Чисто убойное дело

Но Ольга покачала головой:
– К сожалению не могу принять ваше приглашение. Я на работе. У меня дела, но благодарю вас. Так какое у вас, милейший, Иван Демидович, ко мне дело?
Старый ловелас несколько смешался и тяжело опустился на стул.
– Не знаю, могу ли вас затруднить своей просьбой? Право, мне неловко.
– Ничего страшного. Говорите. Я вас внимательно слушаю.
– Просьба моя проста и банальна. Буду с вами откровенен. Как я уже говорил, я в Санкт-Петербурге с деловым визитом. Целый день крутился, как белка в колесе, а сейчас хочу отдохнуть. Вы меня понимаете?
– Конечно, Иван Демидович. Клиенты для этого и приходят в мой клуб, чтобы отдохнуть и расслабиться.
– Вот именно, вот именно! Поэтому я вам скажу прямо, без обиняков – мне нужна девушка.
Ни один мускул не дрогнул на лице Ольги.
– Прекрасно вас понимаю. Кого предпочитаете – блондинку, брюнетку, а, может, рыженькую?
Иван Демидович указал пальцем в зал:
– Вон ту.
Ольга проследила за его пальцем и увидела Аксинью, которая с тяжёлым подносом пробиралась сквозь толпу танцующих.
– Эту? – удивлённо подняла она красиво подведённые брови. – У нас есть более достойные кандидатуры. А это простая официантка. Могу предложить вам альбом, и вы сами выберете для себя девушку по фотографии.
Иван Демидович посмотрел в глаза хозяйке заведения. Взгляд у него стал стальной, как у волка. Ольга даже невольно поёжилась. Старый актёр молчал почти минуту, а потом процедил сквозь зубы:
– Прошу вас выполнить мою просьбу.
И Ольга поняла, что лучше согласиться, иначе последствия могут быть непредсказуемые.
– Прошу вас немного подождать, – сказала она, улыбаясь, как можно приветливее. – Сейчас я всё устрою. – Она поднесла к уху мобильник и приказала: – Эдуард, будь любезен, проводи нашего гостя в приват-кабинет.
Управляющий вырос перед ними словно из-под земли.
– Прошу. – Лёгким наклоном головы он пригласил гостя следовать за ним.
Головко повернулся к Ольге:
– Я рад, что мы поняли друг друга. Если мне у вас понравится, я буду рекомендовать ваше заведение своим друзьям. Да и девушка в накладе не останется, думаю, она будет довольна вознаграждением. Прошу прислать мне в кабинет бутылку самого лучшего вашего шампанского и фруктов.
– С удовольствием, Иван Демидович, – снова улыбнулась Ольга. – Через минуту всё будет.
Старый актёр прошествовал в отдельный кабинет, уселся на широкий удобный диван и стал ждать Аксинью.
Пока всё шло по плану, и он даже несколько расслабился.
Официант деликатно постучал в кабинет и поставил перед уважаемым гостем шампанское со льдом в серебряном ведёрке, фрукты в корзиночке и набор шоколадных конфет ручной работы от заведения. Он поинтересовался нужно ли открыть шампанское, Иван Демидович благосклонно кивнул, и официант деликатно хлопнул пробкой.
Когда он вышел, Иван Демидович плеснул себе шампанского в хрустальный бокал и с умиротворением прищурил глазки. Вид у него был очень довольный. Он обдумывал дальнейший план действий. Старый актёр прекрасно понимал, что наверняка в кабинете ведётся видеонаблюдение и, скорее всего даже съёмка. Для него игра была привычным делом и не составляла ни малейшего напряжения. Он очень надеялся, что и для актрисы Наумовой тоже.
Через пару минут в дверь номера снова деликатно постучали и в кабинет, получив разрешение, вошла Аксинья, изображавшая на лице смятение и испуг.
Иван Демидович привстал ей навстречу:
– Здравствуйте-здравствуйте, моя дорогая, – пророкотал он, масляно улыбаясь. – Рад нашему знакомству. Как вас зовут, позвольте спросить?
– Аксинья. Можно Ксюша, – ответила девушка, боясь поднять на него глаза.
– Отлично! Ксюша! Прелестное имя. Садитесь, угощайтесь. Разрешите я налью вам шампанского? – И Иван Демидович наполнил второй хрустальный бокал пенным напитком. – За ваше здоровье, Ксюшенька! – поднял он свой бокал.
