Словами огня и леса Том 1 и Том 2 (СИ)

— Я бы согласился, — честно ответил Айтли. — Но сейчас мне уже не до этого.
— В моих силах тебе помочь.
— Мне не нужна помощь, — сказал юноша. Все эти, с золотыми знаками, словно выстроились вдоль стен и сливались с орнаментом, по кругу двигались, указывали на него. То высвечивался, открывая пасть, золотой ихи, то ибис распахивал клюв — кажется, и такой знак у кого-то видел, только линии были темными.
Человек рядом то сливался со змеей орнамента, то вновь из нее выступал; он какое-то время смотрел на Айтли, потом на стену — и тому показалось: он тоже их видит. Человек что-то еще говорил, но Айтли не способен был это разобрать, и тот наконец ушел.
Очень болела голова, и хотелось спать, спать, спать. Поэтому о госте Айтли тут же забыл.
Скоро настал день, когда прислали второе, подробное письмо свидетели из Долины — обо всем, что смогли разузнать побывавшие там следопыты из ближайшего лагеря. Теперь уже пора было принять решение.
Совет собрался в тот же день, но сперва еще раз прочли — вслух, на ступенях Дома Звезд — послание, как свидетели осматривали мертвый лагерь и окрестности, как говорили с рабочими Тейит. Эсса заверили, что не имеют отношения к смерти южан. Объяснили, что узнали о происшествии чуть раньше прибывшего отряда — по гомону птиц и отсутствию дыма костров. Поклялись, что близко не подходили — остановились, убедившись, что лагерь пуст, и пребывали в неведении, люди погибли или просто ушли. А что Солнечного камня мало… видно, столько добыли.
Стих звучный голос человека, читавшего письмо. Затем распахнулись двери в главный зал Дома Звезд. Сегодня, впервые за долгое время, здесь было больше народу — на Совет пришли по три члена каждого Рода, и третий стоял за креслами двоих других. На сей раз ни одно лицо не улыбалось и ни одно не выглядело равнодушным. Первым с согласия Ахатты заговорила Кети Инау, вертя браслет на запястье:
— Эсса врут как плешивый акольи. Чтобы они и не сунулись в подозрительно пустой и тихий лагерь? Спасибо хоть не стали делать большие глаза — мол, мы ничего и не знали. Их допросить бы как следует. Но разве они допустят настоящей проверки?
— А теперь время упущено, — негромко сказала мать Иммы, Улине. — На месте некому было как следует расспросить, даже если бы и решились. Теперь нам никто и на трехдневный полет стрелы не покажет виновников… если они еще живы сами.
— Перед тем, как погибнуть, наши разведчики нашли еще два колодца Солнечного камня… о них эсса не знают, — сказал Тарра.
— Или успели узнать, только думали, мы еще не получили известия. И убили всех в лагере, пока они не отправили доклад о новых месторождениях. Что ж, это все объясняет, — вскинул голову Наста Кауки.
— Значит, люди погибли напрасно, — возразил Ахатта. — Сейчас разрабатывать эти колодцы для северян было бы самоубийством — и признанием. Разве что через несколько весен… если мы позволим им там остаться.
— А мы позволим? — искривив губы, спросила Кети.
Глава Совета — сегодня он пришел не только с постоянным своим родичем-напарником, но и с Къяттой — смерил ее оценивающим взглядом. Кети настроена воинственно, как и половина в этом зале. В самом деле, Север все больше себе позволяет, пробует Юг на прочность и при этом все громче твердит о том, сколь опасна и неудержима Астала. Юг верит и похваляется сам перед собой — ух мы какие!
— Говорите по движению солнца, по очереди, — велел Ахатта. — Каждый может ответить предыдущему или предложить что-то свое.
— Нам дали повод к войне, — задумчиво проговорила Шиталь. — Либо мы обвиняем их — и наносим удар, либо молчим… и дальше нас считают просто мусором.
— Мы обвиним их, и что? Чего мы можем потребовать? Расследования? Кети верно сказала — исполнителей нам никто не покажет. Подсунут невинных и незнающих, а с них что взять?
— Потребовать, чтобы они убрались из Долины.
— Это бессмысленно — Долина ближе к северу.
— Она ближе к Чема. Мы давно ни к чему не обязывали тамошних, пусть платят за долгие годы нашей поддержки.
