Плохая девочка. 2 в 1 (СИ)

Выбрав пудровую юбку покороче, дополняю образ черной кофточкой с широким вырезом, который приспускаю с одного плеча. Смотрится игриво. Наношу каплю парфюма на шею и запястья. Дав себе обещание обновить гардероб в самое ближайшее время, отправляюсь вниз, покормить кота. Ступаю тихо и осторожно, чтобы не разбудить соседей – хочется покинуть дом, не столкнувшись с ними. И едва не спотыкаюсь, обнаружив на диване в гостиной Кая.
Он спит прямо в одежде, его правая нога спущена на пол, вместо одеяла – мой вязаный кардиган. Кай прижимает его к груди, будто обнимает. Не знаю почему, но мне вдруг становится хорошо – значит, он спал здесь один, а не с ней.
Пробравшись на цыпочках в кухню, я спускаю Хвостика с рук, наполняю его чашку кормом и добавляю в миску свежей воды.
– До встречи вечером. – Шепчу ему на прощание, когда он приступает к еде.
Выхожу, захватив яблоко со стола. Но уйти незамеченной мне так и не удается: Кай, вздрогнув во сне, вдруг открывает глаза. Хмурится, увидев меня в нескольких метрах от себя, отбрасывает кардиган в сторону, трет руками лицо.
Я замираю, чувствуя необходимость что-то сказать, но потом решаю, что это вовсе не обязательно: поворачиваюсь и направляюсь к выходу.
– Ты куда? – Спрашивает он.
Останавливаюсь.
– В универ. – Отвечаю, не оборачиваясь.
– Тебя отвезти?
Похоже на предложение мира, поэтому мне приходится повернуться, чтобы удостовериться. Кай выглядит печальным и уязвимым.
– А ты собираешься на учебу? – Решаю спросить я.
– Нет. – Он обводит взглядом гостиную, затем смотрит наверх: мы оба помним, что не одни в доме.
– Тогда не стоит напрягаться, меня подвезут. – Говорю я.
Его глаза скользят по моей фигуре и останавливаются на ноге. Вижу, как он сводит брови, заметив крошечную татуировку на моей щиколотке.
– Хорошо провести время. – Морщится Кай.
– Счастливо оставаться. – Отвечаю я.
Надеваю ботинки на каблуке, накидываю пальто – ничего общего с пацанкой, что явилась вчера в дом в куртке с чужого плеча. Жду, что, может, он окликнет меня, еще что-то скажет, но Кай молчит.
Открываю дверь и выхожу. Холодный ветер бьет меня по щекам, рвет волосы, бесцеремонно врывается под юбку. Я притормаживаю, заметив машину у ворот.
Виктор. 
Подержанная иномарка: такие покупают сыновьям, что только получили права – машина, которую не жалко ударить и не дорого содержать.
– Твоя? – Я с улыбкой опускаюсь на пассажирское сидение.
– Осталась от отца. Не внедорожник, конечно, но Audi всегда остается Audi.
– Мне нравится. – Вытягивая ноги, говорю я.
– Отлично выглядишь. – Замечает Серебров, пялясь туда, где подол юбки обозначает середину бедра.
В салоне удушливо пахнет авто-ароматизатором.
– Можно я избавлюсь от этой штуки? – Спрашиваю я, наткнувшись взглядом на источник запаха – небольшую баночку в выемке на панели.
– А… – Задумывается он.
– Спасибо. – Подмигиваю я, хватаю банку и швыряю в окно.
– Вижу, ты сегодня в настроении. – Усмехается Виктор.
– Мне определенно лучше, чем вчера. – Наигранно сообщаю я. – Ну, что, поехали?
– Поехали. – Кивает он. – Не хочешь пристегнуться?
Оглядываю его с удивлением.
– Не хочу, чтобы одежда помялась.
Серебров бросает на меня понимающий взгляд и смеется.
– Ладно, лихачить не буду, поберегу ногу. Сегодня впервые сел за руль с того дня, как сломал ее.
– Ты точно можешь вести машину? – Беспокоюсь я. – Не больно нажимать на педаль?
– Когда ты рядом, восстановление проходит быстрее. Я почти здоров, не веришь? – Он срывает автомобиль с места.
И я едва успеваю бросить взгляд на дом, где силуэт Кая темнеет в окне первого этажа.
* * *
– А что Кай? – Спрашивает Серебров, открывая передо мной дверь, когда мы входим в здание Большого.
– Выглядел чернее тучи и еле сдерживался, чтобы не крикнуть «шлюха!» мне в спину, когда уходила.