Бокалы мелодично чокнулись. Ксения деликатно пригубила шампанское, а Головко махнул свой бокал как всегда – махом.
 
– Вам говорили, что вы прелестны? – начал он любовную атаку и схватил девушку за руку.
Та попыталась осторожно освободить ладонь, но Головко держал крепко, не отпускал.
– А как вас зовут? – спросила она, с трудом вытащив свою ладошку из лапищи Ивана Демидовича.
– Называй меня просто – Иван, – перешёл на «ты» актёр. – К чему нам условности, не правда, ли? – Он пересел к ней ближе и попытался ее обнять.
Аксинья, продолжая игру на камеру, сняла его руку со своих плеч.
– Иван, мне кажется, что вы очень торопитесь, – сказала она, пытаясь отсесть от него подальше, но он не пустил.
– Не стоит ломаться, детка, – сказал Головко, снова пытаясь ее облапить. – Мы взрослые люди, и твои игры в невинность просто смешны. Иди ко мне… Он навалился на нее и попытался поцеловать в губы.
Аксинья яростно сопротивлялась, но силы были явно не равны. Она даже испугалась по-настоящему, потому что пьяный Головко был очень убедителен в своём любовном натиске. Она пыталась выбраться из-под него и отбивалась ногами и руками, шипя при этом:
– Пу-устите! Прошу вас! Я буду кричать!.. Да пусти же меня, гад!
Головко словно не слышал, и тут она вывернулась, схватила со стола полупустую тяжёлую бутылку и опустила ее на голову старого актёра, очень надеясь, что ударила несильно и Иван Демидович не пострадает.
Пенная жидкость, шипя, залила голову Головко, и он опомнился. Увидев перекошенное от испуга лицо Аксиньи, актёр мгновенно включился в игру и заорал:
– Ты что сделала?! Убью! – Он вскочил и снова бросился на нее.
Аксинья со всей силы оттолкнула его от себя и кинулась вон из кабинета, хлопнув дверью. Она неслась по залу, расталкивая танцующих, но убежать Ксюше не удалось – ей преградили путь хозяйка заведения и управляющий, который схватил ее за плечо так, что девушка даже вскрикнула от боли.
– И куда же ты собралась? – процедила сквозь зубы Ольга. Взгляд ее не предвещал ничего хорошего.
Аксинья молчала.
Эдуард сильно дёрнул ее за руку:
– Отвечай, когда тебя спрашивают!
Девушка не успела ответить, потому что в зале появился с грозным рыком «богатый бизнесмен из Новосибирска» с головы до ног залитый шампанским, и бросился к ним.
– Убью! Сволочь! – орал он, размахивая руками. – Задушу дешёвку! Где эта тварь?! Меня! Уважаемого человека, за мои же деньги… Какая-то кошка драная!
Управляющий, пытаясь погасить скандал, махнул рукой двум охранникам и те немедленно кинулись к Головко, пытаясь его успокоить.
Ольга повернулась к Эдуарду и коротко бросила:
– Эту… Отведи сам знаешь куда.
Управляющий понимающе кивнул и поволок упирающуюся Аксинью из зала.
Ольга подошла к красному как рак Головко и протянула ему носовой платок:
– Вам нужна медицинская помощь?
– Зарежу негодяйку! – отдуваясь запыхтел Иван Демидович.
– Виновная будет наказана, – строго ответила хозяйка. – Можете не сомневаться.
«Началось», – думала Аксинья, которую управляющий тащил в подсобное помещение.
«Занавес. Финал. Ваш выход, господин следователь», – подумал Иван Демидович, держась за голову и пошатываясь из стороны в сторону… К нему подошёл охранник, подхватил его под руку и куда-то повёл, что-то объясняя на ходу.
Около клуба стояла машина следователя Ольшанского. В ней в томительном ожидании сидели сам Петр Иванович и Цветкова. Они ждали уже два часа каких-нибудь известий от своих «засланных казачков», но пока в наушниках Петра Ивановича стояла тишина. У следователя была на подхвате группа захвата, так как он считал эту операцию очень рискованной.
Яна страшно волновалась и за отца, и за Аксинью. Мучительное ожидание выводило ее из себя, она просто места себе н находила. Наконец в начале третьего часа ожидания она не выдержала и повернулась к следователю:
– Слушай, я просто измучилась от этой неизвестности. И еще я есть хочу. И пить тоже. Ты ничего с собой не захватил?