О тех, кто не слушает добрых советов (СИ)

Вслед за слухами о предполагаемой краже Древнего Свитка из Имперской библиотеки я силился обнаружить какой-либо перечень или каталог имеющихся у нас Свитков, дабы в будущем можно было избежать подобных ситуаций или, по крайней мере, проверить их достоверность. К своему огорчению, я обнаружил, что жрецы Мотылька с непозволительной небрежностью относятся к Свиткам в их физическом воплощении и не имеют представления, сколько оных у них имеется и каким образом они организованы. Когда я спрашивал об этом, надо мной лишь посмеивались, как над ребёнком, желающим знать, отчего собаки не умеют говорить.
Должен признаться, что всё больше завидую тем, кто может читать Свитки, однако пока что я не намерен жертвовать своим зрением ради предполагаемых знаний. Старшие жрецы Мотылька, с которыми я пытался завести разговор, показались мне столь же скорбными главою, как и прочие выжившие из ума старики, поэтому мне не удалось обнаружить в них мудрость, что приходит с чтением.
Так или иначе, я вознамерился с помощью монахов составить собственный перечень Древних Свитков. День за днём мы ходили по башенным залам, и монахи описывали мне общую суть каждого Древнего свитка, а я отмечал его местоположение. Я насколько мог избегал смотреть на письмена, и поэтому полагался лишь на слова моих сотрудников. Со всем тщанием я начертил карту залов, указывая, где находились Свитки, относящиеся к тем или иным пророчествам, где были размещены Свитки по определённым периодам истории. На это ушёл почти год тяжкого труда, но у меня появились черновые записи о всём содержимом библиотеки, я мог начать сверку своих данных.
И тут начались расхождения. Изучая свои записи, я обнаружил, что немалая часть данных повторяют друг друга или прямо друг другу противоречат. В ряде случаев разные монахи утверждали, что один и тот же Свиток находится в разных частях башни. Мне известно, что никакой склонности к шуткам они не питают, иначе бы я подумал, что они задумали некую игру и водят меня вокруг пальца.
Я поделился своим горем с одним из старших монахов, но тот лишь скорбно повесил голову, сожалея о моём впустую потраченном времени.
– Не говорил ли я вам, – сказал он, кашлянув, – когда вы взялись за это дело, что все ваши усилия пропадут втуне? Свитки не поддаются подсчёту в том виде, в котором они существуют.
– Я думал, что вы хотели сказать – их существует бессчётное количество.
– Так и есть, но на этом сложности с ними не кончаются. Повернитесь к хранилищу за вами и скажите, сколько Свитков там заперто.
Я пробежался по металлическим футлярам пальцами, подсчитывая каждую выпуклость, затем повернулся назад.
– Четырнадцать, – сказал я.
– Подайте мне восьмой, – сказал тот, протянув руку.
Я вложил нужный цилиндр ему в ладонь, и собеседник мой ответил лёгким кивком.
– А теперь пересчитайте ещё раз.
Не став спорить, я вновь провёл рукой по свиткам, но не смог поверить тому, что чувствую.
– Теперь… их восемнадцать! – Я обомлел.
Старый монах зашёлся тихим смехом, и от движений его щёк повязка у него на глазах съехала и сложилась вдвое.
– Собственно, – сказал он, – столько их всегда и было.
После этого я стал самым старым послушником, когда-либо принятым в Культ Мотылька Предка.
Банри закончила читать, но все еще сидела, таращась в текст и силясь осознать увиденное.
– Ну что, поняла теперь? – Ураг наблюдал за ней, насмешливо сощурившись. – Если нет, лучше тебе забыть о Свитках и всем, что с ними связано.
– Не уверена, что до конца поняла, но кое-что уловила. – Имперка закрыла книгу. – Так ты думаешь, мне нужно следовать указаниям Септимия? Найти Свиток?
– Именно. Может статься, что это окажется тот самый, что тебе нужен.
– А может и нет, – заключила имперка. – Ты знаешь место, которое зовется Черный Предел?
Ураг молчал не меньше минуты, прежде чем отрицательно покачал головой.
– Нет, – пробормотал он. – Я даже ни разу не слышал о таком. Это тебе Септимий сказал?
Банри поняла, что орк и впрямь не знает, и более того – ошарашен своим незнанием.
 
– Да... А Альфтанд, например? Башня Мзарк?
