Темный грех (ЛП)

— Я чувствовала тебя. Время от времени я ощущала приятное покалывание на шее. Я всегда чувствовала, когда ты был рядом. — Она медленно расслабляется, ее глаза находят мои. — Я думала, что схожу с ума.
— Это было самое трудное, черт возьми, что мне когда-либо приходилось делать. Я не могу держать тебя в своих объятиях, иметь тебя рядом с собой. — Я целую ее. — Но теперь у меня есть ты. Ты в безопасности. Я обещаю.
Я смотрю в глаза Кая и удивляюсь, как они могут быть такими теплыми и такими зловещими одновременно. Ангел-хранитель и демон. Человек, который продолжает спасать меня снова и снова, но при этом сеет смерть везде, где появляется. Хладнокровный убийца. Спаситель. Любовь всей моей жизни. И единственный человек в этом мире, которому я безоговорочно доверяю.
Я отпускаю волосы, которые сжимала, но не свожу с него глаз, проводя ладонями по его груди. Выпуклость в его брюках все это время давила на мою киску. Он твердеет подо мной еще больше, когда я расстегиваю пуговицу на его талии и начинаю тянуть вниз молнию.
— Мой разум верит твоему обещанию, но мое тело и нервы все еще находятся во власти иррационального страха, — говорю я. — Мне нужно почувствовать тебя внутри, демон.
Его руки скользят по моей спине, по юбке, которая сбилась вокруг моей талии, к моей голой попке. Я не ношу нижнее белье, как мы и договаривались. Теплое дыхание обдувает мое лицо, его взгляд хищно смотрит на меня, когда я обхватываю пальцами его член и вытаскиваю его наружу. Самолет резко снижается, и я хватаю Кая за плечи, наклоняясь вперед, пока не оказываюсь прямо над его членом. Поездка становится неровной, и над головой загорается табло.
"Пожалуйста, оставайтесь на своих местах и пристегните ремни".
Из динамика доносится голос пилота.
— Мы попали в зону сильной турбулентности, но через несколько минут мы ее преодолеем.
Я делаю глубокий вдох и опускаюсь на член Кая. Самолет начинает трясти. Паника взрывается в моей груди, но я продолжаю опускаться на его твердый член, и с каждым дюймом, проникающим в меня, страх отступает. Он сжимает мою задницу с силой, заставляющей меня задыхаться, его грудь вздымается, когда его пальцы впиваются в мою кожу. Одним быстрым движением он насаживает меня на себя, заполняя до отказа.
Все мое тело содрогается от каждого мощного толчка, от которого у меня перехватывает дыхание и кружится голова. Он поднимает меня и снова опускает. Снова. И снова. Каждый толчок посылает волны удовольствия по моему телу, заставляя меня неконтролируемо дрожать и стонать. В отчаянии я цепляюсь за него, впиваясь ногтями в его спину, когда волны удовольствия обрушиваются на меня.
Кай даже не моргает, а его глаза неподвижно смотрят в мои. Низкий гул самолета и наше сбивчивое дыхание — единственные звуки в нашем мире. Нет слов. И нам это не нужно. Нам с демоном никогда не нужно было озвучивать свои мысли. Я могу читать его взгляд, как и он мой.
Ты в безопасности. Его глаза говорят.
Я знаю. Мой собственный ответ.
Мое тело бьется в конвульсиях, когда его член входит в меня, с каждым толчком все быстрее и глубже. Турбулентность вокруг нас усиливается, но я больше не боюсь. Он сказал, что я в безопасности. Верхний отсек напротив нас распахивается, и что-то падает на пол. Я запускаю пальцы в волосы Кая и накрываю его рот своим.
— Я люблю тебя, — шепчу я ему в губы, в то время как все вокруг нас трясется и грохочет.
— Я живу ради тебя, мой тигренок". Его голос — грубый и гортанный — пронзает меня насквозь.
Сжимая его волосы в кулаках, я кончаю, тяжело дыша, когда отрываюсь от него. Тем временем открываются новые багажные отсеки, и на нас сыплются вещи.
* * *
В этом мире есть страшные мужчины. Но по сравнению с Сальваторе Аджелло все они кажутся пушистыми утятами.