 
— Но они и так платят положенное. Стоит ли прижимать наших союзников?
— Еще как стоит. Угроза всегда доходит быстрее.
— Нет, лучше дать Чема послабление в обмен на помощь. Пока они считают себя “младшими братьями”, а не нашими слугами и придатками, нам не приходится тратить силы на подавление недовольства.
— Что ж, допустим, Чема даст нам своих людей, чтоб нам не тратить лишнее время на поход из Асталы, а если Север не согласится уйти из Долины Сиван? Все-таки их страна во многом держится на Солнечном камне, а он не валяется на дороге.
— Тогда можно потребовать с них другие земли, которые выберем мы.
— Но на южную половину Долины все равно надо будет привести сотню-другую айо.
Голоса стихли, и Ахатта понял, что слушал с закрытыми глазами — да и говорили собравшиеся длиннее, он лишь отсеял самое главное. Наконец его родич взял слово; редко высказывался публично и, похоже, считался просто тенью Ахатты:
— Мы решаем, как поступить с ворами и убийцами, хорошо. Но все же — зачем Тейит понадобилось это убийство, если это и в самом деле оно? История про чужие колодцы любопытна, но одно дело украсть не тобой открытое месторождение, другое — убить рабочих. А вдруг это все же случайность? Или даже подстроено намеренно, с далеко идущими планами? Иначе… нет смысла. Вряд ли северяне рассчитывали, что после этого могут полностью у нас выкупить месторождение, если не смогли это сделать раньше миром.
— Надо все-таки допросить мальчишку, — поднялся Наста Кауки, нарушив порядок речей. — Сбежала девчонка, и брат ее чуть не удрал… они знали все, я не сомневаюсь. Что они задумали еще, эти крысы?
— Юноша-северянин ничего не знает, — Шиталь посмотрела на говорившего очень приветливо, но тот сел. — Нет смысла спрашивать его о чем-то. Если план и был, то у сестры.
Она перевела извиняющийся взгляд на Ахатту — мол, вас я не обвиняю в сговоре, но… Глава Совета кивнул:
— Я подозревал что-то… Не знал, что именно произойдет.
— Потому что слишком стар, — сказал Хатлахена Арайа.
— Без Ахатты мы бы даже сегодня тут передрались, — раздался негромкий голос Ийа, и замолчали все, даже перешептываться перестали. Племянник, затыкающий дяде рот — зрелище не самое частое, но прилюдно возразить члену своего Рода, когда тот готов нанести серьезный удар по давнему противнику? Так не бывает.
— Что случилось, то случилось. Впереди — долина Сиван, и это куда важнее, — продолжил Ахатта будто ни в чем не бывало. — Мы должны направить туда кого-то из нас, а не отделываться простыми разведчиками. И потребовать, чтобы Север прислал равных нам. Подумайте, кого стоит направить. Послезавтра соберемся снова и назовем имена. Двоих Сильнейших будет достаточно. И еще — подумайте, на что готова пойти Астала, если Тейит не уступит. На что в самом деле готова — не ради красивых слов, перья топорщить мы все умеем. Наши посланники должны будут верить в нашу готовность и силу.
Он готов был распустить Совет, но вмешалась Кети, на сей раз гладившая пальцами золотое кольцо сережки:
— Это еще не все. Решайте, что делать с мальчишкой.
— Северяне нарушили соглашение, зная, что будет. Мальчишка не нужен ни нам, ни северу, — сказала Улине.
Наста Кауки снова поднялся — острый, с голодным взглядом, чуть не облизнулся.
— Круг.
— Я не думаю, что стоит, — задумчиво проговорила Шиталь. Наста обернулся к ней:
— Держать его под стражей — лишние хлопоты. Эсса показали, насколько он нужен им. Почему не поступить так, как разумно, сестра?
Сестра. Примирительно… А Наста продолжил:
— Его можно отдать Хранительнице, но кровь северной крысы… я бы не предложил ей такое блюдо.
Смех прошел по залу.
— Он может умереть в Круге — или его выиграет кто-то из нас.
— Второе! — тяжело проговорил Тарра. Глаза всех троих Тиахиу радостно вспыхнули:
— Второе.
Ийа взглянул на дядю — непонятная улыбка, будто он о своем думал, появилась на губах, и Хатлахена сказал, довольный единодушием с племянником, коего слегка опасался: