Восход Луны (СИ)
- Все. - Убрав ногу, он провернул пробку телекинезом, как бы свинчивая ее - из горлышка вырос стеклянный бутон лилии, чьи полупрозрачные золотистые лепестки изящно раскрылись и меж длинных тычинок потянулась ленточка белого дыма, заполняя комнату нежным, ласкающим обоняние ароматом цветов. Селестия, шевельнув ноздрями, блаженно вздохнула. И первый стакан вина был налит ей как старшей принцессе. Второй - Луне. Со мной Нортлайт заколебался, наливать ли мне третьему как почетному гостю или нет - я разрешил сомнения, отклонив бутылку в его сторону, и мне сын Луны налил в последнюю очередь.
С тихим журчанием темная жидкость наполняла стаканы, тоненькой струйкой сбегая по нижнему лепестку лилии. Нортлайт наливал бережно, стремясь не пролить ни капли безлунной летней ночи. На поверхности вина искристо играли разноцветные вкрапления и тоненькие светлые разводы, сливающиеся в грациозный круговорот.
- Посмотрите, какая галактика в нашем вине. - Поделился я впечатлениями, и мы все заглянули в свои стаканы.
- Космически прекрасно. - Кивнула Луна, с восхищением принюхиваясь. - И бесподобный аромат Лунной лилии. Пробуем?
Подняв стаканы, мы переглянулись, с молчаливым согласием… Слова были излишни. Первый тост под чуть слышный перезвон.
- Это вино, Тия, обладает целебными свойствами и оно тоже должно помочь тебе. - Произнесла Луна.
Хм, помочь? Но разве волшебства недостаточно? Странно. Я поболтал вино в стакане, любуясь переливами глубокой синевы и вновь отпил.
- Я в этом не разбираюсь, но как вино может быть сильнее магии? Неужели чары неспособны исцелить вас сразу и полностью, Селестия?
Взглянув на меня, аликорн грустно качнула головой.
- Ты знаешь, что будет с хрустальной вазой, если в нее налить крутой кипяток?
- Ваза разлетится на куски, наверно. - Пожал я плечами.
- Вот то же самое будет и со мной. Если в меня «налить» магию, я сгорю изнутри, очень быстро и очень мучительно. Я столь разбита, что даже родную энергию Солнца воспринимаю с огромным трудом.
Я вспомнил страдальческие стоны Селестии, когда Луна вливала в нее накопленную магию закатного светила, и ее попытку уклониться от потока. Мне ничего не оставалось, как понимающе вздохнуть и заткнуться.
Вино растворялось в теле теплой истомой, наполняя душу блаженством. Нежный букет дразнил язык и терпко щекотался в носоглотке.
- Мать, надеюсь, мой вопрос не будет излишне дерзким.
Прежде плотно подтянутые к бокам, а теперь расслабленные крылья бэтконя похожи были на небрежно сложенный зонт.
- Вопрос? - Луна прекратила подзаряжаться остатками «восторга» и подняла взгляд. - Давай узнаем.
- Объясни, пожалуйста, почему ты стояла перед Лайри на коленях?
- Когда?.. - Луна не вписалась в затуманенные вином повороты сознания и прочно зависла. К сожалению, тут не было геймпада, чтоб помочь ей разрулиться.
- Когда вернулась сюда и спасала меня. - Подсказала Селестия.
- А-а-ах-х, в-вы-ы-ы… - Выдохнула Луна - облегченно и с ноткой раздражения. - Пока я искала для вас достойное угощение, вы без меня - меня обсуждаете. Нехорош-ш-шо.
- Обсуждаем, да не осуждаем. - Улыбнулся я. - К тому же, в любом обществе обсуждение неизбежно.
Намотав на вилку последние волоконца «облачной ваты», Луна сжевала их и ненадолго замолкла в прострации. С закрытыми глазами и обмякшими крыльями аликорн выглядела очень усталой.
- Не так давно я жила в холодном жестоком мире, лишенном магии.
Луна окинула всех нас отсутствующим взглядом - смотрела она в прошлое.
- Пока Селестия искала способ вернуть меня в родной мир, я жила с Лайри. Он проявил немыслимое терпение, заботливо ухаживая за мной, униженной и ослабшей. Он вернул мне силы жить и стремиться к лучшему. Он полюбил меня и я позволяла ему быть со мной достаточно близким.
Похоже, мне не придется выпытывать у Луны о себе. С наводящим вопросом от сына она сама спокойно все расскажет. Заметив зеленоватые отсветы магии вокруг стакана, я подлил медитирующей принцессе еще немного вина. Пусть хоть так расслабится после стольких передряг.
