Восход Луны (СИ)
Затаив дыхание, мы всматривались в иллюзию вечного круговорота. Кантерлотский замок, освещаемый вспышками дня и ночи, быстро приближался, проявляя все больше деталей. Вскоре можно было различить на балконе аликорнов. Белая принцесса, смотрящая вдаль, величественно опиралась передними ногами на ограду, а темная, сидя спиной к сестре, жалко жалась в ее тени. А может и сама она - лишь тень, безликая и безмолвная.
Глаза Луны вспыхнули в полумраке, а голос ее зазвучал внезапно, низко, тревожным движением ветра, предвещающего ураган...
Был гневом разум замутнен,
И сердце преисполнено печали,
Что пони, бодрствуя днем
- Моих ночей не замечали.
Живя в тени сестры своей,
Вниманья жаждала и славы.
Сплетая тысячи ночей
Узором страсти и забавы.
Но с каждым следующим рассветом
Все забывали про меня.
Из века в век, зимой и летом
Все славили Принцессу Дня.
Балкон, аликорны - и вырастающая из мрака преграда.
Селестия коснулась ее копытом, словно желая разрушить барьер давних ошибок - но иллюзия осталась незыблема. Голос Луны набирал силу подобно шторму, в сердце которого сверкали молнии давно прожитых, но вновь пробужденных эмоций.
Непониманья и обиды
Глухая выросла стена
Меж сестрами, чья дружба с виду
Неколебима и прочна.
Казалось, сломлен навсегда
Дух пони гордой и прекрасной:
Ночных кошмаров череда
Открыла сердце тьме ужасной.
Иллюзорная Луна, захваченная темной магией, преображается в жуткое свирепое чудовище, при виде которого меня пробирает дрожь - ведь я и сам был подобен ему.
Поддавшись зависти и злобе,
Принять я согласилась тьму.
И Дух Кошмаров со мной слился,
И так я стала Найтмер Мун.
Я тело отдала свое
В обмен на власть, в обмен на силу.
«Готова ль жертвовать душой?» -
Меня та сила не спросила.
Кантерлот разлетелся напополам, обнажив противостояние родных душ - светлой, непонимающей происходящего, и темной, взбешенной этим непониманием.
Нарушен был баланс извечный,
И против Света встала Тьма.
И я в гордыне бесконечной
Дошла до крайности сама:
Желая властвовать над миром,
Стремилась уничтожить я
Сестру, что стала нелюбимой,
Селестию, Принцессу Дня.
Одним взмахом могучих крыльев Луна взлетела под высокий потолок и скрылась во мраке, только гонимые крыльями потоки воздуха подсказывали, что аликорн парит над нами. Волею Властительницы Тьмы, мы, троица безмолвных зрителей оказались в эпицентре ураганных событий, все пространство вокруг нас стало огромным мрачным миражом, раскрывающим картину жестокой судьбы. Мы смотрели на улетающую в панике Селестию и стремительную погоню Найтмер Мун, над нами проносились напитанные яростью сияющие разряды боевой магии.
Она сказала, что не станет
Со мной сражаться. Я сочла
Отказ сестры за оскорбленье.
Ее из замка прогнала.
Коротким был полет беглянки
И мощный магии удар
Ее сразил. Сквозь крышу замка
Она упала в тронный зал.
Погребено в обломках тело,
Бесславно битву проиграв.
Я ликовала, в полной мере
Свое всесилье осознав.
Меня переполняет страсть,
Я так близка к своей мечте!
Победа столь легко далась,
И Ночь мою увидят все!
Прекрасней звезд узоров нет
На черном бархате небес;
Кометы яркой легкий след;
Под Лунным светом спящий лес.
Никто перечить не посмеет,
Все преклонятся предо мной,
И впредь не будет косых взглядов,
Интриг, усмешек за спиной.
Экстаз затмил рассудок мой,
На крыльях счастья воспарила,
И, одурманена Луной,
Про осторожность позабыла.
Мираж внезапно потух и обрушившаяся тишина оглушила нас. Луна словно исчезла, не слышно стало даже ее крыльев. Бросив взгляд на Селестию, я увидел расширенные от ужаса глаза, мерцающие в лунном свете, и слезы, тяжело скатывающиеся по морде.
Новый мираж противостояния светил разгорелся с ужасающей мощью. И снова зазвучал голос темного аликорна - жестким, чеканным шагом, словно отсчитывая слова-мгновения до смерти.
Сказав, что не оставила ей выбора иного,
Как подданных сберечь от злой судьбы,
Селестия на бой поднялась снова,
С оружием мощнейшим из любых.
Отчаяние, боль, обида, гнев
Сжигали мою сущность изнутри.
И вот, опасность гибели презрев,
Направила я рог против сестры!
Но честно магия хранила верность ей,
Защищая в сфере радостных огней.
И добротой наполнен щедро был удар.
Свершилась краткая дуэль могущественных чар.
Гармонии шестерка Элементов
Исход всей битвы обратила вспять:
Под натиском чудовищным, стихийным
- Я не смогла им противостоять!
Отброшена магической волной,
Не в силах разорвать узлы заклятья,
Прощаясь на века с Эквестрией родной,
Вдруг начинаю все осознавать я.
Что жаждала погибели сестры,
Которую я больше всех люблю.
Что одержима мощным духом тьмы.
Как повелит он - так и поступлю.
Послушав уговоры темной силы,
Я совершила страшную ошибку.
Селестия всегда меня любила.
Гармония столь иллюзорно-зыбка.
Но мой рассудок затуманен вновь,
И злоба верх над разумом берет:
Как я могу подумать про любовь
От той, кто моей боли не поймет?!
Пусть план мой провалился на корню,
Но Вечной Ночи лишь отсрочен час.
Я ждать умею, я не уступлю.
Солнцестоянье снова сблизит нас!
Я возвращусь, когда тысячный раз
Пойдет светило в самый долгий путь.
Поговорю с сестрой с глазу на глаз,
Не дам схитрить и подло обмануть.
Снова Кантерлот - безжизненный, темный, ни единого проблеска в окнах. Стоящий на балконе одинокий белый аликорн с тоской взирает на изуродованное кратерами ночное светило.
Сияет в небе полная Луна.
«Единорог» на ней - клеймом позора.
Все пони спят, не спит только одна,
Она стала виновницей раздора.
Стихли последние отголоски эха, угасли сполохи волшебных миражей и Принцесса Ночи, тяжело дыша, опустилась на подушку рядом со мной. Из рассеявшихся теней вернулись тарелка с печеньем и чайник, уже остывший. Приобняв Луну, я поднес чашку с водой к ее губам - помедлив, она осторожно отпила. Я чувствовал пальцами мелкую дрожь, волной пробегающую по телу любимой.
- Луна... Прости меня. - Прошептала Селестия срывающимся голосом и коснулась копытом плеча сестры. - Что была невнимательна к тебе, когда ты больше всего нуждалась в помощи. Прости, что все закончилось... вот так.
Луна отвела взгляд и снова потянулась губами к воде. Прикрыв глаза, она долгими медленными глотками возвращала душевное равновесие.
- Прости меня.
Улучив момент, Селестия телекинезом привлекла Луну к груди и обняла.
- Тия. - Тихо выдохнул я. - Вы хотите, чтоб Луна простила вас. Но готовы ли вы простить Луну?
Сестры в недоумении уставились на меня. Затем, обернувшись, Селестия встретила вопрошающий взгляд Луны. Тия крепко прижала Луну к себе, все глубже зарываясь мордой в ее гриву и заглушая рыдания.
Нортлайт, бесшумно сместившийся, возник возле меня и, тронув крылом спину, шепнул:
- Пойдем, им надо побыть наедине.
Тело, напитанное алкоголем, на приказы мозга отзывалось тяжело и неохотно, но я сумел аккуратно встать и пошел вслед за бэтконем на балкон, прихватив с собой подушку, почти пустую бутылку вина и несколько маффинов. Луна замерла в объятиях сестры, ее взгляд выражал удивление и легкий укор: «Вот умеешь ты дать под дых». Почтительно кивнув, я вышел и закрыл дверь.
***
[ Селестия \ Возле Луны ]
В глазах Луны я вижу отражения звезд, словно отсветы давно минувших столетий.
У меня было все: уважение, поклонение, подобие власти, хоть я никогда не претендовала на трон в каком-либо отдельно взятом городе, но правители часто приглашали меня помочь в решении насущных проблем.