура-семпай, пойдем погуляем по фестивалю? — Предложила Хэруки.
— Но… — Озадаченно посмотрела на меня президент.
— Все равно мы здесь — запасные знаменитости! — Буркнула лучшая девочка, взяла президента за ручку, чмокнула меня в щеку, коварно стянув в шеи «организаторский» бейджик, надела на себя: — Постарайся! — И свободной рукой «зацепила» Нанако: — Ты тоже идешь с нами!
Кивнул секретарю — повеселись мол, и гарем меня покинул. В «бекстейдже» сразу стало холодно и одиноко. ОЯШ без гарема — существо неполноценное.
Хохотнув, допил кофеек и пошел «принимать гостей» дальше. Пока принимал, увидел подъезжающие к служебному въезду в школу микроавтобусы с логотипом «пищевой» фирмы-подрядчика, обеспечивающую деточек ингредиентами для многочисленных классно-клубных кафешек. Пополняют запасы, значит народ охотно кушает.
— …концерт! — Услышал я краем уха наполненный энтузиазмом вопль выбежавшего из ворот школьника, спешащего поделиться впечатлениями со всеми окружающими: — Я никогда не слышал таких прикольных песен! А какие девушки в танцевальной группе!
Рад за успех второго гарема!
— Хо, значит нужно посмотреть! — Прониклась часть публики, отыскала на доске один из многочисленных флаеров: — Через десять минут! Покажи дорогу! — Попросила у уже причастившегося школьника.
— Меня больше не пустят, — Скорбно вздохнул он, показывая печать на запястье, — Эта штука держится весь день, так что в следующий раз я попаду туда только завтра! Пойду лягу спать пораньше, чтобы побыстрее услышать «Ритмы Йохоку» (рабочее название группы) снова! — Махнув рукой, он потопал по дороге, напевая себе под нос «God Knows».
Кто-то явно зафанател! В воскресенье придет американский продюсер, заценит уровень «финального» исполнения девушками. После этого будем с ним прикидывать, как поступить дальше — часть группы заканчивает школу, и технически ничто не мешает подписать их. Проверим, настолько ли родители любят Андо-семпай, как она говорит. Да, языками она не владеет, но почему бы не запилить средней руки женскую группу для внутреннего рынка? Будут анимепесенки петь.
— Черт, эта детективная игра — совсем другой уровень! — С горечью поражения в голосе вещал возглавляющий десяток школьников очкастый пацан, — Нам придется переоборудовать наш дом с приведениями! За неделю мы точно успеем!
Пошел плагиат! Я спокоен — опробирование квеструма на фестивале — чистая формальность, потому что мой авторитет в «Хонде» уже достаточно высок для открытия по всей Японии филиалов «Honda Quest!» буквально на следующей неделе. Не очень креативное название, да, зато звучно и запоминается. Впрочем, батя с несколькими важными шишками из «Хонды» все равно заглянут завтра.
— Эти горничные из английского кафе такие миленькие! — Делилась впечатлениями другая компашка.
— Да, особенно та, с янтарными волосами!
— Согласен! Впечатляющая грудь!
— Ой, это же сестра того ублюдка, что убил принца!
— Что?! Эта милашка?!
— Она просто не может быть плохой! В конце концов, у моего брата тоже были проблемы с законом, однако я…
— Вот-вот вылетишь из школы за неуспеваемость!
— Пошел ты!
Коп строго шикнул на разгорячившихся пацанов, они извинились и ушли мешать кому-то еще.
Во время очередного перерыва в «бекстейдж» заглянул гарем, шлепнул на стол передо мной якисобу и пару пироженок, пожелал приятного аппетита и свалил. Подкрепился, ощущая любовь и заботу. Теперь можно жить до следующего перерыва. На этот раз ко мне заглянул директор Ока в сопровождении репортера NHK. Он здесь самый авторитетный, поэтому пришел договориться об интервью за всех приехавших репортеров. С поклоном пробубнив мантру про большую честь и ответственность, покинул палатку, и, стоя рядом с директором на фоне толпы, слушал как Ока-сенсей отвечает на вопросы пятерым микрофонам сразу — три канала местных и два — включая NHK — национальных. Улыбаемся, поддакиваем, на чистом рефлексе вставляем фразу про величие «Хонды», и, само собой — о профессионализме Оки-сенсея. Довольные журналисты попрощались с довольным директором и свалили монтировать материал.