 
И дело не в его внешности. Нью-йоркский дон выглядит как любой другой богатый бизнесмен — явно сшитый на заказ дорогой костюм, никаких украшений, кроме часов и толстого обручального кольца на правой руке, и темные волосы с сединой, зачесанные назад в непритязательном стиле. Оружия на виду нет, но я уверена, что у него при себе есть пистолет. И телохранителей поблизости нет. И все же, когда я сижу с ним за столом, у меня ползут мурашки по коже. Я не понимаю, почему Массимо хочет иметь дело с этим человеком.
— Итак? Что думаете? — Я небрежно спрашиваю.
Несмотря на то что мы находимся в дорогом ресторане, где вокруг обедает более пятидесяти человек, я все время жду, что он вот-вот швырнет на наш столик отрубленную руку или, может быть, голову.
— Не могу сказать, что мне это интересно, Нера
Я поднимаю свой бокал и делаю глоток лимонада.
— Почему? Мы готовы вложить десять миллионов в течение первого года. Удвоить эту сумму во втором.
— Ты сотрудничаешь с Душку, — говорит он, как будто это достаточная причина. Почему Аджелло возражает против заведомо процветающего сотрудничества только из-за наших связей с албанским синдикатом, мне непонятно, но Массимо, очевидно, в курсе.
— Я порвала все связи с Душку несколько месяцев назад. Мы больше не будем вести с ними никаких дел.
Аджелло поднимает бровь.
— Есть причина для этого?
— Теперь у нас новый поставщик. — Я пожимаю плечами, намереваясь оставить все как есть. Аджелло не нужно знать, что Массимо — тот, кто дергает за ниточки, или что он приказал мне порвать с Душку.
— Интересно. Итак, где вы будете брать оружие и боеприпасы в будущем?
— От Драго Попова.
В глазах Аджелло загорается опасная искра.
— Одну секунду.
Он лезет во внутренний карман пиджака. Я перевожу взгляд на Кая, который стоит в другом конце ресторана, заложив руку за спину.
Нет. Говорю я одними губами и качаю головой.
— Скажи своему сторожевому псу, чтобы он расслабился, — небрежно говорит Аджелло, доставая телефон и прижимая его к уху. — Если бы я хотел тебя убить, ты бы уже была мертва.
Я смотрю на него. Он что издевается?
— Сиенна, — говорит Аджелло в трубку. — Кажется, ты забыла упомянуть, что твой муж теперь ведет дела с бостонской группировкой.
На другом конце линии раздается высокий женский голос. Я не улавливаю, что она говорит, но голос у нее довольно веселый — пока она внезапно не замолкает.
— Я сказал тебе, что я думаю о твоих шпионских затеях, Аджелло! — Из динамика телефона раздается мужской голос. Мужчина кричит так громко, что я слышу каждое слово. — Если у тебя есть вопросы ко мне, ты знаешь, где меня найти. Еще раз позвонишь моей жене, и я оторву тебе пальцы и засуну их в задницу. Может, тогда ты поймешь, на какие кнопки нажимать!
Линия прерывается. Я растерянно моргаю и смотрю на Аджелло, пока он убирает телефон. На его лице появилась едва заметная ухмылка.
— Кажется, все подтвердилось, — говорит он. — Желаю тебе удачи в ведении бизнеса с Поповым, Нера. Она тебе понадобится.
— Почему?
— Кучка безумных дикарей, каждый из них. Но они лучшие в своем деле. К сожалению. — Он поднимается с кресла. — Раз уж Массимо вывел албанцев из игры, я буду рад обсудить дела. Передай своему сводному брату, что я жду от него звонка, когда он выйдет и возьмет бразды правления в свои руки.
Я смотрю на его удаляющуюся спину. Откуда, черт возьми, он это знает? Телефон Аджелло звонит, когда он еще находится в зоне слышимости, и я слышу его ответ.
— Нет, Милен. Мы не будем заводить еще одну кошку. Двоих более чем достаточно… Нет, хомяка мы тоже не заведем… Я знаю, что они маленькие. Все еще "нет", cara mia. . Да, я очень плохой человек. Я тоже тебя люблю.
ГЛАВА 37