– Нет. Я про занятия. – Улыбается он. – Не собирается в универ?
– Не помню, чтобы Кай хоть когда-то придавал значение учебе.
Мы проходим через холл, и я замечаю на себе заинтересованные взгляды парней. Один толкает другого локтем, указывая в нашу сторону, в другой компании, заметив нас, шепотом переговариваются.
 
– Я не просто так спросил. – Уточняет Серебров, поравнявшись со мной. – Прошел слух, что на игре присутствовал селекционер из столичного клуба, а после тренер вызывал Турунена к себе, но тот, естественно, предпочел проигнорировать: свалил и отправился в клуб, где подрался со мной – из-за тебя.
– А, этот день. – Тяну я, заметив, как какие-то второкурсницы показывают на меня пальцем. – Селекционер, значит?
– Думаю, ему хотели предложить контракт, о котором мечтает каждый из нас. Если бы не травма, я играл бы вместо него и имел бы шанс получить такое предложение. – Виктор расправляет плечи. – Зря Кай все просрал.
– То есть, думаешь, уже поздно?
– Такие люди не станут бегать даже за самым талантливым игроком. – Он машет рукой знакомым парням. – Ему следовало явиться в тот же миг, как его пригласили, а теперь Каю лучше не попадаться на глаза тренеру – тот с говном его сожрет.
Я замедляю шаг, пытаясь осмыслить услышанное. Шанс, который выпадает редко и не всем. Шанс, которого Кай ждал всю жизнь. Шанс, который он упустил – возможно, из-за меня и произошедшего в клубе «Гараж».
– Ты уверен, что ему хотели предложить контракт?
– Даже если так – он его упустил. – Пожимает плечами Серебров. – Ему бы думать, как остаться в нашей команде: это тебе не Сампо, никто не станет ждать, пока он нагуляется.
– А ты можешь узнать, правда это или нет? Про селекционера. – Останавливаюсь я.
Виктор оборачивается, его глаза суживаются.
– Переживаешь за него? Думаешь, Кай того стоит?
Мой желудок скручивается в узел.
– Хочу, чтобы он получил этот контракт и освободил дом от своего присутствия. – Отвечаю я.
Но жар неумолимо приливает к щекам.
– Постараюсь разузнать. – Делает вид, что поверил мне, Виктор.
– Спасибо. – Коротко обнимаю его, и мы идем дальше. – Слушай, а чего это они все так пялятся на меня?
– Как? – Расплывается в улыбке Серебров.
Я киваю в сторону парней, стоящих у гардероба.
– Ну, так. Не знаю. – Я нервно расправляю ладонями юбку, поправляю волосы.
– Просто ты очень красивая. – Подталкивает он меня плечом. – А еще все парни в универе оживились от слухов, которые ходят после вечеринки в клубе.
– Слухи? Какие? Обо мне? – Удивляюсь я.
Виктор смеется.
– Ты запрыгнула мне на колени на глазах у всей хоккейной команды и засунула свой язык мне в рот. Если об этом и мечтает каждый в универе, то получить от Кая Турунена на глазах у всего клуба – никто не хотел бы. Так что наш поцелуй и позорная драка – события, достойные всех самых грязных сплетен, поверь! Местные злословы еще не отошли от прошлой стычки – Кая с Лернером, а теперь он делит девушку уже с партнером по команде и другом. Прикинь, как все это интересно обсуждать в деталях?
– Боже. – У меня пересыхает в горле.
– Готов спорить, они гадают, ты теперь со мной или свободна. – Наклоняясь к моему уху, шепчет Серебров. – Поэтому, если второе тебя пугает, и ты боишься толп поклонников, я могу тебя обнять. Прямо сейчас.
– Я не против поиграть в эту игру, чтобы Кай держался от меня подальше, но только не с тобой, Витя. – Толкнув его плечом, отвечаю я.
Теперь он выглядит по-настоящему расстроенным.
– Это еще почему? Что со мной не так? – Его лоб сжимается в складки. – Считаешь, я испугаюсь Кая? Да даже, если между нами ничего нет, кроме дружбы, он не может помешать мне общаться с тобой!
– Дело не в нем, – бормочу я.
– А в чем тогда?
Я останавливаюсь посреди шумного коридора, заметив Алину, сидящую на подоконнике и обнимающую колени. Рядом с ней Ник. Они переговариваются, увидев меня, и отворачиваются к окну.
– А что это с твоей подругой? – Встревожено спрашивает Серебров. – Похоже, не рада тебя видеть.