– Альфтанд – двемерский город здесь, в Винтерхолде. Про башню эту ничего не знаю.
Имперка подняла брови.
– В Винтерходе? В городе или владении?
– Во владении, вестимо, – сварливо отозвался гро-Шуб.
– Далеко от города?
– Да неблизко. – Ураг задумался. – Ты откуда приехала?
– Из Вайтрана.
– А каким путем добиралась? По главной дороге?
– Если ты имеешь в виду ту, что проходит через форт Кастав, то нет, – усмехнулась имперка и тут же помрачнела. – Сейчас не лучшее время, чтобы путешествовать по стране.
– Значит, перевалом Странника ехала, – полуутвердительно произнес орк. – Альфтанд прямо на север от него, в низине. Неужели ты башен не видела?
– Не обратила внимания... Подожди. Я и в правду была на каком-то перевале, но не уверена...
– Там были кости?
Банри опешила.
– Ну... да, – пробормотала она. – Я еще удивилась, почему там лежит скелет...
– Никто толком не знает, почему. – Ураг поерзал в кресле. – Словом, это место давно называют перевалом Странника, и если тебе нужен Альфтанд, то лучше всего будет начать оттуда. Да, насчет Альфтанда... Насколько мне известно, в конце зимы туда отправилась экспедиция, может, они тебе подсобят. А может и нет. На всякий случай не слишком распространяйся о своих целях.
К перевалу Странника Банри возвращалась по собственным следам – мимо статуи Азуры, по побеленным холмам прямо на вершину ледника. На сей раз имперка увидела гномские башни, торчащие из снега, а когда подъехала поближе, поняла, что они – лишь небольшие наземные останки древнего города, остальное частью обвалилось и теперь покоилось на дне ледяного ущелья, частью вмерзло в многовековой лед. Башни располагались на приличном расстоянии друг от друга, и Банри сначала приблизилась к той, что была ближе по пути. Помня слова Урага об экспедиции, она тщательно вглядывалась в пейзаж, надеясь увидеть хоть кого живого, но вокруг опять-таки не было ни души. Даже снежные лисицы, крутившиеся на леднике в прошлый раз, куда-то подевались, а единственными звуками, нарушавшими тишину, были свист ветра, шорох снежной крупы, да потрескивание проседающего льда.
Признаки относительно недавнего пребывания людей обнаружились неподалеку от ближайшей башни – на вершине ледника был разбит лагерь. Банри осмотрела занесенные снегом палатки и хижины-времянки и ощутила нарастающее беспокойство.
Стойбище выглядело так, словно было покинуто обитателями некоторое, довольно приличное, время назад. Имперка прошлась по тропе между постройками и увидела пандусы, опирающиеся на древние крыши вмерзших в лед гномских башен, и навесные мосты, сколоченные в то же время, что и остальной лагерь, и ведущие куда-то в глубины ледяной толщи. С изучением этого пути Банри решила повременить, хотя казалось странным, почему члены экспедиции решились долбить лед, а не воспользовались уже имеющимся входом в башню. Впрочем, взойдя к нему по мостику, Готтлсфонт убедилась, что высокий и широкий проем забран частой решеткой, сквозь которую разве только пальцы можно просунуть. Никаких рычагов или кнопок поблизости не наблюдалось, женщина предположила, что открываются эти двери только изнутри. На металле бронзового цвета виднелись свежие царапины, Банри предположила, что решетку пытались вскрыть, но безуспешно – неизвестным не удалось деформировать пластины.
Имперка вернулась к домикам и палаткам. Похоже, лагерь покидали в спешке, вдобавок, осмотрев постройки повнимательнее, Банри обнаружила, что они сильно потрепаны, наверное, ветром, или сошедшей лавиной – снега поверх деревяшек тоже хватало. Внутри валялись куски досок, позабытая утварь, несколько мешков с припасами. В одном из них Банри нашла, а затем перетряхнула яблоки, которые выглядели морожеными, и потыкала пальцем муку из другого мешочка – эта была вполне пригодной в пищу. Куда более неприятная находка поджидала на спальнике возле давно погасшего костра. Раньше здесь стояла палатка из звериных шкур, но ее повалило ветром, и лежанку засыпало снегом. Последний постоялец тоже был укрыт снежным покрывалом, имперка потому и не заметила труп, а поняла, что дело нечисто, лишь когда Альфсигра наотрез отказалась приближаться к этому месту.