- В момент открытия порталов, связавших миры людей и пони Лайри был порабощен могущественным духом кошмаров, превратившем человека в смертоносного монстра, по силе равного Аликорнам. Он оглушил меня и ушел в Эквестрию. Когда я пришла вслед за ним, Селестия уже была побеждена и я едва успела спасти ее от казни.
Медленно испив вино до дна, Луна вновь «заглохла», словно с новой порцией топлива ушла в перезагрузку. Мы терпеливо ждали. Принцесса Ночи заговорила внезапно и довольно громко, заставив нас с Селестией вздрогнуть. Но мы для Луны как будто не существовали и лишь сидевший напротив нее Нортлайт повел ухом.
- Проникнув во сны Лайри, Дух воспользовался самыми мощными его чувствами: любовью, что он испытывал ко мне, а затем и ненавистью, которую пробудила в нем я. Сыграв на этом, он подчинил себе человека. Пытаясь избежать боя, я на коленях просила прощения у Лайри за мои ошибки. Я надеялась, что человек отреагирует на покорность, но мне не удалось сломать контроль духа кошмаров настолько, чтоб Лайри внял моей мольбе. И пришлось сражаться.
Словно проснувшись, Луна улыбнулась мне.
- Все же с твоей любовью я смогла победить. Я несколько раз была бы убита, но ты подсознательно мешал духу в смертельных атаках. И даже почти превратившись в Найтмер Мун, я сумела возродиться благодаря частице твоей души. Прими мою благодарность, любимый человек, и не как от принцессы, но существа, что дорого тебе.
Внезапно поток магии окатил с головой, словно я окунулся в теплую воду, а затем из-под меня «утекла» подушка. Подумав, что падаю, я запоздало рванулся, желая удержать равновесие, но тут же изумленно затих - аномалия оказалась телекинезом Луны.
Аликорн перенесла меня через стол и бережно усадив рядом с собой, обняла крылом. Я заметил удивленный взгляд бэтконя, однако мне как-то стало решительно плевать на его мнение о межвидовой и межрасовой любви. Зарывшись лицом в гриву Луны, я едва слышно прошептал в чутко дрогнувшее ушко:
- Как же я счастлив, что ты сумела выиграть эту войну, родная...
Пони легла головой на мое плечо и глухо вздохнула. Наверное, утром она вообще ничего не вспомнит, но хотя бы в это миг ей хорошо со мной.
Выпивка сильно притупила восприятие, и все же я расслышал, как Луна что-то напевает возле уха. Вот, отпустив меня, она села на подушке, непослушным телекинезом притянула печеньку, пару раз промахнулась мимо рта, наконец поймала и запила оставшимся чаем.
- Щ-щас-спою… - Торжественно провозгласила принцесса, вставая, опираясь передними ногами на стол и в уже знакомой манере потянулась расправленными крыльями вверх. Она всегда потягивалась перед решительными действиями.
- Ой, что-то произойдет... - со странным выражением пробормотал Нортлайт - похоже, вокальные таланты Луны он уже имел честь наблюдать.
Серенькие завитки невесомого дыма вились в перьях аликорна и сплетались с прядями ее гривы. Под опущенными густыми ресницами зловеще мельтешили фиолетовые отблески магии. Внезапно ударила молния и свет погас, а через балкон и окна в комнату ворвалось прохладное лунное сияние.
Тихий шепот Луны прозвучал далеким рокотом надвигающейся стихии:
- Что ж, сестра, пора вспомнить нашу с тобой историю…
Селестия невольно опустила уши. Испугаешься тут, когда над тобой грозно возвышается пьяная в дым волшебница. Бэтконь наколдовал что-то, закрыв стены и окна сплошным магическим барьером. Довольная произведенным впечатлением, Луна легла и движением крыла смахнула все куда-то со стола. Ни звона, ни всплеска - утварь бесследно растворилась в мягких сумерках.
Склонившись над столом, Луна выдохнула облачко серебристого пара, словно дышала на морозе - и очень скоро облачко приняло очертания высокой горы, на одном из склонов которой мерцающей искоркой приютился замок.
Легким мановением рога Кантерлот озарило восходящее солнце, по широкой дуге оно обошло гору и скрылось за невидимым горизонтом, уступив миниатюрный небосвод луне. Порадовав взгляды бриллиантовой россыпью звезд, полотно ночи разгорелось огнем нового дня.